Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

Борис Андрианов, Алена Баева, Константин Лифшиц и др. в ГТГ: Прокофьев, Шуман, Танеев ("VIVARTE")

Все программы фестиваля, вероятно, получились в своем роде интересные, концептуальные, но в этой меня, помимо состава исполнителей, привлек сперва, признаюсь честно, квинтет Танеева. Несколько лет назад на фестивале "Возвращение", где также участвовал Борис Андрианов, руководитель третьяковского "VIVARTE", это произведение меня совершенно потрясло:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2461957.html

С тех пор я соль-минорный танеевский квинтет слушаю в записи регулярно - с концертной эстрады он звучит редко (вещь сложная, требующая усердных репетиций и привлечения экстра-класса музыкантов, а при том широкой публике мало известная, непопулярная), но записи в интернете находятся на удивление разнообразные. Лично я предпочитаю, конечно, вариант с Плетневым-Бруни-Дубовым... - хотя, думается, сегодня если бы МВ взялся квинтет Танеева играть (что маловероятно... хотя как дирижер Плетнев к Танееву проявлял внимание, исполнял его кантату "Иоанн Дамаскин" несколько лет назад), он сделал бы нечто иное... Но и в этой уже не совсем свежей записи квинтет намного спокойнее, сдержаннее, чем то, что выдали участники андриановского фестиваля.

Танеев полностью занял второе отделение вечера, сочинение не просто сложное, но и объемное, длинное - а пролетело по ощущениям мгновенно, на таком эмоциональном подъеме, с захлестывающей через край энергией. Пожалуй, все же несколько избыточной, опять-таки на мой вкус - будучи по жизни человеком истеричным, легко, часто и по всякому поводу теряющим контроль надо собой, в искусстве я предпочитаю сдержанность, аккуратность, а тут на меня лавина обрушилась. Тон задавал, по всей видимости, Лифшиц за роялем, но и общий настрой увлекал в водоворот - даже самые спокойные, элегичные эпизоды 2-й части были наполнены внутренним напряжением, на поверхность неизменно пробивавшимся, то срывались в пропасть, то воспаряли в выси - такое "подключение" обычно со мной только на Прокофьеве происходит, хотя я не впервые отмечаю, что "классические" формы и "романтический" дух Танеев умел наполнить - и это становится окончательно ясно только сейчас, век спустя после его смерти - содержанием, присущим исключительно 20-му веку, и с некоторым опережением своей эпохи, что касается строя мысли, да отчасти и музыкального языка, и композиторской техники (предчувствуя, впрочем, не столько Прокофьева, сколько, допустим, Шостаковича). Квинтет Танеева по сути симфония, а в исполнении Константина Лифшица, Алены Баевой, Ильи Грингольца, Бориса Андрианова и Андрея Усова (альтиста, знакомого опять-таки по "Возвращению") получился чуть ли не "ораторией", настолько весом, значим оказался каждый "голос" в ансамбле!

В первом отделении Грингольц, Андрианов и Лифшиц сыграли трио Шумана - № 3, соль-минорное (как и квинтет Танеева), тоже волнующее, увлекающее, к тому же три инструмента существовали здесь "нераздельно и неслиянно" будто один многоголосный. Все-таки положа руку на сердце Шуман меня задел в меньшей степени - после Сонаты для 2-х скрипок Прокофьева. Так получается, что соната эта у меня - "музейная вещь", я ее всякий раз в музее слышу, предыдущий - в ГМИИ на "Декабрьских вечерах", играли Гидон Кремер и Клара Джуми-Кан, но там они завершали программу, где основным "блюдом" шел Луиджи Ноно, и настрой всему вечеру придавал соответствующий:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3480348.html

Здесь Алена Баева и Илья Грингольц вечер Прокофьевым открывали, и если исполнение Кремера с Джуми-кан мне запомнилось как высказывание скорее философское, такое "размышление", в контексте европейской, вообще западной мысли, то у Баевой с Грингольцем в той же музыке, написанной Прокофьевым еще до приезда в СССР, в большей степени преобладал, как мне показалось, лиризм, при том что прокофьевская лирика все равно не так уж много "субъективного" содержит в себе, она отстраненная, и даже в известной мере "стилизованная". Вот эта "театральность", "масочность", "карнавальность", в высшей степени музыке Прокофьева свойственная, в том числе и чисто инструментальной, камерной, проявилась вполне у исполнителей в финальной части, и действительно "совпала" по ритму, по интонации с полотном Михаила Ларионова, послужившим "эпиграфом" к всему концерту - хотя картина "Танцующие" написана в 1909-м, а соната До мажор в 1932-м.

Момент с "выставкой одной картины" (насколько я понял, ежедневно полотна сменялись сообразно содержанию программ фестиваля) и вступительным словом куратора будущей, на осень запланированной большой ретроспективы Ларионова в ГТГ, сам по себе любопытный: не слишком известное, отсутствующее в постоянной экспозиции галереи, но тем не менее знаковое полотно, одно из "поворотных", "ключевых" для зарождения авангардного искусства в России, не только живописного, но и музыкального, и театрального - на картине изображен кабак, изломанные, в кубистском "духе", фигуры краснорожих пьяных посетителей пляшут, чуть не падая, в обнимку друг с другом, мужчина с мужчиной, женщины с женщинами. Ну а пока я попутно с концертом, до начала и в перерыве, успел посмотреть три текущие выставки в основном корпусе ГТГ - тоже все по-своему занятные.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments