Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

чужие письма: "Текст" Д.Глуховского в театре им. Ермоловой, реж. Максим Диденко

Аккурат накануне в Большом театре случился огорчивший меня разговор: человек прочел мою дневниковую запись про "Идиота" Диденко в Театре Наций, до этого Диденко не видел вообще, но много слышал, и решил сходить, по моему отзыву выбрал именно "Идиота", потому что я там обмолвился, что вроде как это лучшая работа Диденко среди полутора десятков мною смотреных; сходил - купив билет, за деньги! - и остался, мягко выражаясь, в недоумении, о чем мне вежливо высказал перед балетным гала, так что мне потом балет уже плохо "заходил". Но даже и сейчас, после "Текста", я бы подтвердил: "Идиот" - лучший спектакль Диденко, особенно если сравнивать с тем пыточным зрелищем, которое привозили весной из Новосибирска и где, в отличие от почти невербальных "Идиота" или "Конармии" тоже хватало "текста":

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3782783.html

Однако у Диденко есть преданные фанаты, для которых все его спектакли - лучшие, и новосибирский "Я здесь", и несмотрибельный совершенно, по-моему, "Чапаев и Пустота" в "Практике". А вот интересно, что фанаты сказали бы про "Текст" - не все еще успели, он недавно вышел - я пропустил премьеру, но все-таки оказался в числе первых зрителей, и не будучи фанатом, не рассчитывал на многое, но... слушайте, это даже и не Диденко, вернее, Диденко воспринял этот проект, такое ощущение, в качестве возможности подхалтурить.

Технологии из обихода сложносочиненных театральных блокбастеров Робера Лепажа - с модификацией пространства за счет видеопроекций на постоянно движущиеся, меняющие конфигурацию кулисы и панели, бесконечные перевоплощения актеров - использованы при как будто гастарбайтерской сборке контрафактного товара, подделки, фальшака. Актеры "перевоплощаются" тоже не сказать чтоб виртуозно, но валить все на них язык не повернется - поди поперевоплощайся, когда у тебя под трусами передатчик микрофона, в руках мобильная камера, да еще успевай декорации двигать, техассистентов же не напасешься! За всех не скажу, а, может, исполнитель главной роли, Илья Маланин, которого я помню еще студентом мастерской Валерия Гаркалина в мрожековских "Вдовах", и справился бы, благо ему, в отличие от прочих, достался на все про все один герой - но было бы что играть...

О качестве исходного литературного материала судить остерегусь - глуховских, минаевых, багировых и т.п. не читаю, а судить по инсценировкам и экранизациям методически неверно (да и как понять, что в голове у человека, мыслящего формулировками типа "кольцо колом стоит", при этом ходящего в статусе видного литератора?), к тому же благодарная целевая аудитория - коммерчески проект успешен, стоит признать - выползает из зала довольная, но не без придирок: "роман намного круче, роман толстый, а они его в два раза сократили!" Если в самом деле сократили толстого - спасибо, потому что мне и эти два часа убогие диалоги, вторичный сюжет, собранный из давно отработанных штампов, словно сортирная стена, сложенная из бэушных обглоданных кирпичей, на каждом шагу вставали поперек горла. Я прежде грешил и до сих пор поминаю при случае "Солнце сияло" Марины Брусникиной по Анатолию Курчаткину, но после "Текста" задним числом кажется, что Курчаткин у Брусникиной был не так ужасен.

Молодого героя "Текста", студента филфака Илья с говорящей фамилией Горюнов, подставили в клубе - наркотики подбросили, он, "отмазывая" свою подружку, повелся - и получил семь лет, которые отсидел "от звонка до звонка" (что решено в спектакле незамысловато: бросили в мусорный ящик - вытащили из ящика). По выходе он узнает, что мать чуть-чуть не дождалась сына, умерла от инфаркта. Неблагодарная девушка, естественно, давно про Илью знать не хочет, старый друг тоже, у него жена, ребенок. Илья отправляется мстить - по интернету он выследил обидчика, который его подставил, разыскал и зарезал, забрал его вещи, в том числе телефон.

А за семь лет, что герой провел в отсидке, коммуникационные технологии ушли далеко вперед - и именно на этом, а вовсе не на ментовских подставах или еще каких-нибудь безобидных мелочах нашей быстротекущей жизни, строит фабулу Глуховский, и вслед за ним Диденко. В каком-то смысле Илья становится виртуальным двойником убитого, лежащего в канализации (тело нашли не сразу) обидчика: сперва он просто вникает в его жизнь, читает чужие письма, дрочит на его хоумвидео, но быстро развлечение переходит в иную плоскость. У героя есть возможность, пользуясь новейшими цифровыми технологиями, избегая прямого контакта с близкими, коллегами и подельниками убиенного, выдавать себя за него, вести от его имени драг-бизнес, утешать его беременную и брошенную подружку Нину, а пока собственная мать Ильи бесхозная лежит в морге (денег на похороны у героя нет), тот спасает чужую.

Надо сказать, автобиография трупа раскрыта в спектакле куда полнее, чем собственно основного действующего лица, начиная с детства, с желания матери видеть сына адвокатом и настояния отца, чтоб отпрыск пошел по его стопам в ментовку, заканчивая делами с кавказской наркомафией - не захочешь, а "проникнешься", подобно герою, который на себя забил, на мертвую мать, посвятившую ему остаток жизни, забил, на девушку неверную забил, но мать и невесту своего гниющего в трубе "двойника" решил "спасти", пускай и ценой собственной жизни. Заодно и отца-мерзавца (своего-то Илья даже не знал!) - ведь убитый в отместку, что отец "разлучил" его с Ниной, да и за все хорошее, решил папашу сдать "большим людям".

Главного "большого человека" в спектакле представляет худрук театра Олег Меньшиков, являясь публике, впрочем, лишь "виртуально", на видеопроекции, что соответствует духу, стилю и уровню постановки в целом. Но хоть и папа-гад, и мама-дура, и девушка, пожалуй, не семи пядей, а ради них, чужих людей, способен Горюнов жизнь положить - и вместо того, чтоб по уже готовому фальшивому паспорту улететь куда подальше, "полагает" - когда за ним на квартиру приходят киллеры с лазерными прицелами, а отстреливающемуся герою подбрасывают в кухню гранату, чем действо наконец-то завершается... Если не считать, что на поклоны Нина выходит, держа за ручку "дочь" - мама не горюй!

Такой триумф литературной пошлости в сочетании с апофеозом театральной безвкусицей, допустим, логически вытекает из всего предшествующего мероприятия. Где от узнаваемого, фирменного, любимого кем-то или кому-то осточертевшего, но по крайней мере авторского, индивидуального стиля Диденко остался один крошечный, по сути "вставной" эпизод ментовского совещания: мужики в форме поют почти на одной ноте под электронную долбежку "Не думай о секундах свысока" - выбор репертуара неожиданный, учитывая, что шлягер не ментовской, а шпионский, но все-таки по короткой сценке видно: это Диденко. По остальному - не видно и думать не хочется, что популярный и востребованный режиссер способен опуститься до подобной лажи. Создается ощущение, что режиссер не умеет построить простейшую драматическую мизансцену, элементарно развести артистов в диалоге...

А как скверно, на самом примитивном уровне используются в спектакле пресловутые, определяющие в нем все, от сюжета до оформления сцены, "высокие технологии" - примитивнейшего пошиба! Но все бы ничего, если б к этим колхозным "высоким технологиям" не прилагалась такая же местечково-общинный "морализм", по части которой Диденко в "Тексте" переплюнул, пожалуй, даже вечнозеленого Додина! Они ведь тут, вашу мать, не ради развлечения колбасятся, они добру учат, свет несут - и когда персонаж Маланина корчится на составленных крестом каталках морга, а видеокамера выводит на проекцию план сверху вниз и превращает его в "распятого"... - по мне, чем такая "мораль", лучше б разжились у кавказцев да пошли нюхнуть че-нить, всяко душеполезнее.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment