Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Наказание и преступление" по Ф.Достоевскому, Школа-студия МХАТ, курс. Д.Брусникина, реж. М.Мокеев

В отличие от совершенного без скидок на статус спектакля "До и после", который для меня стал первым знакомством с "младобрусникинцами" -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3658857.html

- нынешнее "Наказание и преступление" работа в чистом виде "студенческая", ну то есть ученическая, школярская, в этом смысле достойная, но едва ли способная претендовать на большее, и искать в ней внятной концепции, стройной композиции, как в "До и после", видимо, не нужно; зато демонстрирующая возможности исполнителей, и в первую очередь позволяющая раскрыться Михаилу Мещерякову в роли Раскольникова - редкостной органики мальчик. Хотя я поначалу старался докопаться до сути - в прологе (предбанник не обычный для Боярских палат, а дальний угол, и заходить туда приходится тоже преодолев узкий обледенелый "коридор" вдоль стены) девушки (Юля Джулай и Маша Лапшина) рассуждают о путях на небо, но сами на небо не идут и увлекают публику за собой в игровое пространство пугачевской песней на адаптированные стихи Мандельштама "Ленинград, Ленинград, я еще не хочу умирать". Основное действие складывается из разностильных этюдов, нередко вразрез с хронологией повествования, да и вовсе, может, без продуманной логики, просто следующих один за другим. Задействуются какие угодно подвернувшиеся под руку приемы - от кукольного театра до рэп-речитативов, от граффити до неизбежного сегодня видео.

Например, убийство сестер подано в формате "театра Петрушки", с помощью кукол-"перчаток" из-за ширмы, каковой служит коврик с лебедями. Свидригайлов-Никита Ковтунов в какой-то момент подражает героям спектаклей Юрия Бутусова (баллончик с краской, гримировальный кофр с лампочками); со своей стороны Разумихин-Александр Золотовицкий "дает" пародию на Петра Мамонова, талдыча под однообразное гитарное бренчание "Я уехал бы в Вайоминг, но это был бы не Мамонинг"; он же озвучивает суждение Набокова о Достоевском - как известно, критические и даже саркастичные: "убийца и блудница склонились над великой книгой" и т.п. Тогда как в роли Порфирия-Даниила Шперлинга больше "традиционного" драматизма. Между тем студенты-актеры пусть и без ложного пиетета, но на "великой книгой" склониться готовы - этико-мистические размышления Достоевского из романа даром не пропадают, реализуются иногда прямым текстом, иногда через предметно-пластические метафоры (образ рыбы-удильщика с фонариком на "антеннке" - Маша Лапшина с рыбьим скелетом на удочке).

Над фрагментами из романа Достоевского постоянно витает призрак Гоголя - то маленький гипсовый бюстик, но чуть ли не сам травестированный Гоголь во плоти, затесавшийся среди героев "Преступления..." (снова Маша Лапшина). В свете "До и после" я ожидал, признаюсь, чего-то более... фундаментального, что ли; да и "перевернутое" название обещало нечто парадоксальное, не просто упражнения по мастерству (Достоевский все же обязывает, вон "Бесы" предыдущего выпуска Брусникина до сих пор сохраняются в репертуаре); но все равно оказаться в числе зрителей первого прогона новой постановки уже полюбившегося курса было приятно.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments