Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Ромео и Джульетта" С.Прокофьева в Большом, хор. Алексей Ратманский, дир. Павел Клиничев

За счет постоянной и динамичной смены декораций (художник Ричард Хадсон) спектакль получился очень зрелищным - интерьеры белокаменных палаццо сменяются красными замковыми стенами с характерными зубчиками в точности как кремлевские (их ведь тоже строили итальянцы), хотя как раз в Вероне, по-моему, такого оттенка красного практически нет, Кастельвеккьо давно выцвел-выгорел и стал коричнево-оранжево-белесым, ну да в Вероне, где встречают нас событья, он мог быть еще свежепокрашеным, неважно. Костюмы персонажей и вовсе буквально срисованы с портретов эпохи Возрождения, причем не подавляют визуально своей пышностью, но каждый подол, каждую шапочку хочется рассмотреть отдельно, задержать взгляд - вместе с тем о времени, когда жил и творил Прокофьев, напоминают отдельные детали вроде геометрических белых клеток, нарисованных "шортами" поверх ярко-красных лосин Меркуцио, или решенных в ЧБ-гамме "модерновых" трико шутов-"масок".

Но концептуально, драматургически "Ромео и Джульетта" Ратманского от одноименного и на ту же музыку Прокофьева поставленного еще в 1977 году и до сих пор сохраняющегося в репертуаре (на Исторической сцене Большого, а премьера выходит на Новой) балета Григоровича отличается не принципиально, танцы другие, суть прежняя. Ромео (Владислав Лантратов) едва откроется впервые занавес, заявлен у Ратманского как поэт, мечтатель, с книжкой в руках. В целом же и Ромео, и Джульетта (Екатерина Крысанова) достаточно предсказуемы как по характерам, так и по их хореографическому решению. Дополнительный комизм в спектакле присутствует не только в "масочном" квартете, но в большей степени за счет живчика Меркуцио (блистательный Игорь Цвирко), который, помимо прочего, еще и успевает шутя, пока гости Капулетти отошли отведать яств а ля фуршет, волочиться за кормилицей Джульетты (впервые вижу на сцене Анастасию Винокур после ее возвращения из декретного отпуска - но у Ратманского редкая постановка в Большом обходилась без Насти), ей, несмотря на то, что роль фактически мимансовая, сочинен полноценный характер, и выполняя функцию посредника между заглавными героями, кормилица "решительно" отвергает "ухаживания" молодца, но и заинтересованно приглядывается к нему.

Вообще в кои-то веки постановка щедра на танец как таковой, и преимущественно лирический, пускай он и не слишком разнообразен. Даже в эпизоде у Лоренцо - а в келье особо не распляшешься - Джульетта видит в грезах себя с Ромео: Ромео за занавесочкой танцует с партнершей-дублершей. А вот "боевые" эпизоды мне показались не до конца продуманными - это касается и гибели Меркуцио, который, едва пораженный шпагой Тибальда, кидается к Ромео с упреками, хотя непонятно, в чем он здесь может его обвинить, по оригинальному сюжету Тибальд ранил Меркуцио "из-под руки" Ромео, когда тот пытался их разнять, ну у Ратманского близко нет ничего похожего, Меркуцио сам задирается, и когда получает удар шпагой, Ромео стоит далеко в стороне. В свою очередь Тибальд, раненый Ромео и уронивший шпагу, сперва бросается на противника врукопашную, но почти сразу падает навзничь и больше уже не встает, только горожане проносят через сцену тела погибших, то есть один из самых ярких в музыкальном отношении номеров прокофьевской партитуры, финал 2-го акта, постановщиком хореографически считай что не освоен (а персонально Биктимирову в партии Тибальда, по большому счету, нечего танцевать...) - в версии Григоровича, напротив, этот момент по сути ключевой и необыкновенно выразительный, трагический накал достигает апогея, а развитие событий приобретает фатальный характер.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments