Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

Национальный балет Марселя: "Кордебалет", "Болеро", хор. Эмио Греко, Питер Шольтен ("DancInversion")

Не в пример "Контексту" Дианы Вишневой, где эпитет "современная" в приложении к "хореографии" кажется скорее номинальным, на "DancInversion", а в этом году особенно, можно увидеть много разного и действительно "современного". То, что показала марсельская труппа, необязательно приведет в восторг, но уж никто не скажет, что постановки Эмио Греко и Питер Шольтен "морально устарели".

Первый спектакль вечера, развернутый, на час с лишним "Кордебалет", демонстрирует идею "бунта тела" - как я понимаю, речь о бунте не "тела" как такового, человеческого, но тела балетного танцовщика, и против не вообще "мироустройства" или там "социальной" системы, но против конкретно канонов классического, традиционного танца - а уже через эту метафору можно при желании выходить на дальнейшие обобщения какого угодно порядка. "Кордебалет" открывается мужским соло полуобнаженного чернокожего танцовщика, далее постепенно к нему присоединяется остальная труппа, она в Марсельском балете не очень велика. Саундтрек состоит в основном из партитуры шумов, в которой, однако, выделяются куски узнаваемой балетной музыки вроде адажио из "Щелкунчика", а также лейтмотивом проходит... Марсельеза: то ее насвистывает один из исполнителей, то она звучит в пафосно-попсовом исполнении Мирей Матье, то, наоборот, в глумливой версии Сержа Гензбура - историческая и даже этимологическая связь Марсельезы с Марселем сегодня подзабыта, но мелодия с давних пор служит для Франции гимном, и ее включение в спектакль кажется двусмысленным: с одной стороны, тоже своего рода "бунт", с другой - безвредный для окружающих и безопасный для создателей, вот если б они так же конвульсивно подергались под "Союз нерушимый...", хотя бы и у себя в Марселе (от русского балета подобного ожидать не приходится, да и маленьким лебедям неудобно будет под музыку Александрова на стихи Михалкова танцевать) - другой разговор.

В собственно хореографическом решении как бы спонтанные, асимметричные движения то и дело сбиваются на цитируемые, иногда опознаваемые классические позиции и па, целые "вариации" из того или иного канонического "балета" - но не так, как это происходит, скажем, у Форсайта, где ирония сочетается с технической отточенностью. Здесь, в марсельском "Кордебалете", вряд ли только постановочной концепцией объясняется неспособность артистов удержаться неподвижно в стойке на одной ноге - технической выучки и физической подготовки им для этого тоже явно не хватает, впрочем, для тех задач, которые решают авторы спектакля, большего едва ли требуется; еще и поэтому меня так изумляли рефлекторные аплодисменты после тех или иных элементов классического танца вроде фуэте недоделанного - что должно быть у публики в голове вместо мозга, если она не способна уловить принципиального различия между тем, что видит в балете "Щелкунчик", и в марсельском "Кордебалете"? Главное для визуального восприятия "картинки", что за исключением нескольких парней, весь ансамбль облачен в костюмы со складками и напоминает группу оживших мумий; впечатления добавляют маски - на лицах и на затылках, тряпочные и пластиковые, ритуальные и карнавальные. К финалу один из исполнителей (но не тот, что открывал спектакль, другой) оказывается распростерт по сцене бездыханным - хотя вот это прием как раз из обихода раннего модерна.

"Болеро" после "Кордебалета" мне показалось своего рода "эпилогом", простеньким и необязательным "довеском" к уже увиденному в первом спектакле. И "Болеро" также начинается с соло, постепенно к артисту присоединяются остальные, в их движениях нет сексуальной, да и вообще какой-то особой энергии, даже ритм, такое ощущение, задается для них не хрестоматийной партитурой Равеля, а чем-то, идущим с другой стороны. Все, парни и девушки, в одинаковых легких платьицах - то есть мотив сексуальный (для "Болеро" изначально важнейший) стирается. Из хаоса какой-то жесткой структуры не выстраивается, скорее, напротив - на предпоследней музыкальной фразе фонограмму словно "заедает", а танцовщики скрываются за задником-занавесом (где пару раз на протяжении представления что-то грохотало - возможно, технические накладки), чтоб на финальном аккорде появиться снова; в "Болеро" музыка слишком хорошо известна и она неизбежно подавляет восприятие, поэтому для меня вроде бы и лаконичный, и эффектный 25-минутный второй спектакль вышел менее неожиданным, чем 70-минутный и, наверное, кому-то показавшийся затянутым первый "Кордебалет".
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments