Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

Эгон Шиле и Густав Климт в ГМИИ

Мне думалось, что обещания новой "очереди на Серова" - преувеличение, причем сознательное, ради рекламы и в целях создания ажиотажа, но очередь, пусть и не "на Серова", в том смысле что не фантастическая, действительно стоит, и это в дождливый будний день; к тому же очень медленно движется, зато внутри против опасений достаточно комфортно, без особой толкучки. Однако, предполагаю, большие любители искусства клюют на Климта, а Шиле мало кто знает - хотя Шиле и в принципе-то намного Климта интереснее, а на этой выставке Климт рядом с Шиле вовсе "пропадает".

Я для себя Шиле открыл сравнительно недавно, несколько лет назад в венском музее Леопольда попал на его выставку, и хотя в тот же приезд, единственный раз, когда мне довелось побывать в Вене, там повсюду, в каждом музее, отмечалась тем или иным спецпроектом годовщина Климта, был живописью Шиле совершенно поражен, на Климта после него в других местах уже и смотреть не хотелось:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/2358485.html

Впечатление оказалось настолько мощное, что позднее я и в Чески-Крумлов из Праги сознательно отправился, где Шиле недолго жил с любовницей-подростком, которую увел, кстати, у Климта; и где есть его персональный музей, хотя музейчик так себе, одно название, да и не музей официально, скорее "культурный центр", а все же:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2645196.html

Выставка в ГМИИ целиком сформирована из собрания венской "Альбертины", а основной, наиболее значительный Шиле, особенно живопись - все-таки в Леопольде, тогда как в "Альбертине" преобладает именно графика, и там Шиле идет в комплекте... с Рубенсом, по крайней мере на момент моего посещения:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2359521.html

К тому же чисто графическая экспозиция и Шиле представляет несколько однобоко, про Климта нечего и говорить, убери его - от выставки не убудет (разве что очередь на улице подсократится). Но можно позавидовать тем, для кого первое знакомство с Шиле произойдет благодаря графике - есть к чему стремится дальше. Меня графика Шиле, приехавшая из Вены, тоже привела в восторг - но не сравнимый с тем, что при первом соприкосновении с его живописью.

Построена экспозиция в сознательном нарушении хронологии, и в то же время сгруппирована не по тематике, но на некоем не вполне явственном "контрапункте". Шиле и Климт принципиально вперемежку, бок о бок, что для Климта тут крайне невыигрышно. Его этюды, эскизы - очевидно прикладного, технического характера, почти сплошь наработки к живописным полотнам или росписям, сами по себе малопривлекательные. То есть как бы и видна "рука мастера", но в отрыве от конечного результата показывать и смотреть их, по-моему, большого смысла нет, ну может как раз соседство с Шиле его отчасти и номинально прибавляет... а может и наоборот.

Причем период "модерна" для Климта, и по возрасту старшего, начался раньше, так что в первом зале ранний Шиле 1909 года (крошечные, еще не вполне самостоятельные, в модерново-декоративном духе выдержанные, но где-то уже пробивается индивидуальность - "Композиция с двумя фигурами", "Двое мужчин с нимбами", "Мужчина в набедренной повязке", этот у меня косвенно ассоциируется с распятием, и совершенно чудесный "Ребенок с нимбом на цветочном поле") вклинивается в прикладную графику Климта конца 19-го века: "Две пары борцов", "Обнаженный мужчина с распростертыми руками", "Обнаженная старуха на коленях", "Сидящая женщина, опирающаяся на руки" (этюд к картине "Философия"), а также эскизы к росписям Бургтеатра - "Театр Шекспира", "Театр в Таормине", "Алтарь Диониса", не позволяющие судить о конечном результате, впрочем (довелось мне побывать однажды и в Бургтеатре...), тоже вычурно-пошловатом.

В дальнейших залах уже "настоящий" Шиле - анорексичные, изломанные, "остроугольные", словно наизнанку вывернутые человеческие фигуры. Вместе с тем можно проследить хронологически, что элементы "экспрессионизма" проникают в его творчество не сразу, фактура тела искажается постепенно, чем дальше, тем сильнее, тем больнее. На рисунках "Стоящая обнаженная на фоне геометрических форм" и "Шиле и обнаженная модель перед зеркалом" (1911) еще в меньшей степени, как и восхитительные в своей нездоровой, ну только что не предсмертной эфемерности "Трое уличных мальчишек" (1910). При этом на Климта с его "нюшками", женскими головками, эскизами к живописным аллегориям и этюдами к заказным портретам ("Обнаженная на коленях с вытянутыми руками" и др. этюды к "Бетховенскому фризу", эскизы к картинам "Дева", "Надежда II", стоящая беременная - к "Надежде I" и т.д.) уже и глядеть-то неохота, голову лень от Шиле отворачивать.

Впрочем, и у Шиле есть на удивление благостных форм, плавные, статичные женские портреты - "Мария Штайнер" и "Ева Штайнер" (1918), "Портрет танцовщицы Моа" (1911), портрет будущей жены "Эдит Хармс" (1915). Однако их не сравнить с "настоящим", узнаваемым Шиле - взять хотя бы "Обнаженную со скрещенными руками" (1910), черный мел, раскрашенный акварелью в красно-оранжевых тонах, совершеннейшая чума (чума почти в прямом, медицинском смысле, как фатальный диагноз); или "Объятие" (1914), где героиня старается обхватить руками пустоту.

На выставке есть и другой, очень ранний Шиле - ученическая штудия-зарисовка "Бюст Вольтера" (1906) и "романтический" юношеский автопортрет, выполненный углем (тоже 1906, автору 16 лет!). Но вершина Шиле - совсем иного сорта автопортреты, их здесь несколько, обнаженные и полуобнаженные, незабываем "Автопортрет в обнаженном виде, гримаса" (1910). Поблизости - "Портрет художника Макса Оппенгеймера", коллеги и товарища (тоже 1910), этот изображен вроде бы в черном строгом костюме, даже при галстуке, но на лицо наложены такие желто-зеленые тона, что страшно делается, и не за героя, и не за автора, а за себя. Да и "наивная" как будто бы "Девочка в охристо-желтом платье" (1911), и "Поясной портрет рыжеволосой девушки" (1910) не успокаивают.

Портрет - основной жанр и вообще для Шиле, и в экспозиции, но есть исключения: "интерьерная" зарисовка - "Наружная дверь" (1912) и полуабстрактный натюрморт "Мой путь пролегает над бездной" (1912) - уж не эти ли два листа - всего их 13 - из числа тех, что Шиле создал в период 24-дневного тюремного заключения? Есть также морской вид "Пароход и парусники в порту Триеста" и незавершенный этюд "Молодое дерево с подпоркой (то и другое 1912), но, понятно, они могут заинтересовать лишь как "добавка", как "приправа", для разнообразия. Потому что невозможно подряд наблюдать "Скорбящую" (1914), "Скорчившуюся" (1918), "Сидящую пару" (1915). Мужские портреты, а Шиле рисовал друзей, помогавших ему в жизни, поспокойнее, но и они на свой лад не менее выразительны - три варианта портрета Артура Ресслера (на одном из них Ресслер словно старается закрыться ладонями от взгляда художника), Генри Бенеш и др. Климт все время мелькает попутно, но зацепиться не за что (ну этюд к "Юдифи" - и что? без той самой "Юдифи" на него и смотреть незачем).


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments