Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Карамора" М.Горького, реж. Дмитрий Егоров (лаборатория в МХТ)

Удачно начались показы новой серии режиссерских лабораторий МХТ, посвященной на этот раз Горькому и приуроченной к его 150-летию. Дмитрий Егоров в МХТ дебютант, но в Петербурге и по периферии ставил немало. Правда, я видел только их совместную с Максимом Диденко питерскую "Молодую гвардию", которая особого энтузиазма не вызвала:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/3305629.html

А вот "Карамора" даже без скидок на "эскизный" формат и "лабораторный" статус работы вышла небезынтересной. Что вдвойне удивительно, поскольку материал сколь привлекательный, столь и сложный, неблагодарный. Я сам к этой прозе Горького 1920-х годов обращался вне связи с нынешней лабораторией сравнительно недавно, пробовал вникнуть в суть самого, наверное "загадочного" горьковского рассказа, созданного в наиболее противоречивый, но необычайно плодотворный эмигрантский период творчества писателя:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/3200273.html

Но если меня как читателя в "Караморе" привлекал в первую очередь мотив внутреннего "раздвоения" героя, сосуществования в его сознании альтернативных личностей и поиск самоидентификационного тождества ("мин дин мин", китайское "я есть я" в рассказе проходит лейтмотивом, в инсценировке возникает лишь однажды, мимолетно), то режиссер эскиза, едва обозначив его, сделал акцент на моментах, связанных с "игрой": игрой в революцию, игрой в предательство - и тем, как "игра" перерождает природу человека. Сокращая весьма объемный для новеллы исходный текст, Егоров внятно пересказывает фабулу, слегка упуская (оно и у Горького несколько смазано, просто в контексте эпохи дополнительных разъяснений не требовалось, а сейчас они, может, и не помешали бы...) то обстоятельство, что рассказ от лица повествователя, Петра Каразина, ведется уже после революции, когда открылись архивы "охранки" и он оказался под стражей у своих бывших товарищей по партии.

Внешняя атрибутика минимальна и взята из расхожего набора приемов современной режиссуры: фонарики, баян, мэппинг... На экране меняются в режиме калейдоскопа супрематические слайды, к финалу появляется проекция живых червей-"мотыля" в красной подсветке и при сочетании с геометрическими абстракциями; меха баяна растягиваются, метафорически обозначая повешение Попова - эффектно, уместно, но необязательно. Главный фактор, определивший, на мой взгляд, успех показа - Игорь Хрипунов в роли Петра Каразина, aka Карамора. Абсолютное попадание в горьковско-"достоевский" образ, и снова остается сожалеть, что такого актера можно видеть преимущественно в разовых лабораторных проектах, в репзалах, на малых сценах.

Несмотря на то, что Хрипунов большие блоки текста читал "с листа", его роль - состоявшаяся, полноценная драматическая работа. Да и в целом ансамбль получился отличный: тонко сделанный Виктором Кулюхиным эпизод с полковником Осиповым, чуть заостренный, гиперболизированный, но не до откровенного гротеска эпизодический еврейчик Леопольд (Григорий Трапезников); предатель Попов-Попенко в исполнении Алексея Кирсанова; не самый выигрышный, но замечательно, очень точно, близко к духу и букве первоисточника через пластику, мимику, интонацию воплощенный единственный на всю инсценировку женский персонаж Софьи Ардовой - "товарищ Саша" ("товарищ Тася" осталась лицом внесценическим). Центральным же во второй половине спектакля оказывается дуэт Игоря Хрипунова с Александром Ливановым, играющим следователя Симонова, позднее ставшего "куратором" добровольно согласившимся после убийства Попова на сотрудничество с "охраной" Каразина: тут нашлось место и психологизму, и элементам пластической эксцентрики - именно через эту пару персонажей Егоров разрабатывает тот самый мотив "игры", на котором предпочел сделать акцент.

Единственное, что меня резануло в показанном эскизе - то, что и режиссер во вступительном слове, и актеры непосредственно в действии постоянно говорили "карамо'ра" с ударением на "о". Я полагаю, что правильно все-таки произносить "кара'мора". По крайней мере моя филфаковская преподавательница по началу 20-го века, ныне главный редактор отдела современной прозы издательства "Эксмо" О.Н.Аминова так "ударяла", и потом, сам занимаясь литературой 20-й годов и сталкиваясь с прозой Горького, я только так привык говорить и слышать. Ну и кроме того, здесь прослеживается фонетическая игра Кара'зин-кара'мора, а раз уж режиссера так увлекает мотив игры, то подобные вещи он не должен оставлять без внимания.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments