Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Кошкин дом" С.Маршака, "Волк и семеро козлят" А.Рыбникова-Ю.Энтина в МТЮЗе, реж. Генриетта Яновская

Так получилось, что премьерных "Пингвинов" я успел посмотреть раньше, а на "Кошкин дом" и "Козлят" медленно и трудно шел с прошлого сезона, но дойти хотел, особенно на Маршака. Я очень люблю этот текст, постоянно его по разным поводам цитирую (в первую очередь "и ковров ты не спасешь, и сама ты пропадешь" - чаще всего выпадает повод вспомнить; ну и "эй ты, дурень, перестань есть хозяйскую герань", и "ты с ума сошла, коза, бьешь десяткою туза" - много чего по мелочи), так что спектакль посмотреть так или иначе стоило, перетерпев соседство сотни детей с пакетами "хеппи-мила". Спектакль и сам хеппи-милый. Молодые актеры, работают энергично, постановка по духу отсылает к студенческому театру 1960-х, эстетически ориентированному, в свою очередь, на театральный авангард 1920-х: полосатые блузы, комбинезоны, красные береты - с одной стороны, с другой - многоуровневая культурологическая эклектика. Основной элемент сценографии - кубики, из которых складываются, и домики ее лживых друзей-животных. Благодаря этой объемной мозаике пейзаж Анри "Таможенника" Руссо сменяется натюрмортом Сезанна, интерьерами Ван Гога и Матисса; домик козы и козла стилизован под лубок, домик петуха и с курицей - "от" Пикассо, хлев свиньи - примитивизм Пиросмани, а убогая обитель котят - ранний Шагал. С музыкальным оформлением еще занятнее, тут и твист, и Эдит Пиаф, и Григ с Прокофьевым (сказку-буриме гости кошки сочиняют под "Пер Гюнта", а пожар разыгрывается под "Монтекки и Капулетти") и мюзикл "Кошки" встык с одноименной песней Жанны Агузаровой. Впрочем, целевая аудитория из предложенного культурологического ассортимента опознает в лучшем случае заставную песенку мультика "Мадагаскар", под которую пляшут кошкины гости. Зато в "умном" кошкином доме свет зажигается от хлопка ладоней, что вызывает у хеппи-милой публики неподдельный энтузиазм. Что касается актеров - трудно, должно быть, выкладываться для обожравшихся хеппи-милом юных зрителей (топить их в речке надо), а среди исполнителей есть те, чью работу в детском утреннике я могу сравнить с серьезными ролями в важнейших спектаклях МТЮЗа последних сезонов и оценить их ответственность не перед сомнительной публикой в первую очередь, а перед режиссером, автором и партнерами: Илья Шляга, занятый в "Кто боится Вирджинии Вулф" Гинкаса, здесь играет котенка, а София Сливина, одна из главных героинь "С любимыми не расставайтесь" Яновской - козу. Очень смешная Свинья (в кринолине с розанами) получилась у Максима Виноградова (до болезни играл Женя Волоцкий...). Козел - Сергей Беляев, Петух - Илья Смирнов, и для каждого режиссером придумана какая-то речевая краска: куры говорят с интонациями деревенщины, свинья картавит... Вот тетя кошка - Илона Борисова - могла быть и более выразительной, но в основном мои сомнения связаны не с артистами, а с общей концепцией, которая не выходит за рамки культурной программы, приложенной к посещению "Макдональдса". Лично я ничего не имею против "Макдональдса", наоборот, за последние полгода мне довелось съесть (и с превеликим удовольствием) гамбургеров больше, чем за всю предыдущую жизнь, но наблюдая, как стирается грань между фастфудом и театром, я впадаю в ступор. Тот факт, что спектакль как бы "детский" по формату, материалу и номинальному зрителю, ничего по сути не меняет. "Золотой петушок" Гинкаса - тоже "детский", я помню, как смотрел его в 11 утра!, с малышами на подушках и т.п., но при этом высказывание не менее значительное, чем другие успешные работы режиссера, и тематически ничуть не выламывающееся из направления мыслей Гинкаса, связанных в первую очередь с диалектикой животного и сверхчеловеческого в человеке, а форма спектакля настолько яркая, что я до сих пор помню грохот оторванных ручек-ножек пластиковых манекенов по той же самой лестнице, где сейчас играют "котята". Или "Гуд-бай, Америка!" самой Генриетты Яновской по тому же Маршаку. Вообще Маршак и сам по себе, как фигура, как личность, представляет большой интерес - нельзя же Константин Богомолов сделал его фактически одним из героев своего "Лира", выводя под именем Самуила Яковлевича Глостера, очередной реинкарнации неубиваемого типа "последнего русского интеллигента", ослепленного химерами тоталитаризма, обязательно переходящего из одного богомоловского спектакля в другой. Вот и у Яновской персонажи "Мистера Твистера" Маршака, в чем-то парадоксально сходного по сюжету с "Кошкиным домом", между прочим (владелец заводов с дочкой и мартышкой колесят по городу в поисках ночлега, но "нет, отвечают, в гостинице мест" и "спать нам придется в каком-нибудь сквере" , а все потому, что "комнату справа снимает китаец, комнату слева снимает малаец...", эх, восстановить бы сейчас тот спектакль!) приехав как туристы в Ленинград, словно спускались в лагерный русский ад. В "Кошкином доме", казалось бы, текст даже более, чем в "Мистере Твистере", располагает к острому высказыванию на злободневные и одновременно вечные для этой страны темы: тут и набор типажей разномастных дегенератов, и апокалиптическая картина пожарища, и родство в бездомье...А нынешний "Кошкин дом" - веселая стихотворная сказочка с моралью: "тот не оставит никогда прохожих без приюта". Знаем, видали мы их приюты - сразу вспоминается сценография Бархина для "Гуд-бай, Америка!" с ватниками на колючей проволоке, но "с ванной, гостиной, фонтаном и садом, если хотите, я вас проведу, только при этом имейте в виду".

Как ни странно, "Волк и семеро козлят", от которых я ожидал меньше, чем от "Кошкиного дома", мне показались внутренне более продуманными и целостными, да и просто веселее, живее. Не считая, конечно, того ужасного обстоятельства, что "Кошкин дом" по крайней мере играется в фойе, а "Волк и семеро козлят" - на большой и полный, вернее даже переполненный зал, с занятыми откидушками, приставными стульями, и в основном, разумеется, детьми, а это страшное дело. Но "Козлята" имеют преимущество, во-первых, за счет музыкального материала: самую малость приперченные хип-хопом и бит-боксом песенки православного композитора Рыбникова на стишки Энтина для сегодняшних детей вряд ли узнаваемы, а я их помню хорошо по мультику, которому в этом году, кстати, ровно сорок лет, и они совсем неплохи. Во-вторых, художник Елена Орлова (та же, что и в "Кошкином доме") нашла удачное пространственное решение: выгородка сделана как огромный детский "манеж", расшитый под "лоскутное одеяло", и "домик" выполнен в той же технике, что задает игровой тон спектаклю в целом, и собственно "одеяла" козлят, больше похожие на спальные мешки, смотрятся забавно. Совсем без цитатности не обходится, но в сравнении с "Кошкиным домом" и его культурологической "насыщенностью" в "Козлятах" минимум интеллектуальной претенциозности. Ритм действия, правда, порой сбивается, несмотря на все приложенные усилия режиссера и ухищрения хореографа Олега Глушкова. Но пускай недавние выпускники ГИТИСа во время учебы мечтали, надо полагать, и не о котятах с козлятами, а молодежным ансамблем МТЮЗа можно залюбоваться, некоторых артистов я наблюдал два дня кряду, и они, конечно, молодцы. Замечательная Екатерина Кирчак - в "Кошкином доме" играет курицу, здесь она козленок Кнопка; а Сергей Белов и в "Кошкином доме" козел, и здесь козленок, но персонажи совершенно разные, там гротескный, дегенеративный тип, здесь - симпатичный, инфантильный, обаятельный; в козлином септете я бы еще выделил Юрия Тарасенко, заменившего Женю Волоцкого - его персонаж носит имя Сына (как будто другие козлята - не сыновья и не дочери, тут я чего-то недопонял), борода у него "почти как у папы". Но самый яркий, да просто главный герой - однозначно Волк: Илья Созыкин - актер уже достаточно зрелый, опытный, и работал не только по детским утренникам, но сколь ни удивительно, а в детском музыкальном представлении раскрывается как блестящий драматический артист, по энергетике, по содержательности (хотя, казалось бы, уж какое содержание) заставляя вспомнить Михаила Ульянова или Анатолия Папанова. Ну не все так уж гладко - например, тянет одеяло на себя и раздражает своими безвкусными старомодными ужимками (я бы сказал еще грубее, ежели по совести) Павел Поймалов, выступающий поочередно за Зайца, Пингвина-почтальона и Петуха-преподавателя бельканто. Жалко, что ни в "Семерых козлят", ни до этого в "Пингвинах" я не попал на состав с Арсением Кудряшовым, при том что он занят и там и там, я видел его в студенческих спектаклях мастерской О.Л.Кудряшова начиная со второго курса, в "М.Душах" А.Золотовицкого, и мне кажется, в сказках он тоже должен быть интересным. В любом случае объективные достоинства и вероятные недостатки постановки теряют значение в свете того, как их воспринимает "целевая аудитория". Ну если уж театр не может обойтись без публики (а с этим лживым штампом давно пора покончить!), то надо хотя бы установить единый возрастной ценз, с какого момента допустимо жениться, голосовать, покупать алкоголь и приходить на спектакли.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments