Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

"Волшебная лампа Аладдина" Н.Рота в МАМТе, реж. Людмила Налетова, дир. Вячеслав Волич

Когда в зале находится одновременно такое невозможное количество детей (а я почему-то решил сначала, что спектакль поставлен на малой сцене и оказался не готов к "большому" формату), с одной стороны, уже не принципиально, Нино Рота это, Тарнопольский или Журбин, а с другой, раритетную оперу классика киномузыки (но для театра он тоже много насочинял) где еще услышишь? Но если честно, я не расслышал (хорошо еще расслышал хоть что-то за топотом и шепотом) в музыке оперы знаменитого итальянского композитора ничего такого, что на соответствующий сюжет по заказу театра Сац не сумели бы сочинить доморощенный компанейцы-подгайцы - она, попросту говоря, скучна своими предсказуемыми условно-ориенталистскими мотивчиками, стилизационными красками, примитивной композиционной структурой и самой ординарной оркестровкой, при том что партитуру для спектакля еще и сократили, урезав три акта до двух. Наиболее выигрышные в музыкальном плане эпизоды, на мой взгляд, связаны, как ни странно, не с колдуном, джиннами или прочими чудесами, но с лирическим образом принцессы Бадр-аль-Будур, чудесно спетой Лилией Гайсиной. Достойный вокал в партии Аладдина показывает и Чингис Аюшев, который, разумеется, еще и идеально подходит на роль свой природной восточной фактурой, более чем живой для оперного солиста пластикой, ненаигранным темпераментом. Однако режиссер делает ставку не на музыку, а, вместе с художником (Семен Пастух) на визуальный ряд, предлагая по максимуму яркое, пышное и массовое (вплоть до того, что рубины и изумруды, приносимые Аладдином в дар султану за его дочь, изображают наряженные "драгоценностями" дети) зрелище в духе театра юного зрителя, каким его понимали задолго до создания данной оперы в 1968 году. Горы с зеркальной изнанкой, вращающиеся на сцене и свисающие сталагмитами с колосников способны произвести, вероятно, некоторое впечатление. Очень смешной получился джин кольца - персонаж Дмитрия Кондраткова будто выпрыгнул из шоу Цирка дю Солей. Но в целом в спектакле, несмотря на использование современных театральных технологий, не говоря уже про избыток видеопроекций (джинн лампы, стоящий у входа в пещере колдун - анимационное видео, способное забить сколь угодно массивные декорации вместе с кордебалетом, получается, что из всех искусств важнейшим для сегодняшней оперы является кино...), нет и попытки хоть сколько-нибудь концептуально осмыслить старую сказку с позиций 21-го века, с точки зрения человека, живущего в третьем тысячелетии.

Кстати, я не знал, что арабского подлинника истории про Аладдина не существует и оснований считать этот сюжет фейком нового времени, собственным сочинением французского переводчика и издателя "Тысячи и одной ночи" Антуана Галлана, имеется даже больше, чем "Слово о полку Игореве" Мусина-Пушкина. Никакой рефлексии над самой фабулой, тем более над ее местом и формами бытования в человеческой культуре на протяжении, так или иначе, нескольких веков, Людмила Налетова не предпринимает, ее постановка, вполне "продвинутая" в технологическом аспекте, никуда не ушла от пресловутой "тюзятины" середины прошлого столетия, а в этом качестве едва ли может конкурировать по увлекательности для целевой аудитории, скажем, с мюзиклами "Русалочка" или "Красавица и чудовище", да там и собственно музыкальный материал, строго говоря, в своем роде качественнее. Оперные певцы - а во всех составах задействованы самые первостатейные кадры труппы, театр невозможно упрекнуть в безответственности, в халтуре, тут все по-честному, от души - старательно и небезуспешно вписываются в предложенную им театральную форму, способны отнестись к ней и к себе с иронией, включаются в игру - разве что Ирина Чистякова в роли матери Аладдина работает на таком градусе серьезности пафоса, словно ее героиня приблудилась из "Хованщины". Но в любом случае при подобном режиссерском подходе вокал и оркестр в "оперном" спектакле оказываются элементами, мягко говоря, необязательными. И самый неуместный, самый лицемерный контраргумент, который можно здесь привести - это заметить, что, дескать, такие спектакли пускай и лишены художественных открытий, зато "просвещают", "приучают" детей к опере. Да, приучают детей - к тому, что в опере можно входить в зал и выходить когда захочется, прыгать через ряды, знакомиться с новыми друзьями и ссориться со старыми. Но если целевую аудиторию еще до некоторой степени может на минуту отвлечь от более интересных занятий не музыка, так декорации или костюмы, то родители сосредоточены исключительно на своих чадах, на редкость возможности и поводе с ними пообщаться. А в отдаленной перспективе плоды просвещения можно наблюдать на солидных академических музыкальных событиях, куда приползает публика, "просвещенная" и "приобщенная" еще в 1950-е, а то и в 1930-е, чтоб побалакать с товарками, очистить в перерыве мандарин, вслед за тем, когда на сцене снова заиграют-запоют, зажевать мандаринку конфеткой, развернув шелестящий фантик, методично его скомкав и, захлопывая сумку, смачно прокашляться.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment