Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Последняя ночь" реж. Арсений Гончуков ("Окно в Европу")

"Сердца бумеранг" Хомерики и "Последняя ночь" Гончукова - найди десять отличий. То есть с десяток, пожалуй, как раз и наберется. Самый очевидный - у Хомерики кино было черно-белое, а у Гончукова на этот раз, в отличие от предыдущего "Сына", цветное. Герой Александра Яценко у Хомерики узнавал про непонятную болезнь сердца, от которой мог умереть в любой момент, но неизвестно когда, а герою "Последней ночи" диагностируют рак на крайней стадии. Но самое главное, то есть по существу неглавное, а внешне мозолящее глаза на протяжении всего фильма обстоятельство - если персонаж Яценко работал помощником машиниста метро жил в многоэтажке на Коломенской, то в "Последней ночи" речь идет о медицинском светиле, крупнейшем специалисте по раку, свою собственную болезнь как-то за исследованиями и изобретениями проморгавшем, но судя по обстановке в его доме, обеспечившем семью на будущее до седьмого колена.

Еще утром он смотрел на смерть с веселым цинизмом, а получил результаты анализов - пригорюнился. Героя, однако, можно понять: жизнь такая, что помирать не надо - жена хорошая, пусть и нелюбимая, сын взрослый, спортивный, симпатичный, дочка юная, любовница молодая, дом - у академиков таких нету, особняк с прудом и беседкой за трехметровым забором. Но узнав, что умирает, дяденька едет в провинциальный город к своей давней возлюбленной - и опять-таки холеная, хорошо сохранившаяся для своих лет замужняя тетка (Мария Сурова), встречаются они в номере приличного отеля, потом ужинают в отменном ресторане - вспоминают, кто от кого ушел, приходят к выводу, что это теперь неважно, дамочка отпрашивается в туалет и не возвращается, но мы видим, что дома с мужем мучается, а дом, опять же - красотища. Собственно, как и в "Полете", как и в "Сыне", в "Последней ночи" у Гончукова герой ходит, страдает и думает, страдает, думает и ходит, думает, ходит и страдает - средства на кинопроизводство Гончуков ищет сам, поэтому может делать, что ему угодно, но мне кажется, что походили-подумали-пострадали его герои достаточно, уже стоит режиссеру куда-то двинуться более целенаправленно.

Причем такое ощущение, что не только главный герой, но и все остальные его родственники, друзья и любовницы дышат на ладан, все еле-еле шевелятся. Единственный единственный живенький типчик - персонаж Алексея Маслодудова, которого герой встречает в метро провинциального города (довольно крупного, раз есть метро - похоже на Нижний Новгород, но не уверен, я там не бывал), тот его угощает водкой с мандаринами и расспрашивает, думал ли он о том, о чем подумает перед смертью - вот он, живенький, думал, только ничего не придумал. Меня-то здесь, точно так же как и в "Сердца бумеранге" Хомерики, больше удивляет не то, что все они страдают и умирают, а наоборот, что им до сих пор и в голову не приходило, что люди смертны, и тут вдруг неожиданно так пришло, ударило - и пошел всем жаловаться, что помирает, наверстывать упущенное, исправлять ошибки, использовать последние шансы. Я про себя прикинул - я тоже так нелепо выгляжу, как этот мужик, то смеющийся, то плачущий, когда всем говорю, что жить осталось всего-ничего и, пока есть еще чуть-чуть времени, надо успеть побольше? Но мне хочется думать, что у меня выходит повеселее, чем у гончуковского героя. Правда, я и не забываю ни на минуту о том, что все в последний раз, не упускаю никакой возможности - вот и еще один фильм Гончукова увидел напоследок.

А герой фильма и помер тоже - на зависть: прилетел к морю, сел у скал на пустынном пляже, глядел на силуэт корабля у горизонта. По крайней мере, всем сделал одолжение, а ведь, сказать по совести, не то что сочувствия или там симпатии, а вообще никаких эмоций умирающий страдалец-бродяга не вызывает, кроме единственной, грешной, но естественной в данном случае мысли: скорей бы уже дуба дал, что ли. Ну и кроме того лично меня покоробило, что приехав в провинцию, герой после расставания с первой и единственной любовью оказывается на остановке московского трамвая 4-го номера. Легко возразить - кому какое дело, кино - искусство условное, и вообще никто ничего не заметит. Может и не заметит - я заметил, потому что на этом трамвае часто езжу, он мимо моего дома ходит по кольцу от Рокоссовского до Сокольников. Просто не могу понять, что мешало снять трамвай или, к примеру, автобус (не принципиально же, надеюсь) там же, где и метро. Кстати, снова стоит вспомнить про "Сердца бумеранг", где герой Яценко жил в Москве, а метро снимали в Петербурге, потому что московский метрополитен пускает киношников только на "Полежаевскую", а Хомерики этот вариант не устроил почему-то. Нет, на десять отличий, похоже, не натяну. Но крайней мере, герой Гончукова, равно и Хомерики, получив результаты анализов, не бежит опрометью воцерковляться, каяться в грехах, зажигать свечки и бродить с ними по воде под "Реквием" Моцарта, перекрываемый колокольным звоном - уже за одно это стоит сказать Гончукову спасибо.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments