Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Вадим Холоденко в БЗК: Метнер, Балакирев, Брамс, Лист

Пришлось пропустить екатеринбургскую самодуровскую "Цветоделику" (которой теперь все в один голос восторгаются), хотя выбором страдал до последнего, но все же, как ни странно, солные концерты Холоденко последнее время в Москве случаются реже, чем гастроли балетов Самодурова (понятно, что не одних и тех же - ну так и у Холоденко программы меняются), а тут у него еще и программа была интересная, причем и разнообразная, и на удивление целостная: я бы назвал - "лики романтизма", но Холоденко умеет обходиться без подобной пошлятины а ля Светлана Виноградова.

Более того - Метнер и Балакирев, казалось бы, фигуры из разных веков, но Холоденко их подал как современников. Впрочем, соната Балакирева исполнялась им в редакции 1905 года, но дело не только в хронологии. У Балакирева, хотя он и оперирует псевдофольклорными песенно-танцевальными мотивчиками, построения, характерные для раннего романтизма, любопытно и даже парадоксально сочетаются порой с близостью чуть ли не к импрессионизму, и композитор оказывается современником одновременно Шопена и Дебюсси - собственно, так и есть, но у Холоденко это еще и можно все расслышать. "Сказки" Метнера пианист играет часто, но не всегда именно те три, которыми он открывал вечер. Первая, До-мажорная - вообще практически джазовая, вся на синкопированных ритмах, "Шествие рыцарей" - наоборот, "программная" и чисто романтическая, как ни странно, в чем-то более "традиционная" романтическая музыка, чем даже соната Балакирева си-бемоль минор.

Второе отделение - тоже на свой лад концептуальное и тематическое: Брамс, Лист. Холоденко сыграл "Семь фантазий" Брамса так, что, наверное, настолько обволакивающего, проникновенного, почти интимного Брамса я не слышал никогда. В то же время "интимность" для Холоденко не становится артистической "фишкой" - в антракте мне Владимир Наумович Ойвин говорит: мол, за год Холоденко сильно изменился, стал "мягче", а вот прежде у него бывали резкие форте - я сразу возразил: дойдет до Листа - будут вам и резкие форте. Ну резкие-не резкие, а преисполненная романтического пафоса пьеска Листа "Призыв" (Invocation - из "Гармоний поэтических и религиозных") у Холоденко вышла чуть ли не "революционным этюдом" (в хорошем смысле). Зато в самом, вернее, единственном относительно "шлягерном" номере программы, 19-й Венгерской рапсодии Листа, даже самые "ударные" чардашевые вариации Холоденко сделал не просто аккуратно - утонченно, с безупречным вкусом, и в то же время ярко. А какой был на бис изумительный Перселл!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments