Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Девять дней и одно утро" реж. Вера Сторожева ("Окно в Европу")

С откровенно плохими фильмами легче - говно и говно, но про "Девять дней" так не скажешь, это достаточно профессиональная и небесталанная в целом (не считая исполнения главной роли, конечно) работа. Поэтому мне от нее стало по-настоящему плохо.

Героиня фильма - модель и посол доброй воли при благотворительной организации, приехавшая с гуманитарной миссией, а вернее, с рекламной акцией в русскую глухомань из городу Парижу. Правда, Анна сама в этой глухомани родилась, а во Францию ее увезли приемные родители. До этого она воспитывалась в детдоме, о чем ей удалось благополучно забыть. Но тут ей снова и снова напоминают о прошлом, и что самое главное, у нее находится родная сестра Люба, хромая толстуха-банщица. Когда их мать-алкоголичка спалила хату и сама сгорела заживо, Любе на ногу во время пожара упала балка и она осталась инвалидом. Но Люба уверена в своей красоте, благополучии и абсолютном полноценности. Точно так же уверены в себе все вокруг. Не уверена в себе из действующих лиц одна только Анна. Тем не менее визит дамы на историческую родину обставлен с помпой - ее принимает мэр, рассчитывающий, что модель из Парижа поможет ему завязать отношения с каким-нибудь французским городком, подкладывает ей своего сына - юноша не особо церемонится и в первый же вечер заваливает ее прямо в машине, пока французский бойфренд-фотолюбитель пробавляется съемкой прекрасных видов.

Честно говоря, я уже приготовился к тому, что "Девять дней и одно утро" - это лайт-версия "Юрьева дня", очередное для Сторожевой "Путешествие с домашними животными", и это меня тоже не радовало, но на деле все оказалось еще хуже. Ни мести прошлому, ни возвращения, примирения и погружения в него с Анной не происходит. В ней только что-то надломилось, но не изменилось, не перевернулось. В то же время надлом случился, вероятно, роковой, и неслучайно Анна годами сидела на диетах, берегла себя, а стоило заскочить обратно на "родину" - стала жрать, пить и блядовать как отмороженная. Она приехала в убеждении (пусть ложном), что состоялась в жизни, что ей повезло. А туземные фрики ей поголовно сочувствуют - за тридцать, а не замужем официально и детей нет, тощая, по всему выходит - неудачливая, несчастная. При том что сочувствует ей такой контингент - "мама дарагая" (как называется еще один фильм из конкурсной программы). И вслед за ними Сторожева с соавторами настаивает: именно они, убогие и увечные - молодцы, счастливцы и на своем месте, а моделька мотается туда-сюда, бедолага, и даже сергьи от Тиффани на ней - не свои, для рекламы одолженные. Возведенное в моральный эталон самодовольство дегенератов у Сторожевой преподносится как торжество истинных ценностей. Купола-колокола в непосредственной близости от бараков и всяческого мусора подается не на контрасте вовсе - наоборот, в этом предлагается увидеть гармонию, как настоятельно требуется усмотреть красоту и доброту в увечных, нищих, никчемных русских.

Анну играет некая дамочка, живущая реально в Парижа, хотя, судя по акценту, приехавшая туда из мест много восточнее Москвы. Про таких актрис вежливые критики обычно пишут: "единственное, что можно о ней сказать наверняка - она блондинка", а я невежливый, потому предпочитаю промолчать. При этом актерский ансамбль в общем подобран удачно, особенно что касается отца и сына Пускепалисов в роли мэра и мэрского сынули соответственно, и на Светлану Тому в образе воспитательницы детдома смотреть интересно. Да если говорить о формальной, о художественной стороне дела, "Девять дней" дадут фору большинству своим конкурентам по части качества и вкуса. Но тем ужаснее, когда качественно и со вкусом проводятся попросту чудовищные идеи.

Понятно, что Сторожева и Анне как отдельно взятому персонажу во многом сострадает - но это сострадание не "сверху вниз" и не со стороны, а изнутри, с позиций остальных героев фильма. Хромая толстая Люба считает себя красоткой, да и почему бы ей не думать так, если сын мэра, не успев проводить Анну, сразу переключается на нее, да и Анин бойфренд мимолетом, а заинетересовался сестрой своей подружки (с которой кстати, у него за девять дней и одно утро ни разу секса не было); даже травмированная детдомовская девочка, нафантазировавшая, что парижская модель ее усыновит и заберет с собой, сразу после отъезда Анны липнет опять-таки к Любе. Пожилая и мудрая воспитательница с самого начала иллюзий не питала. Выходит, как ни крути, что не Анна - победительница, напротив, Анна плывет по течению, а остальные - живут и в ус не дуют в своем говне (в финальной сцене с мэром герой Пускепалиса постоянно кричит по телефону, что прорвало канализацию и говно хлещет фонтаном), и довольны, и так и надо. Они настолько ущербны, что не в состоянии уяснить ни собственной неполноценности, ни уродства окружающей их реальности. А может, и в самом деле так и надо? Вот это - самое вредное, опасное сомнение, которое способно породить такого рода "добротное" кино. Потому что сама постановка вопроса, стоит лишь ее допустить - уже капитуляция человека перед зверем, цивилизации перед дикостью, культуры перед природой, наконец, христианства перед язычеством.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments