Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Моя борьба" реж. Урс Одерматт, 2009

Про существование экранизации я даже не знал, хотя пьеса "Майн кампф" - самое популярное сочинение Табори, написанное им уже в старости, хотя до этого автор поработал и журналистом, и сценаристом (в том числе с Хичкоком и с Лоузи), выпустил тонну книжек, "полевачил", как водится у евреев, которых антифашизм слишком часто кружным путем заводил обратно к фашизму, только с противоположной стороны. Последнее обстоятельство особенно важно, да и к проблематике пьесы имеет прямое отношение. В Москве ее, кажется, ставили только раз, довольно давно - в театре "У Никитских ворот", и М.Г.Розовский не спешит убирать ее из репертуара окончательно, хотя идет она примерно раз в год:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1998441.html

Понятно, что много переводивший с немецкого Брехта, а под старость и самолично работавший в "Берлинер ансамбле", Табори в "Майн кампф" в чем-то опирается на структуру "Карьеры Артуро Уи", однако меняет жанр, предпочитая притче фарс. Вот как раз фарсовой природы текста в фильме-то и недостает - есть отдельные моменты, построенные на приемах гиперболы, гротеска, но в целом режиссер (самый заметный пункт его фильмографии - не режиссерский, а сценарный: немецкоязычные диалоги в сиквеле популярной в мои детские годы комедии Махульского "Ва-банк 2", еще времен соцлагеря) решает фарс с заведомо условным сюжетом как историко-биографическую драму - и это, конечно, совершенно поперек не только драматургического материала, но и всякого здравого смысла.

В качестве исследования (с позволения сказать) истоков личного антисемитизма Гитлера и особенно в связи с его комплексами по поводу несостоявшейся карьеры художника "Майн кампф" Табори - не единственное в своем роде сочинение. За семь лет до экранизации Одерматта был снят "Макс" Менно Мейеса, 2002, но там изначально, пусть и на вымышленном сюжете, рассказывалась драматическая история:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1682625.html

А вообще тема "евреи и Гитлер", когда Гитлер выходит на экран или сцену в качестве персонажа, наверное, и может быть полноценно реализована только в комическом ключе, другое дело, на каком уровне - это может быть "Великий диктатор" Чарли Чаплина, а может быть какая-нибудь хрень типа "Мой Фюрер, или Самая правдивая правда об Адольфе Гитлере" Дани Леви. Одерматт же и фарс подает как драму, при том что ну разве можно воспринимать без смеха: юный Адольф в Вене живет в ночлежке с евреями, всему у них учится, а старый Шломо, торговец Библиями, становится для него своего рода гуру и даже название своего программного труда "Моя борьба" Шикльгрубер заимствует, то есть попросту крадет у своего еврейского покровителя и наставника, пробавляющегося на досуге литературным творчеством. На случай, если вдруг кто никогда не слышал про Гитлера и не в курсе, кем он стал и чем это обернулось для евреев, фильм завершается эпилогом, где Шломо с другом Лобковицем в лагерных робах отправляются в газовую камеру, идя на яркий, ослепительный свет в сопровождении очередной закадровой еврейской байки.

Вырастающая из комплекса неполноценности (в чем не может быть сомнений) ненависть Гитлера к евреям у Табори показана в нарочито фарсовой манере как раз потому, чтоб, с одной стороны, подчеркнуть суровость выводов, а с другой, обострить условность формы. Про условность формы в фильме нет и речи - это традиционная телевизионная драма, отчасти и мелодрама - в той сююжетной линии, где речь идет о взаимоотношениях Шломо с юной Гретхен, которая в результате предпочитает Адольфа и обвиняет Шломо в совращении. То есть Гитлер получает от евреев все - от еды, крова и минимального бытового комфорта до женщины, идей, названия будущей книги и, в общем-то, собственная его личность - тоже продукт противоречивого взаимодействия с евреями, как говорит об этом в пьесе Шломо Гитлеру, "ты взял худшее и от немцев, и от евреев". Конечно, это должно быть смешно - но у Одерматта просто нелепо, нелогично, но совсем не весело.

"Нацизм придумали евреи" - формулировка применительно к конкретному случаю, мягко говоря, парадоксальная, но принципиально точная, если посмотреть, кто сегодня занимается, да и руководит идеологическим обслуживанием современных фашистских режимов. У Табори, впрочем, нет, или, во всяком случае, не чувствуется комплекса национальной вины не только перед собственным, но и перед другими, тоже, вообще-то, пострадавшими народами. В фильме ничего похожего и подавно не возникает. Неудивительно, насколько малоинтересен немецкий актер-мэтр Гец Георге в роли Шломо, еще и поэтому Гитлер как персонаж здесь выходит на первый план: его играет самый одаренный из молодых немецких киноактеров, но, к сожалению, не столь засвеченный, как его ровесники Дэвид Кросс и Макс Риммельт (с последним у Шиллинга был великолепный дуэт в "Академии смерти"), не говоря уже про Даниэля Брюля, который чуть старше - хотя вот судя по фильмографии в 2013 году Шиллинг сыграл заглавную роль в киноэкранизации "Войцека" Бюхнера. Особый нерв - важнейшая характеристика Шиллинга-актера, он умеет не просто имитировать истерику, а показывать всю динамику эмоциональных состояний, от депрессии до агрессии, в рамках одного сюжета, и в сюжете о юном Гитлере (а незадолго до этого в "Академии смерти" ("Напола") Шиллинг, наоборот, сыграл подростка, сына офицера вермахта, тайного антифашиста) его талант раскрывается в полной мере, и есть в картине эпизоды, особенно ближе к концу, где Том Шиллинг как бы отдельно от фильма в целом поднимает свою работу на уровень, соответствующий Мартину Вуттке в "Карьере Артуро Уи" Хайнера Мюллера.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments