Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Добро пожаловать в Нью-Йорк" реж. Абель Феррара в "35 мм"

Фильм начинается с интервью Жерара Депардье, в котором он говорит, сколь неприятен ему персонаж, и даже уточняет, чем именно - близостью к политике, потому что, дескать, все политики ему отвратительны. Ну прям все-все без исключения или есть отдельные великие демократы и лихие джигиты, которые менее отвратительны, нежели прочие - Депардье не уточняет. Но вообще кино любопытно в том плане, что в нем много всего разного и развивается оно совсем не так предсказуемо, как можно было бы ожидать. Почему-то стоит официальный хронометраж два с лишним часа, а реально фильм идет час сорок пять примерно - может, пузатый Депардье (хорошо же кормят на банкетах в Грозном, замечу я не без зависти) перед согражданами постеснялся лишний раз обнажаться, пощадил их православные чувства, и картину порезали - но не исключаю, что с хронометражом напутали, в любом случае то и другое - очень по-русски. А вот то, что крупный мировой финансист и потенциальный кандидат в президенты Франции идет под суд в Америке за то, что якобы изнасиловал чернокожую горничную отеля - это уж, конечно, совсем не по-русски.

Своей жене Симоне мсье Дэверо говорит, что обслугу он не трахал и не заставлял делать минет, а просто подрочил ей в рот - но эти подробности мало волнуют даже жену, а к сути дела вовсе не относятся. Важнее, что герой фильма, прототипом которого, и весьма очевидным (упомянуто все, что только можно, и лишь имя изменено) стал Доминик Стросс-Кан, ни минуты не отрицает своей слабости к сексу - да, он озабоченный, почти маньяк. И до того, как утром к нему в номер пришла прибраться черномазая шлюха в переднике, он прекрасно провел время с русской проституткой и ее напарницей - ко всеобщему удовольствию участников забавы. То есть дело не в том, что такой-сякой-плохой растленный персонаж достался Депардье, который, между прочим, с молодости в основном про это и играл - у Бертолуччи, и Блие, далее везде - а в том, что этот секс-гигант - не революционер, не мусульманин-террорист, не православный активист, а мерзкий, да еще международный, финансовый воротила, акула капитализма. И то, что горничная - страшная и старая, тоже не имеет значения, а имеет, что бедная и черная. То есть маньяк - ладно, а вот капиталист, эксплуататор и до кучи расист - это уж непростительно.

Феррара с Депардье, может, и сами оба на пару не прочь нагнуть черножопую сучку, особенно когда выпимши - но идеалы мешают. Идеалы мешают и поднять тему, возникает противоречие между отвращением к миру транснационального капитала - и общностью житейских интересов с таким вот его представителями. В результате на скрещении противоречивых устремлений, как ни странно, и возникает нечто необычайное, и не только в визуальном, но и в драматургическом, концептуальном плане. Анархист, алкоголик и наркоман, Феррара вряд ли испытывает больше симпатии к полицейским, судьям и прокурорам, нежели к заплывшему жиром сексуальному маньяку. Поэтому даже если он ничего плохого не думал, а просто хотел преподать капиталистам урок, все равно у него выходит история скорее про то, что за маленькие слабости большой человек и расплачивается по крупному - в общем-то, близкая им с Депардье (для Депардье еще более близкая) история. Сначала ему неприятен растленный банкир, потом - фашистсвующие полицейские, а потом он и сам не на шутку увлекается выяснением отношений между банкиром под домашним арестом и его женой.

Между прочим, жена заслужила всяческого уважения - и как личность, и как персонаж фильма. Холеная, балованная, амбициозная - в то же время страстная и страдающая женщина. Жаклин Биссет великолепна в этом образе - Симона, пожалуй, лучшая из ее ролей, что мне доводилось видеть. Для пущей острастки Дэверо в ответ на претензии супруги по части секс-маньячества намекает, что зато ее отец нажился при нацистах (аргумент из серии "а ваша мать была кривобока"). Я прочел, что родители реальной бывшей жены Стросс-Кана уехали на время войны в США, так что с нацистами напрямую никаких дел уж точно иметь не могли. Но для характера героини и ее взаимоотношений с героем важнее не столь далекое прошлое, а именно - что же все-таки произошло между Дэверо и негритоской-страхолюдиной, не в смысле технических интимных деталей, а по существу. На результаты официального разбирательства (а героя, как и его прототипа, оправдали по суду - "жертва" оказалась не просто черножопой шлюхой, но, как свойственно черножопым шлюхам, еще и прожженой аферисткой) Ферарре и Депардье, естественно, плевать - но личные чувства тоже ведь не спрячешь. И Феррара не забывает, бичуя язвы капитализма, попутно отметить парой кадров, что негритянок на "акции протеста" у дома, где сидит под арестом Дэверо, подвозят специальными автобусами (и кто-то, стало быть, платит за бензин).

Иногда, впрочем, особенно поначалу, кино кажется уж очень тоскливым и вторичным - самое интересное в нем, несомненно, возникает в последние полчаса, когда действие сосредоточено в замкнутом пространстве и, собственно, действия никакого внешнего нет, а есть взаимоотношения двух людей, к этому моменту уже становится ясно, не таких плохих, как следовало бы ожидать поначалу от фильма Феррары и после вводного интервью Депардье. Но до этого, пока сначала Дэверо трахает русских проституток (а Феррара эти "сто двадцать дней содома" живописует сладострастно, но русские не отрицают и в суд не подают, наоборот, рады - за себя и за своих блядей, актриса Наташа Романова, всего-то засветившись в эпизоде с другой путаной, где она ласкает ее, позволяя главному герою иметь себя сзади, в кинопрессе позиционируется ныне как еще одна покорительница Голливуда из России - знай, мол, наших!), а потом его самого терзают полицейские, обыскивают, заковывают, помещают в камеру к уголовникам и только что не дрочат ему в рот - признаться, скучновато. В эти периоды я представлял себе на месте Дэверо православных финансистов - ну Грефа там, или Дворковича, не когда они с женщинами, конечно (тем более, что Дворковича тогда пришлось представлять бы с мальчиками, а мальчиков жалко), но когда герой фильма, руководитель влиятельнейшей международной банковской системы, сам катит свой чемодан-тележку по аэропорту, собственноручно выгружает чемодан из такси - вот в эти моменты достаточно только подумать о Грефе, Дворковиче или других русских аналогах героя Депардье, и жить сразу становится легче, даже веселее.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment