Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

вариации на тему гаммы До мажор: "Школа жен" В.Мартынова в "Новой опере", реж. Игорь Ушаков

Юрий Любимов скромно снял свое имя с афиши в строчке "режиссер-постановщик", но остался автором идеи и либретто. А спектакль по-любому "любимовский", и от этого не уйти. При том что Мартынов написал по форме вполне себе "оперу", хотя если рассматривать постановку как оперную, пришлось бы оценивать и качество вокала, а вокал тут явно не на первом месте, да и музыка в целом, что заранее осознавал композитор, играет прикладную роль. Если уж на то пошло, то "Школа жен" и к одноименной пьесе Мольера имеет мало отношения. По структуре это дивертисмент, объединенный ожиданием мольеровской труппой королевского посещения и репетициями номеров, достойных высочайшего внимания. Тем не менее можно говорить о "школе" - только надо помнить, что означают на самом деле подобные формулировки заглавий ("Школа жен", "Школа злословия"), а означают они вовсе не "мастер-класс" (для жен, для любителей позлословить и т.п.), а нечто противоположное, "школу" в данном случае правильнее понимать (да и переводить) как "урок", урок неприятный и жестокий, но необходимый. В этой "школе" тебя не научат, а проучат. Спектакль Мартынова-Любимова-Ушакова - урок не женам, это урок артистам. Что очень точно вписывается в систему настроений и размышлений Любимова последних лет, особенно после его скандального ухода из театра на Таганке.

Герои спектакля - актеры во главе с руководителем труппы, Ж.-Б.Мольером. Они изо всех сил мечтают угодить королю, который должен явиться на представление через два часа. На титрах идет обратный отсчет времени. Но комедианты, при всем желании получить одобрение господина, не хотят особо напрягаться, актеры халтурят, актрисы капризничают. Мольер тут не то чтоб совсем ни при чем, но помимо мольеровских используются также тексты Козьмы Пруткова и Михаила Булгакова. Один из эпизодов, "Блонды", основан на пародийной драматической сценке Пруткова - он в середине композиционной структуры спектакля торчит бельмом, ужасно затянут и зануден еще и в силу однообразия музыкальной стилистики, использованной при его разработке. В целом же язык Мартынова более обычного эклектичен, основан на стилизации и пародии как на барочную эстетику, так и на неоклассицизм 20-го века, Стравинского, при этом он узнаваемо мартыновский. Начиная с увертюры лейтмотивом оперы становится гамма До мажор, причем не только музыкальным, но и текстовым - хор пропевает "до-ре-ми..." и т.д. вверх и вниз многократно. Бесконечные повторения фраз - характерный прием мартыновского минимализма, здесь он получает откровенно гротесковый, пародийный характер. Партии греческих философов во второй из сценок "дивертисмента" написаны будто для кастратов и исполняются контртенорами в нарочито евнухоидном имидже (затем, в четвертой сценки, опирающейся на эпизод с учителями из "Мещанина во дворянстве", та же "сладкая парочка" появится снова уже в слегка модернизированном варианте, из пародийных древних греков превратившись в комичных педагогов 17 века). Подстать музыкальному материалу и оформление - лестничная конструкция от Бориса Мессерера увенчана нависающей рамкой в виде солнца, где лишь на поклонах портрет Луи Четырнадцатого сменяется портретом Мольера. Пышные платья и костюмы от Рустама Хамдамова при всем том не производят впечатления пестроты, они выполнены аккуратно и с большим вкусом. Игра в "старый театр" - формат заезженный, истасканный, уборщицы с швабрами и костюмеры с вешалками - чересчур расхожая фишка для "театра в театре", но в данном случае не самая оригинальная идея максимально тонко и умно.

В то же время современность присутствует в этой игре постоянно - полунамеками, фигами в кармане, иногда проявляясь более явственно, как в монологе Мольера на текст "Проект введения единомыслия в России" (опять-таки от легендарного Козьмы Пруткова, по факту - основного соавтора Любимова по либретто "Школы жен", в процентном отношении далеко позади оставляющего и Мольера, и тем более Булгакова), иногда отступая в тень, прячась от короля-солнца под камзолами и париками. Наивно, где-то даже вульгарно - но то, что еще несколько лет назад вызвало (и вызывало у меня лично) презрение своей компромиссностью, по теперешним понятиям сойдет за взаправдашнюю "гражданскую" смелость, пускай и проявленную на уровне примитивном, как До-мажорная гамма. Впрочем, Любимов, чей новый опус, даже не подписанный его фамилией, обязательно напомнит прежние мольеровские экзерсисы режиссера (и роль Мольера в телеспектакле Эфроса по Булгакову, и собственного любимовского "Тартюфа" с его рамками и шторками), разбирается теперь не столько с современностью, сколько с самим собой и коллегами по театру. "Что за люди - актеры, да и люди ли они вообще?" - этот вопрос, формулировка коего приписывается кем-то А.П.Чехову, а иными Томасу Манну, Любимова волнует явно сильнее, чем проблема взаимоотношения художника с властью, тем более, что про власть Любимову (да и не ему одному), с одной стороны, все давно понятно, а с другой, какие нынче у Любимова могут быть проблемы с властью? Вот с актерами у него проблемы свежие, кровоточащие, и недавнее "празднование со слезами на глазах" (и с пеной у рта) 50-летие Театра на Таганке, фактически посмертное, об этом лишний раз напомнило.

Герой "Школы жен" пытается между делом протестовать, обличать тирана, однако королю обличение и лесть оказываются одинаково безразличны. По традиции Мольер-таки выходит из конфликта с королем моральным победителем - но победа выглядит надуманной и еще более надуманной звучит. Мартынов и сам признавался, что его симпатии в этой истории - на стороне отсутствующего короля. Да и действительно, в своем желании угождать королям актеры слишком часто выглядят жалкими лицемерами. Тем более, что если разобрать весь расклад, то Любимов здесь выступает именно в роли короля, а не комедианта, хотя бы и самого первейшего; он здесь и солнце, и тиран, и источник вдохновения - и, подобно королю по сюжету любимовского либретто, на репетиции он так и не появляется, несмотря на все ожидания.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments