Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Венера в мехах" реж. Роман Полански в "35 мм"

С идеей спектакля по "Венере в мехах" долго носился Роман Виктюк, точнее, Елена Образцова, которая собиралась в этой предполагаемой постановке играть главную роль и даже закупила для нее в нью-йоркском секс-шопе разных причиндалов, плетку, ошейник, браслет и т.п. - Арам Ашотович Габрелянов в свое время обалдел, когда я ему предоставил фотосессию Образцовой во всей красе, с плеткой в руках: не мог поверить, что можно Образцову уговорить добровольно и с энтузиазмом позировать в подобном виде (а в то время как раз вся редакция газеты "Жизнь" попеременно следила за разбитой инсультом Гундаревой в Бурденко). Понятно, что спектакль так и не вышел, но я не знаю, собирался ли Виктюк (если вообще собирался, а не просто пиздел по своему вечному обыкновению) ставить именно инсценировку "Венеры в мехах" Захер-Мазоха или подобную вот, а может даже ту самую пьесу Дэвида Айвза, которую экранизировал теперь Полански. Потому что пьеса ну будто специально для Виктюка написана - тут все как он любит.

Где-то средь пустынного Парижа в захудалом театре уже закончился кастинг на инсценировку "Венеры в мехах" и режиссер спешит к невесте, как вдруг прямо из дождя и грозы заявляется бабища с размазанным гримом, представляется Вандой, именем героини Захер-Мазоха, и хотя ее нет в списках, убеждает опаздывающего режиссера прослушать ее, а заодно и подыграть, подать несколько реплик. В процессе "кастинга" игра и реальные переживания переплетаются настолько, что режиссер, поначалу задумывавший интеллектуальный спектакль с эпиграфом про то, что Бог наказывает, предавая в руки женщины, отсылающий к Юдифи (в библейском контексте наказание от руки женщиной вдвойне страшно еще и своей унизительностью), и под музыку сюиты Берга, вовлекается в процесс и под конец остается привязанным к бутафорской колонне, в женском платье и с накрашеной рожей, как бы примерив образ Ванды на себя, но с противоположным результатом. Загадочная же героиня, несущая в себе нечто инфернальное - то дико вульгарная и тупая, то демонстрирующая недюжинную начитанность и подкованность, а в какой-то момент даже признающаяся, что актриса она в прошлом, а теперь - частный детектив, познакомившаяся в душевой спортзала с невестой режиссера и нанятая ею, чтоб разведать подноготную жениха, однако и это следует принимать скорее как часть игры.

Игра, прямо сказать, драматургические нехитрая, а если честно - примитивная. И вслед за "Богом резни" Полански ставит, отталкиваясь от пьесы безвестного Дэвида Айвза, снял очередной, довольно изящный, но плоский сатирический памфлет на современные нравы, характеры, искусство и т.д., но к Захер-Мазоху и его книге имеющий более чем отдаленное отношение, лишь чисто технически его эксплуатирующий, и не столько даже текст, сколько имя, ставшее нарицательным. Впрочем, ирония и юмор спасают картину от убожества материала. Матье Амальрик, чем-то напоминающий самого Романа Полански в более молодые годы, и блистающая способностями к перевоплощению, в том числе эмоциональному, Эмманюэль Сенье составляют превосходный исполнительский дуэт, умело прикрывающий скудоумие драматурга. Так что кино посмотреть, конечно, стоит, но не следует слишком многого от него ожидать. А вот в качестве повода оглянуться непосредственно на "Венеру в мехах" и ее автора фильм пришелся как нельзя кстати.

Уроженец Лемберга, то есть, по-нынешнему говоря, Львова (и земляк Виктюка, соответственно), Захер-Мазох в понятиях своего времени считался второразрядным, но вполне респектабельным и достаточно успешным писателем-реалистом, навроде Тургенева, самого популярного в те годы у европейской читающей публики русскоязычного литератора - мода на Достоевского началась позднее, как и мода на Захер-Мазоха в связи с пресловутым "мазоховским фантазмом", связанным с удовольствием (в основе - сексуальным) от причиняемого страдания (необязательно, между прочим, физического - моральное унижение тоже работает), и что важно, в первоисточниках - исключительно гетеросексуального и одностороннего: женщина доминирует, мужчина подчиняется (иногда, правда, гетеросексуальность выворачивается наизнанку, как в повести "Любовь Платона", где девушка, желая добиться расположеная равнодушного к ней юноши, переодевается мужчиной - вот бы что Виктюк мог поставить!) Сегодняшние расхожие представления о т.н. "мазохизме" ушли от несчастного Захер-Мазоха настолько далеко, что к его текстам напрямую (как и к текстам, например, маркиза де Сада - прозаика еще более занудного, чем Захер-Мазох, если говорить откровенно) практически не обращаются, вот и Полански ставит всего лишь ироничную киношно-театральную фантазию на тему "Венеры в мехах".

А между тем, помимо всего прочего, от внимания неизменно ускользает еще одно любопытное обстоятельство. Проживший на территориях, отошедших при разделе Польши к Австро-Венгрии, всего несколько детских лет своей жизни, Захер-Мазох в творчестве неизменно обращался к местому колориту этой земли - которую мы сегодня знаем как Западную Украину. Например, в любопытном романе "Богородица" (при недавней русскоязычной публикации переименнованном православно-фашистской цензурой в "Мардону" - по имени главной героини), где персонаж влюбляется в предводительницу крестьянской секты и с наслаждением гибнет от ее руки. Заносило его фантазию, правда, и гораздо дальше - в какой-то новелле из сборника "Демонические женщины" действие происходит чуть ли не в рабовладельческой Южной Америке - но это исключение. "Венера в мехах" - тоже в каком-то смысле исключение, однако Ванда, которую по тогдашнему обыкновению в романе называют, естественно, "русской", на самом деле, конечно, никакая не русская - она украинка, и этот момент, как мне кажется, непременно следует иметь в виду.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment