Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

"Зоопарк художников", Алекс Шведер, "Танго" Збигнева Рыбчинского в Галерее на Солянке

На вернисаже мы уже перформансов не застали, но захватили еще бар с водочными коктейлями, которые я, увы, пить не мог по болезни, и даже в чистом виде продукт смог употребить только в объеме двух с половиной рюмок - третью не допил, а оливки безумная фея поела. Но инсталляции Алекса Шведера в верхних залах и "Танго" Рыбчинского в закутке позади гардероба (зал "Перец" это, кажется, называется официально) посмотрели сразу. Инсталляции, кстати, занятные - одна представляет собой надувную конструкцию, где можно лежать и она, конструкция, служит как бы индикатором настроения лежащего, меняет конфигурацию в зависимости от последнего. Рядом - тоже надувные кресла, которые набухают и сдуваются, наоборот, независимо от воли и сознания сидящего, позволяя неожиданно почувствовать соседа, во всяком случае, так задумано, хотя когда посетителей немного, концепция не срабатывает. Самый любопытный из трех залов вмещает деревянную конструкцию в виде качелей, предназначенную для жизни двух обитателей, как бы уравновешивающих постройку - внутри все более-менее оборудовано для жизни, включая туалет (ну как будто), и художник предлагает взглянуть, как работает "равнодействующая" только двух соседей, а заодно подумать, что происходит в многоквартирном доме, где действуют энергии не двух, а десятков и сотен жильцов. Идеи несколько умозрительны, но явлены в таких наглядных формах, что автора никак не упрекнешь в абстрактном мышлении - "изделия" налицо, можно потрогать и ощутить всей кожей. "Танго" Збигнева Рыбчинского - шедевр анимационного видеоарта, который, однако, не очень свежий, я его уже видел и довольно давно, не помню в рамках какой фестивальной программы, но на большом экране ("Линолеум" или "Фьюче шортс" - неважно), там все действие сосредоточено в пространстве одной комнаты с открытым окном, куда сначала залезает за случайно влетевшим мечом паренек, а дальше интерьер постепенно заполняется другими персонажами, причем каждое предыдущее действие продолжает циклически повторяться, прирастая следущим, а затем с какого-то момента начинается обратный процесс, пока комната снова не опустеет - штучка формалистская, эстетская, но завораживающая, как завораживают все хорошо придуманные и построенные на повторах одних и тех же модулях (музыкальных, визуальных, мизансценических - любых) произведения.

С перформансами вот вышел у нас облом - никто не предупредил, что в первый день работы "Зоопарка" он закроется до вернисажа, и мы их в результате не застали. Безумная фея пошла на следующий день, и дальше у нее, даже на парижской "Пахите", только и разговоров было, что про дядю Федора, такое он на нее произвел неизгладимое впечатление: не разобравшись сперва, она ополоснула ручки в рукомойнике и взгромоздилась на деревянную лесенку, позволяющую дотянуться до головые Федора, торчащей из застекленной клетки, но поняла, что протирать ему лицо не сможет, да и с лесенки немудрено наебнуться - короче, забоялась, но впечатление тем не менее вынесла неизгладимое, хотя там и другие перформансисты были. Я же притащился еще днем позже, прямо перед театром, рассчитывая глянуть по-быстрому и дальше бежать. Но Федора не застал на месте - клетка пустовала, Федор задерживался, а мне задерживаться никак нельзя, не хватало еще прогон балета Парижской оперы проебать в довершение всего. Но уж после прогона в Большом вернулся и с третьей попытке наконец-то посмотрел всех обитателей "Зоопарка" в полном объеме. На входе в нижние залы стоит голая Лиза Морозова, босиком перед набросанным стеклом, и когда кто-нибудь проходит мимо, поет песни или пускает мыльные пузыри. Елена Ковылина, наоборот, одетая в золотистого оттенка платье, крутит стрелку картонных часов - мне объяснили, что таким образом она отсчитывает приближающуюся смерть, о чем всем смертным никогда не лишним будет подумать, но лично я, хоть стрелок картонных не кручу и перформансов не разыгрывают, о том лишь и думаю. Еще один перформанс - художник в своей клетке предыдущие два дня предпочитал, чтоб дети по стенам малевали, а потом сам стал схематичных человечков рисовать - выглядит занятно. Замысел "Подпольной типографии" от дуэта "Тотарт" от меня ускользнул - по-моему, это очень надуманный проект, не говоря уже о том, что само название у меня и моих ровесников непременно вызывает ассоциации типа "подпольная типография местно отделения РСДРП(б)". Проект Германа Виноградова замечателен прежде всего тем, что помещен в пространство "соляных подвалов Ивана Грозного" - лабиринты, уходящие под землей, как говорят, на сотни метров в сторону Кремля, открыты для входа публики, но загорожены сеткой, Виноградов сидит в углу, в трусах, не в пример многим своим коллегам, настраивает музыкальные инструменты - короче, подвалы тут самое значительное. Ну и Федор с его "Каникулами лица". На лесенку я даже не полез - точно сверзился бы и переломал последние кости, но последил за другими посетителями. Многие отказывались от заданий, написанных на карточках, но кто-то соглашался, и тогда Федору на щеке рисовали надписи или стирали их, или приклеивали ленточки, которые он, не сумев оторвать движением мышц лица, предпочитал проглатывать. Лицо тоже много значит, но поскольку Федор в застекленной клетки стоит полностью голый, то взгляд поневоле скользит вдоль всего тела - а отчего же не показать, когда есть что, тут и в самом деле про парижский балет позабудешь.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments