Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Гольциус и пеликанья компания" реж. Питер Гринуэй

В "35 мм" я сидел в почти полном зале (причем среди зрителей находились Кирилл Серебренников и Филипп Григорьян), а в "Киноцентре" кроме нас на единственном за день сеансе оказались только парочка болтливых придурков, но если б не они, показ вовсе отменили бы. Качество проекции - ужасное, зато - закадровый перевод, что может показаться в другом случае минусом, но здесь, когда в кадре и без того хватает разнокалиберных шрифтов, субтитры явно лишние, не говоря уже о том, сколь многое, зачастую весьма привлекательное, прикрывают они своими никчемными буквами, так что определенно предпочтительнее дубляж, тем более, что текст перевода - тот же самый (с идентичными нелепостями вроде того, что he cames в сцене инсценированного совокупления Лота с дочерьми передается как "он пришел"). Хотя воспринимая Гринуэя как прежде всего "визионера", нельзя не отметить, сколь изощренно выстроена в "Гольциусе" и звуковая дорожка, где охи-ахи придворной публики, реагирующей на спектакли и сопутствующие им события (и сильно смахивающие на подложенную задним числом реакцию зрителей телевизионных ситкомов или ток-шоу) важны в той же степени, что и нарочито жесткие пиццикато на жильных струнах в саундтреке.

Однако я не думал, что "Гольциус" пересматривать окажется интереснее, чем смотреть впервые - может, тридцать-сорок раз, как с "Контрактом рисовальщика", будут излишними, но я бы и снова пошел. Конечно, искусственность и вторичность по отношению к главным фильмам Гринуэя очевидна, но то и другое, столь же очевидно - часть режиссерской концепции и соотносится с его программными заявлениями, которыми Гринуэй, в отличие от кинопроизводства непосредственно, злоупотребляет. Что касается внутренних микро-сюжетов про сексуальные страсти участников и зрителей эротических мини-спектаклей на библейские темы, тут интересно, как ветхозаветные мотивы накладываются на придворные блядки и одно отражается в другом посредством демонстративной до наивности, до примитива стилизации. Цепочка супружеских измен (печатник Куодфри совокупляется с беременной женой маркиза по ее просьбе, сам маркиз тем временем вожделеет Адейлу, жену драматурга Боэция, заключенного им в клетку по обвинению в ереси) прирастает побочными историями раввина и протестантского пастора, первый стремится к обладанию одной из актрис Сусанной, что становится возможным благодаря сценке про Самсона и Далилу, где раввину достается роль Самсона, второй оказывается гомосексуалистом, оба страдают за нарушение запретов - иудея ослепляют, кальвиниста топят. Но при всей изощренности сюжетных хитросплетений в "Гольциусе" они для Гринуэя значат еще меньше, чем в "Поваре, воре..." или в "Контракте рисовальщика", построенных на пускай и столь же условных, но сравнительно несложных фабулах.

Зато в "Гольциусе", помимо все прочих, как никогда ясно выходит план, связанный с диалектикой конфликта и тождественности слова с изображением. "Пеликанья компания" состоит из печатников, литераторов, актеров - тех, кто "торгует словом". Но слово они претворяют в изображение, иллюстрируя истории либо инсценируя их. Кроме того, мотив творчества как самопожертвования, самоуничтожения - ироничный и травестированный - характерный практически для всех картин Гринуэя, здесь становится максимально наглядным, и символика "пеликана" как, в средневековых представлениях, существа, кормящего дитенышей собственной кровью, хотя и подвергается ироническому осмеянию, но свою содержательную функцию выполняет.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments