Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Category:

archetipique boutique: Виктор Пелевин "Batman Apollo"

На каждой странице думал: все, брошу, только время зря трачу на эту хрень. На странице 180-й примерно возникает то, чего ждут от Пелевина и зачем его читают - сюжет начинает работать как объяснительная модель актуальной общественной реальности, но здесь модели хватает страниц на пять, и под конец еще один краткий всплеск. В остальном же, и такого в книгах, выходящих под брендом "Пелевин", еще не бывало, кажется (во всяком случае, после "Поколения П"), фантастический сюжет не служит формальным приемом, на котором строится сатирическая аллегория, но является самодостаточным, к нему, собственно, и сводится все содержание. А это вдвойне скучно, учитывая, что в "Бэтмене" используется уже отработанная модель "Ампира":

http://users.livejournal.com/_arlekin_/756563.html

Читать же о сексуальных похождениях вампиров в здравом уме невозможно, или уж тогда лучше сразу взяться за "Сумерки", там, надеюсь, претензий поменьше. Вампирическая же историософия, во-первых, тоже уже представлена в "Ампире", и произведенный для "Бэтмена" апгрейд весьма незначителен, а во-вторых, в таких количествах она раздражает и утомляет неимоверно.

Тот же, что в "Ампире", герой-повествователь, та же героиня, только теперь в образе "великой Мыши" (поскольку это всего лишь голова на длинной шее, то сексуально им вдвоем доступен исключительно минет, но триада "минет-пиар-кунилингус" Пелевиным также давно отработана), еще одна героиня новая - американка Софи, с которой Рама знакомится на "курсах ныряльщиков" (что-то вроде "института повышения квалификации" для вампиров, где учат "нырять в лимбо" с помощью "некронавигатора"), и, собственно, основной объем текста представляет собой либо бесконечно повторяющиеся на разные лады воспроизведение мифологической модели реальности, взятой из "Ампира", либо мистические путешествия героя в запредельное - то и другое дико скучно, а во многих случаях еще и противно читать, и если раньше реальность описывалась одна и та же, а модели менялись (ну как менялись: в одном случае вампиры, в другом оборотни, в третьем насекомые и т.д. - разнообразие не ахти, но все-таки), то в "Бэтмане" - наоборот. Приемы стандартные - диалог "посвященного" с "неофитом", вот и приходится в очередной раз выслушивать, что вампир - всадник на лошади, что его "язык", живущий в человеческом теле, и есть "всадник", а тело - "лошадь", что вампиры правят миром через приближенных, частично допущенных к их тайнам корыстолюбивых "халдеев" - кому как, а мне давно надоело. Про внутренние идейно-политические разногласия среди высших вампиров, про взгляды Бэтмана и Дракулы на человеческое предназначение и сущность мироустройства, нужно ли дальше сосать из людей энергию страдания или предоставить им право свободного выбора - и подавно. Описания сексуальных игр в виртуальной реальности лично меня у Пелевина не интересовали никогда, в этом плане он еще слабее, чем в остальных, художественная проза не дается ему, а в части эротики особенно.

"Настоящий" же Пелевин, пробивающийся среди пяти сотен страниц лишь дважды, в середине и в конце, также удивляет, разочаровывая свою "целевую" аудиторию. Я думаю, Ксюша Собчак, до сих пор называвшая Пелевина любимым писателем, осталась недовольна тем идеологическим перекосом, который якобы вдруг произошел в "Бэтмене". До сих пор эмоциональное отношение и нравственная оценка к конфликтным сторонам в социальной реальности, поданной через сатирическую аллегорию, у Пелевина оставались амбивалентными. Еще в "Снаффе" (который мне очень понравился, хотя и не превзошел "t", лучший до сих пор пелевинский текст крупной формы) социумы условного западно-либерального "оффшара" и условной русско-почвеннической Сибири стоили друг друга, друг друга взаимно дополняли и, в общем, казались одинаково отвратительными, а прежде того - смешными. В "Бэтмене" веселость улетучилась безвозвратно, а все дохлые остатки сатирического яда направлена исключительно на т.н. "протестное движение". Движение это, прямо сказать, другого и не заслуживает, и даже технология его описана по-пелевински точно (никогда не мог признать книги Пелевина художественной прозой, но в жанре беллетризованной публицистики на русскоязычном пространстве равных ему до сих пор не бывало, ближайшие конкуренты, Сорокин и Быков, отставали сильно), но в отсутствии хотя бы стилистического, не говоря уже про идеологический, противовеса эти страницы сводятся к чему-то типа "Анатомии протеста" и вызывают лишь гадливость, а все остальные - того хуже, просто вымученное словоблудие, вовсе не заслуживающее внимания. На уровне мелких деталей все то же, что и на уровне макро-сюжета: пустопорожняя натуга, по капле выдавленные каламбуры, начиная с рекламного слогана на форзаце - "сверхчеловек - это звучит супергордо" (да и каламбуры-то порой бэушные, секонд-хендовые, archetipique boutique, к примеру, уже звучал в "Ампире" и снова фигурирует в "Бэтмене") и эпиграфа от имени графа Дракулы: "В жизни вампира есть тайная отрада и тихое счастье. Она в том, что цивилизационные стандарты либерального гуманизма более не являются для него обязательными", заканчивая набором эссе в качестве "приложения", когда сюжет исчерпал себя (причем самым банальным, еще с "Жизни насекомых" приевшимся образом): "Нельзя было сказать, будто я что-то понял. Совсем наоборот. Я вдруг перестал понимать все то, что с такой яростной самоотдачей понимал перед этим весь день. И я больше не хотел это понимать. Никогда вообще". Отказ от личности как универсальный выход, приемлемый в других книгах как формальный прием, в качестве экзистенциального призыва (мол, летите на свет, мотыльки) не катит, если не сказать грубее. Чуть-чуть меняются формулировки, в "t" предлагалось "распустить думу", в "Бэтмене" - "упразднить "ум Б", но все одно и то же, все давно понятно, все пятьдесят раз сказано и услышано - и что характерно, никто, начиная с Пелевина, не спешит буквально и практически следовать, казалось бы, универсальному рецепту счастья и вечного блаженства, по крайней мере, книжки, подписанные фамилией Пелевина, продолжают выходить регулярно, в соответствии с издательскими графиками (чего Пелевин и Быкову желает, а то последний задержал сдачу "Икса" в издательство, пока по площадям с картонками бегал, ай-яй-яй, вот же перед глазами пример добропорядочного исполнения контракта.)

Приложение же к основному тексту - записи на букву "с", серия статей, самая скромная - "Современная философия": "Перед ней стоят две основные задачи: апология применения боевой беспилотной авиации и философское обоснование понятия "активист". На все прочее не предусмотрено грантов, так что и распространяться про современную философию особенно нечего". Или вот статья "Столица" - со ссылками на "антропонавта" Кастанеду о последствиях сдвига из позиции "Петербург" в позицию "Москва". Похоже на обрезки от любой другой книжки, особенно от предыдущей, "Снаффа" (что, может, и не отменяет справедливости суждения, но делает его неаппетитным, как просроченный сырок). Впрочем, по роману там и сям разбросаны отдельными репликами, фрагментами, пассажами, философические суждения того же сорта, типа: "Женщина будущего - это одетая шлюхой феминистка под защитой карательного аппарата, состоящего из сексуально репрессированных мужчин" - и как выписка из записной книжки они могли бы показаться по меньшей мере забавными, но необходимость включать их в повествование, нанизывать на сюжет для истаскавшегося сочинителя кажется излишней, но все-таки обойтись без рамочного нарратива он уже не может (а когда-то обходился и ничего).

Как будто автору (или коллективу авторов, скрывающихся под общим псевдонимом-брендом) самому надоело объяснять, объяснять, объяснять - а ничего другого он не умеет, и продолжает по инерции, путается, повторяется, понимает это и задним числом неловко пытается оправдаться: "Но для большинства людей это слишком сложно. Вампир не стремится объяснить им все до конца. Так, разве что попугать по укурке самых умных" - и кажется, что смысловой акцент в "оправдательной" оговорке сделан, с одной стороны, на "укурку", с другой - на "сложность". На самом деле ключевое слово - "большинство", которое автоматически наводит на мысль, что причастный тайнам читатель романа принадлежит к продвинутому меньшинству, чем, собственно, Пелевин изначально свою целевую аудиторию, состояющую из безмозглых, но с большим самомнением интеллигентов-псевдоинтеллектуалов, и привлекал. Автор и героя делает таким же псевдоинтеллектуалом, неумело жонглирующим именами и цитатами, путающим Бродского с Пастернаком и Есенина с Маяковским (о современной литературе, в особенности русскоязычной, распространяется подробнее, но волей автора выходит все равно запоздалый плевок в адрес главного конкурента Сорокина - "Владимир Георгиевич", "опричная постель") - поскольку цитаты хрестоматийные, а реминисценкии в пародийных стилизациях легко опознаваемы, целевая аудитория должна в эти моменты ощущать свое превосходство над героем, с которым в то же время себя отождествляет, и получать двойное удоволетворение, автор же попутно обеспечивает себе "алиби" на случай прокола: если что не так, если Маяковский, а не Есенин - это не сочинитель опростоволосился, это тип героя у него такой, сам себя своим полуневежеством дискредитирующий, что не мешает его устами провозглашать истины мирового значения.

Но аналогичный момент как раз присутствовал в книгах Пелевина всегда, новое же в "Бэтмене", и новизна крайне неприятное - ощущение, будто роман выпущен прежней фабрикой, где между новой и предыдущей партией продукции успел смениться главный акционер: профиль деятельности и "формат" товара решили сохранить, обойтись без ребрендинга, но маркетинг серьезно скорректировали - отсюда и идейный перекос в сторону "анатомии протеста". На считанных 5-10 страницах из пятиста умещается то, ради чего с пелевинского конвейера сошла очередная типовая конструкция - вроде пассажа из вапирского календаря предсказаний" про "гламурные волнения 2012 года, когда дамы света в знак протеста против азиатчины и деспотии перестали подбривать лобок, и их любовники олигархи вынуждены были восстать против тирана. Волнения закончились, когда небритый лобок вышел из моды". Я бы в этой шняге углядел, помимо прочего, аллюзию на "Женщин в народном собрании" Аристофана, где афинянки, чтоб добиться возможности влиять на принятие политических решений голосованием, переоделись мужчинами, а для большей убедительности перестали брить подмышки - но не уверен, что "Бэтмен" Пелевина по своему качеству рассчитан на столь въедливое чтение, здесь все очевидно, все на поверхности: "моральное негодование - это техника, с помощью которой можно наполнить любого идиота чувством собственного достоинства"; "гражданский протест - это технология, которая позволит поднять гламур и дискурс на недосягаемую нравственную высоту... поможет нам наделить любого экранного дрочилу чувством бесконечной моральной правоты"; "протест - это бесплатный гламур для бедных" и т.п. Что тут еще добавлять, выискивать, раскапывать? Дальнейшее - все тот же дискурс. Ну да может так и требуется нынче - как говорят "гламурные боги" у Пелевина, "опрощение сейчас в воге".
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments