Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Девять песен", театр танца Тайваня "Клауд гейт", хор. Лин Хвай-Мин

Удивительно, но к новому спектаклю труппы "Клауд гейт" даже пригалось нечто вроде либретто - куда я, правда, предпочел не заглядывать и никому бы не советовал, иначе происходящее на сцене могло показаться, мягко говоря, простоватым, особенно в сравнении с "Песней задумчивого созерцания" соплеменницы и землячки Лин Хвай-Мина, показанной в рамках фестиваля параллельно. Как и та "Песня", эти "Песни" тоже отталкиваются в драматургическом и пластическом решении от обрядовых схем, но у Лин Хвай-мина ритуалы явно более стилизованные, и в целом спектакль, несмотря на ярко выраженный азиатский, восточный антураж, скорее европейский не только по уровню, но и по формату. В первом действии легко выделяются три раздела, и мотивы, заявленные уже в первом, а далее проходящие пунктиром через оба акта, напомнили мне "Весню священную", но, может, еще и потому, что за последнее время в связи с 100-летним юбилеем балета Стравинского довелось посмотреть немало самых разнообразных "Весен". Здесь тоже присутствует жрец, шаман, а может и воплотившееся в человеческом теле божество - персонаж в яркой маске появляется эффектно, стоя на плечах у двух почти обнаженных мужчин, опирающихся на бамбуковые палки; есть кордебалет практически безликой массовки в белых одеждах, от которых они по ходу избавляются; и есть женщина в красном - в ней при желании можно увидеть "избранницу" божества. Вдоль авансцены обустроен мини-бассейн с цветами и листьями лотоса, и лотос в действе выполняет не только символическую, но и ритуальную функцию. Честно говоря, в первом акте мне наиболее интересным в собственно пластическом аспекте показался второй раздел - чисто абстрактный и чисто европейский, но вполне осмысленный контемпорари данс, а в третьем снова возвращаюстя маски и прочие обрядовые атрибуты. Западное начало, однако, представлено еще нагляднее персонажами магриттовского толка, спектакль и открывается проходом из кулисы в кулису мужчиной в черном котелке с чемоданом, далее он возникает, катаясь на велосипеде, проезжают и другие велосипедисты, точнее, велосипедистки, и не раз, не два - таким образом современное и западное вторгается в вечное и восточное, довольно, на мой вкус, грубо, если не сказать вульгарно. Но задачи постановщика таковы, чтобы соединить культуры и эпохи - ведь номинально "Девять песен" навеяны классической поэмой, автор которой Цюй Юань жил две тысячи лет назад. Во втором действии эпизоды становятся короче, а контрасты резче. Снова появляются ритуальные маски, но стилизованные обрядовые движения перемежаются то с выразительным мужским соло, то с пантомимой, имитирующей агрессию, бойню, гибель. Спасительной "живой водой" для тел погибших благодаря все той же героине в красном с "обнаженной" (на самом деле это просто крой платья такой, а тело прикрыто бесцветной тканью) правой грудью становится влага, питающая цветы лотоса. Финаль сколь красив, столь же и декоративен - все участники выносят свечи, и свечей набирается столько, что вместе с лампочками на заднике они в темноте превращаются в подобие "млечного пути".
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments