Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

Categories:

"Евгений Онегин" А.Пушкина, ГИТИС, мастерская О.Кудряшова, реж. Светлана Землякова

За три с половиной часа при одном антракте "кудряши" нового призыва успевают сценически освоить только первые шесть глав романа, до момента смерти Ленского. Точнее, выстрел успевает прозвучать, и Ленский падает, и женский хор в платках его оплакивает, но свершившийся это уже факт или только предчувствие - можно гадать. Недавняя премьера Туминаса, на чьего "Евгения Онегина" я только что ходил повторно, длится немногим дольше, но там выпущена лишь первая глава, зато история доведена до конца. А Любимову в свое время хватило двух часов, чтоб пересказать все, еще и со вставками, с добавками, с комментариями. Композиция Светланы Земляковой тоже разрастается из текста Пушкина в контекст культурно-исторический, литературный, лингвистический, звучат и справки, и переводы не до конца понятных пассажей, а упомянутый вскользь и иронично романс "Приди в чертог ко мне златой" становится одним из лейтмотивов действия, причем далеко не всегда рассчитанным на комический эффект. Но хотя курс еще не выпускной и по большому счету спектакль - лишь набор ученических этюдов по освоению классического материала ("...или разыгранный фрейшиц перстами робких учениц" - откровенно предупреждает подзаголовок к спектаклю), хочется думать, что на 6-й главе сюжет оборван сознательно - зачем молодым ребятам знать, как печально далее обернулось дело: "блажен, кто смолоду был молод... кто не дочел ее романа, вдруг умел расстаться с ним". Ну то есть они, наверное, и так знают (хотя поработать по части содержания с ними не мешало бы, чтоб точнее понимали, к примеру, что значит "сам-друг" и не игнорировали особенности произношения окончаний причастий, характерных для эпохи романтизма, над которой Пушкин отчасти издевается, и не только для общего интеллектуального развития, но в утилитарных, узко-профессиональных целях - это позволило бы строить интонационный рисунок точнее), но оставить финал еще более открытым, чем у автора - это так по-молодежному.

Онегиных, Ленских и Татьян в студенческом спектакле, конечно, много - не по одному и не по два исполнителя на роль. Но выделяется в первую очередь, разумеется, Григорий Добрыгин - и не потому, что он лучше остальных, просто вроде бы он уже выпустился, а еще до выпуска снялся в заметных фильмах (причем и артхаусном "Как я провел этим летом", и блокбастере "Черная молния"), поступил в труппу "Современника", где ни разу не появился на сцене, куда-то на время пропал, зато теперь возник среди нового набора своего прежнего мастера, только теперь с пометкой "реж." и обросший бородой. А между прочим, в дипломных постановках предыдущего курса Кудряшова я Добрыгина я едва помню, мелькнул он во второй части "Униженных и оскорбленных" Земляковой, а больше и ничего не приходит на ум заметного. Зато в "Онегине" он на виду, хотя и только во второй главе: ходит забавной петушьей походкой, иронизирует чуть ли не над каждой строкой - но весьма ловко и тонко, надо отдать должное. С Алексеем Золотовицким-Ленским у них в этой главе возникает отличный тандем. Вторая глава и режиссерски придумана интереснее прочих - в воображении Татьяны материализуются герои ее романов: Густав де Линар, Сен Пре, Вертер, а в роли героини она видит, понятно, себя, и вступает с ними в диалоги - это очень занятно. К сожалению, далеко не так остроумны эпизоды сна и бала, казалось бы, куда более выигрышные с точки зрения театральности, и особенно дуэль, которая не решена просто никак. Бал еще поживее, там участвует самодеятельный оркестрик детских инструментов, а во сне появляется бувально медведь и невзрачные демонические персонажи кружатся под транспонированную в пентатонику мелодию Чайковского, исполняемую на фортепиано девушкой в кимоно (видимо, для пущей экзотики). Хорошо еще на Чайковском музыкальное оформление не зацикливается, тем из оперы использовано сравнительно немного - куплеты Трике, песня девушек, вальс.

Из новых лиц мне самым свежим на сегодняшний момент (о перспективах говорить не стоит, все слишком переменчиво) показался Арсений Кудряшов, с внешностью и темпераментом, подходящими и для комического простака, и для застенчивого романтика, и для персонажа-интеллектуала - в общем, универсальный типаж, рассчитанный не на обложечную привлекательность, а на работу с характером. (Однофамилец ли он мастеру курса или родственник - понятия не имею). В "Онегине" он примеряет на себя образы самые неожиданные - от Густава де Линара из литературных грез Татьяны до Автора в эпизоде "письмо Татьяны", опять-таки неординарно (но сходно с Туминасом) решенного режиссерски: обыгрывается тот факт, что Татьяна писала по-французски. Подкупает обаянием простодушия Алексей Сергеев - один из Ленских, а другой Ленский, Александр Мичков - сдержанностью и, как мне показалось, содержательной глубиной, каковой в целом действо, если честно, не отличается. Из девушек я никого особо не выделил, настолько неординарных фигур, какими были на предыдущем выпуске Сухорецкая и Лумпова (а я их тоже увидел впервые третьекурсницами в "Униженных и оскорбленных"), пока не приметил, запомнилась пока что одна из Татьян, Екатерина Агеева, и скорее подходящим под сложившиеся представления типажом, чем какими-то неординарными артистическими проявлениями. Ну для первого знакомства с курсам не так уж мало, по-моему.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments