Слава Шадронов (_arlekin_) wrote,
Слава Шадронов
_arlekin_

"Волны" В.Сорокина в "Политеатре", реж. Эдуард Бояков

Открытие нового театра - мероприятие если не уникальное, то все-таки редкое, но для меня театр - это прежде всего спектакли, и хотя вечеринка с последующим фуршетом также впоне удалась (многие, как я погляжу, запаслись на ней впрок плавлеными сырками "Волна", не я один), мне приятно, что удалась премьера, при том что я, теперь можно признаться откровенно, на многое не рассчитывал в силу своего, как бы помягче выразиться, сдержанного отношения к прозе Сорокина. Отношение это и после спектакля не изменилось (тем более, что это не первая и не вторая на моей памяти попытка освоения сорокинских текстов, как прозаических, так и драматических, театральными средствами) - но тем более приятно отметить удачу постановки в целом.

В основе - два рассказа Сорокина, и спектакль четко делится на две части с очень занятно придуманной связкой между ними: в первой части Даша - девочка десяти лет, во второй - взрослая замужняя женщина, но девочка Даша по сюжету открывает листок календаря, за которым обнаруживается дата 22 июня, рассказ заканчивается, а календарь перелистывается дальше, на виртуальных листках (видеопроекция) меняются числа и годы, а героиня вместе с ними меняет наряды, обозначающие смену ее социального статуса, от юной пионерки до супруги крупного ученого. В любом случае первый рассказ, "Черная лошадь с белым глазом", мне кажется крайне слабым и банальным: в полупародийное описание одного трудового дня крестьянской семьи во время сенокоса вклинивается экспрессионисткий, почти сюрреалистический образ лошадиного глаза, в котором девочка видит пророческо-символическое "кровавое горло", ну а завтра, само собой, была война - все это до невозможности плоско. Однако из визуального решения Гали Солодовниковой и музыкального сопровождения Владимира Мартынова возникает совершенно удивительный театральный мир, одновременно по-детски наивный и жесткий.

Солодовникова выстроила конструкцию из пандусов, которые заодно служат и экраном для видеопроекций, и своего рода ширмой, как в кукольном театре, из-за которой появляются то косы в руках косарей, то картонные коровки и птички на палочках, то пресловутый лошадиный глаз, наполняющийся с помощью опять-таки видеопроекции кровавым пророческим видением. Мартынов удивился, когда я ему сказал, что часть использованной музыки уже слышал раньше - но я не ошибся, действительно, не вся она написана специально для постановки, зато я удивился еще сильнее, когда композитор подтвердил, что и фортепианный фрагмент для второй части "Волн", который так и называется, по заглавию еще одного использованного рассказа, "Волны", тоже его, Мартынова сочинение - настолько это не в его духе и непохоже на все, что он пишет, но как я понял, стояла задача выдать стилизованный советский кич, и Мартынов ее выполнил до такой степени мастерски, что кич звучит как кич, но вместе с тем и как прелестная, вполне, кстати, самодостаточная музыкальная миниатюра.

Второй рассказ и сам по себе интереснее первого в плане формы и повествовательных приемов: герои, муж и жена, засыпают после короткого и бурного совокупления, но в полусне мужу приходит идея, как можно искусственно создать волну, способную потопить Америку (действие относится к советским 1960-м, у героя письмом матери заложен номер "Нового мира" с "Матрениным двором" Солженицына), жене та же ассоциация навевает воспоминания о пионерлагере и зависть к подругам, а когда на следующий день в кармане пижамы героя обнаруживается забытый плавленый сырок "Волна" (я же говорю, фуршет после премьеры концептуальный был), каждый вспоминает о своей "волне".

Актеров в спектакле двое, Вениамин Смехов и Алиса Хазанова, ноисполнителей задействовано в три раза больше, просто остальные выполняют функции технические - обеспечивают появление тех самых кос, птичек и прочих элементов оформления, придуманных Галей Солодовниковой, из которых, в принципе, зрелище и складывается. По жанру и по формату две части тоже разнятся, "Черная лошадь" ближе к арт-перформансу, поэтому и актерам в ней достались роли в большей степени служебные, Смехов так и вовсе выступает как рассказчик, чтец, наряженный в костюм и при галстуке-бабочке. Вторая, "Волны" - сравнительно более традиционный драматический театр, и тут есть что играть Смехову, он иронизирует над своим персонажем. Если в "Черной лошади" доминировала Хазанова, но во второй - безусловно, Вениамин Борисович, он не без смущения, но и не без удовольствия имитирует сексуальные действия, снимает и переодевает штаны (то и другое сюжетом рассказа предписывается), озвучивает "сонный" поток сознания, то есть уже почти что бессознательного, своего героя, местами переходя на нечленораздельное бормотание - как раз бормотание удается Смехову с особым блеском, просто виртуозно.

Мне, помимо всего прочего, несказанно повезло с посадочным местом: я собирался прийти сначала в первый премьерный день, потом во второй, в последний момент меня переклинило и я снова намылился в первый, но из-за всех этих сомнений остался без официального приглашения, и как оказалось, к лучшему: мест в лекционной аудитории Политехнического музея и так немного, а в связи с неизбежной при таком аврале неразберихой возникли "двойники", я готов был сесть и на подушку, да и постоять в крайнем случае, но в итоге оказался в четвертом (фактически третьем) ряду - слева от Марины Райкиной, справа через пару мест от Алены Бабенко и прямо перед Аликой Смеховой: приди я официальным порядком, мне бы, при всей лояльности "Практики" и "Политеатра" к моей скромной персоне (а жаловаться грех), никогда в жизни этого места не выписали. Смотреть же "Волны" предпочтительнее из ближайших к сцене рядов - работают артисты в микрофоны, то есть слышно их хорошо, но в первой части Алиса Хазанова выходит через двери зрительного зала в фойе и возвращается с противоположной стороны, проекции идут не только на задник и декорацию, но и на стены аудитории, а во второй части многое несет мимика Смехова.

Сам зал, положа руку на сердце, для театральных представлений мало приспособлен, да и вообще не очень удобный: сиденья жесткие, ноги некуда деть, поскольку впереди предыдущий ряд, голову тоже, над ней нависает следующий - подолгу без движения выдержать в таких условиях непросто. В случае с "Волнами", допустим, проблем нет - я не успел заметить, как пролетело полтора часа, думал, что минут пятьдесят всего прошло - ну а если не все будущие премьеры окажутся на том же уровне? Надо "Политеатру" иметь в виду и это обстоятельство тоже: скучный спектакль в этом зале высидеть невозможно, значит, придется постараться, чтобы и в дальнейшем не находилось повода отвлекаться на бытовые неудобства.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments