March 26th, 2020

маски

обнуляйся, если хочешь быть здоров (My Own Private Apocalypse Now)

После целой недели беспрерывного "самообнуления", когда не отходил от кровати - и от компьютеров с телевизором... - дальше чем до кухни и туалета (что в масштабах моей конуры едва ли превышает рекомендуемую на время карантина безопасную дистанцию), пришлось-таки выползти из дома за ботинками. Вернее, за справками на компенсацию за ботинки, а еще точнее, за новой версией справок: предыдущую, полученную неделей раньше, в собесе не приняли, потому что в документах и в чеке значились ботинки летние, какие они и есть на самом деле, но из двух положенных за год компенсаций (зря я что ли всю прошлую весну, а также часть зимы и лета, шарился по всем окрестным поликлиникам, собирая документы для ИПР?!) одну дают за "летнюю" пару, и одну за "зимнюю", с утеплением, причем за летнюю - строго летом, а за зимнюю, соответственно, зимой; и хотя "летние" дешевле (!), а "зимние" я не ношу и поэтому никогда не заказываю, пришлось - пока не "обнулили" до кучи соцкарты... - ехать в мастерскую, чтоб оформлять "возврат" и все бумаги делать заново, исправляя достоверные сведения на липовые задним числом сообразно законодательству и традиции, переданной предками наперед.

И я подумал - когда еще выйдет подобная оказия... Фотографировать я (может кто-то замечал) не умею, не люблю и обхожусь без этого легко как в повседневной жизни, так и в поездках. Хотя между прочим, первые годы работы в телегиде "Антенна" я при помощи казенной "мыльницы", впоследствии отобранной гендиректором, иллюстрировал свои публикации собственноручно, порой настолько успешно, что главный редактор (во всей вертикали издательского холдинга почитавшийся за существо настолько зловредное, что и я в сравнении с ним некоторым казался ангелом...) оценил мою фотосессию с "бракосочетания" финалистов первого сезона шоу "За стеклом" Макса и Марго замечанием: "А ты на свадьбах подрабатывать не пробовал?" (признавая тем заодно мизерность редакционного вознаграждения). Но во-первых, фотографирование отвлекает, а я предпочитаю наблюдать и наиболее ценные впечатления фиксировать в собственной памяти, обходясь без цифровых носителей, с которыми к тому же у меня вечные техногенные заморочки случаются; во-вторых, у меня нет фотоаппарата - каждый раз повторяю я, отвечая на вопрос об отсутствии визуального сопровождения даже к путевым листкам (а до карантина, как ни странно, я за последние месяцы по моим меркам поездил немало, и еще тяготился этим, теперь же не нарадуюсь, что успел запрыгнуть в последний вагон...): у меня нет фотоаппарата! - что сущая правда в том смысле, что у меня нет фотоаппарата в телефоне, то есть в моем кнопочном телефоне вообще нет ничего, кроме телефона (ни мессенджера, ни навигатора, ни подключения к сети...); однако я почти забыл, что некоторое время назад Костик-злодей отдал мне ненужную "мыльницу" и она у меня в основном лежала бесхозная, я с ней повозился маленько (снял две свои любимые плюшевые игрушки, вроде неплохо вышли лось с медведем) и далее не трогал - а тут, раз уж кругом все подряд "обнуляется", вспомнил и, отправляясь "на дело", вооружился, не претендуя ни на масштабы фотохудожеств Князеньки (который снимает хлеще, чем пишет... - совсем ничего не разберешь! уникальный взгляд на мир...), ни на концептуально-драматургическую глубину спектакля Павла Пряжко и Дмитрия Волкострелова "Я свободен" (от параллелей по внешним приметам, впрочем, не отказываюсь) -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2505828.html

- а так, незатейливо балуясь в жанре "заметок с картинками"... ну или, если угодно, "фоторомана".

Мастерская, ну то есть офис, где я заказываю обувь, располагается в переулке у Большой Ордынке (пошивочная в Текстильщиках, я туда не езжу), за ближайшим поворотом от набережной обводного канала, но чтобы не делать пересадку на метро (где, между прочим, около полудня рабочего дня полным-полно народу - а вечером, значит, невзирая ни на какие карантинные меры по обыкновению давка, и ради чего отменены все спектакли и концерты, рационально постичь тяжело...), я решил добраться в "сердце тьмы", от Чистых прудов по Мясницкой до Лубянки протопав немного пешком, а оттуда через Москва-реку переехать автобусом 158 или М5. На Мясницкой тоже народ - разве что малость попросторнее обычного. Среди встреченных обратил внимание на муляж юного ленинца у двери ретро-кафе - неподалеку расположено здание бывшего ЦК ВЛКСМ, где мне на заре моей с позволения сказать карьеры московского светского хроникера довелось проработать несколько месяцев под началом великого и ужасного Арама Ашотовича Габрелянова - мимо того конструктивистского строения я позже на автобусе проехал, а тут вспомнил одну из любимых поговорок Арама Ашотовича "у тебя еще пионерский горн в жопе играет", которую он адресовал всем более или менее молодым сотрудникам, к числу которых и я на тот момент себя имел основания причислить, а теперь не могу (печаль).









Collapse )
маски

а не простит - и не надо: "К.И. из "Преступления" Д.Гинка, МТЮЗ в Авиньоне, реж. Кама Гинкас, запись

Я не раз начиная с 1997 года ходил на "К.И." в МТЮЗ, но впервые увидел запись, сделанную минимум лет двадцать назад на Авиньонском фестивале, если правильно понимаю, для бельгийского русскоязычного телеканала (!?). Картинка черно-белая - но спектакль тоже принципиально "черно-белый"; качество съемки - полулюбительское, с поправкой еще и на уровень тогдашних визуальных и прочих технологий (изображение расплывается, а хуже того, распадается на фрагменты - видимо, из-за необходимости менять батарейку; так, в кульминационный момент финала камера выключается, действие "прерывается" и возобновляется лишь на самой конечной точке, "ударная" кода выходит скомканной; ну про мелькающие в углу экрана цифры "хронометража" я уже не говорю); плюс к тому публика очевидно не русскоязычная в подавляющем большинстве, а действие интерактивное.

И поразительное все же чувство: прожив со спектаклем больше половины жизни (считая не только условно-сознательный, но и безусловно-паспортный возраст), при этом имея на памяти и довольно свежие впечатления - года не прошло, как последний раз смотрел -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4009745.html

- благодаря несовершенной фиксации давнишнего и вполне экстремального, гастрольно-фестивального показа отчасти заново открываю постановку для себя.

К.И. у Гинкаса, да и у Достоевского, стремится выказать себя "образованной", "воспитанной", мало того, "благородной" дамой - что придает образу неоднозначности, комедийных красок, попросту отрицательных черт: претендующая на некий "статус" героиня Оксаны Мысиной оборачивается хамкой, одновременно снобкой и ничтожеством, забывая о женском достоинстве, теряя человеческий облик - но можно ли иначе передать глубину ее отчаяния? Нелепая К.И. мешает в речи иностранные словечки, заставляет детей петь французские песенки - во Франции, не зная языка публики и играя для зрителя, который в свою очередь ее языка не понимает, Мысина произносит (потом Яновская - Гинкаса перед фестивалем свалил инфаркт и спектакль проходил без него - в интервью уточняет, что все было заранее продумано) дополнительные фразы на английском, и переведенные, специально заученные на французском, отчего претенциозная тарабарщина вдовы становится еще острее, и еще глубже пропасть между тем, куда она стремится - и где оказывается, даже на языковом уровне.

Но и на уровне взаимодействия с окружающими (которые внутри спектакля превращаются в случайных гостей на поминках по Мармеладову, К.И. их не звала, не знает, не уважает, но унижая, хочет вместе с тем предстать выигрышными сторонами - трагическая эксцентрика режиссерского решения и актерского воплощения здесь не просто формальный ход или эстетический принцип, она вырастает из "житейской" ситуации) отсутствие элементарного понимания срабатывает спектаклю в плюс. В минус - пожалуй, искусственность обстановки: из пост-интервью следует, что павильон-выгородку для показа "К.И." строили нарочно как "декорацию" (на стационарной площадке используется обычная угловая комната с капитальными стенами и настоящее, на улицу выходящее окно), и размерами она превышает габариты "белой комнаты" в московском ТЮЗе, и народу вмещает раза в два побольше, но это уже вопрос не к записи, а непосредственно к специфике фестивального показа, несомненно, "смещающего" оптику, слегка уходящего от "клаустрофобской" камерности оригинала - однако в таком виде тоже наблюдать привычные мизансцены любопытнее.

Ну и Оксана Мысина сейчас (сужу по прошлогодним впечатлениям) еще острее, еще ближе к фарсу в образе Катерины Ивановны - не исключено, что дело не ограничивается накопленным актрисой "багажом роли", но и Гинкас как режиссер за время, прошедшее с премьеры, что-то для себя переосмыслил и это тоже отразилось в старом спектакле, скорректировано его структуру: к примеру, взять конкретно финал, я не без изумления отметил для себя прошлый раз, что и тут, в прямом, казалось бы, выплеске боли, есть место элементу фарса, клоунады, чуть ли не цирка (лестница в небо - по сути же "трапеция", и К.И. раскачивается на ней, словно воздушная гимнастка! а то и... клоунесса!); вот чего совсем нет, по-моему, в записи - но не потому, что запись "неспособна передать", а думается теперь, что тогда этого не было и в спектакле, мне, смотревшему "К.И." впервые в середине 1990-х, ничего подобного не приходило в голову - теперь, с оглядкой на "Счастливого принца", "Роберто Зукко", "Шутов Шекспировых" и т.д, приходит, но ведь и Гинкас на тот момент перечисленные спектакли еще не поставил, а запись фиксирует то, что было, и позволяет сравнить с тем, что есть.

Бонус в виде интервью Яновской и Мысиной - а они сами по себе абсолютный "эксклюзив" сегодня - тоже немаловажен; и когда Генриетта Наумовна размышляет о "провокативности" в театре - как актуальны ее высказывания, и как очевидно перекликаются они с позицией современных режиссеров совершенно иных поколений и направлений! Но если брать отдельно взятую видеофиксацию (скорее "репортажную", чем "мемориальную"; да и спектакль спустя десятилетия продолжает существовать! от меня только что, в марте, на него люди ходили! и в восторге!!) - конечно, без опыта личного "присутствия" внутри действия корявое видео не дало бы мне полного о нем представления - зато через призму имеющегося опыта предлагает очень много впридачу! А как бы я счастлив был увидеть пускай вот такую же запись "Играем "Преступление" Гинкаса, которое "вживую" посмотреть не успел!

С другой стороны, французам на выходе (и это тоже камера увековечила) предлагали стопку водки с куском черного хлеба - на помин души Мармеладова. Московская публика, сколько раз я не смотрел "К.И.", всегда обходилась без рюмки и без закуски. Хотя опять же, в прошлом году какой-то интеллигент явно успел почтить титулярного советника перед началом - а трансляция дает такую возможность каждому, прямо по ходу и не в ущерб искусству.