October 29th, 2019

маски

проведение темы: Рагнар Кьяртанссон "Печаль победит счастье"

На всякий случай мероприятие обозвали "перформансом" будто во избежание возможных претензий - спектакль, концерт, шоу... - термины, к чему-то вроде как обязывающие; ну что взять, мол, с перформанса?.. А это ведь - идеальный спектакль, на самом деле! Шедевр из репертуара Театра моих снов.

Очень часто приходится сожалеть, что интересно задуманный театральный спектакль форматируется под классическую "коробку" с разделением на зал и сцену, партер и ложи, с звонками, антрактами, аплодисментами, буфетом и туалетом (лично я бы вовсе запретил буфеты, туалеты и стационарные театры - не "репертуарные", а именно старомодные увеселительные "заведения" с этими и с прочими архаичными, пошлыми, вредными атрибутами). Рагнар Кьяртанссон парадоксально обыгрывает именно "классический" и даже увеселительно-развлекательный, концертно-эстрадный формат (хотя шесть часов без антракта не сходя со сцены выдерживает спокойный наружно) - но в ключе галерейного "перформанса", через пространство которого можно проходить свободно, спонтанно, когда угодно прийти и покинуть его; и вместе с тем жестко блюдет "четвертую стену", сам "не выходит из образа". А отсутствие номинального нарратива в "Печали..." только добавляет ей именно сходства с обыкновенным, распространенным театральным зрелищем, и, парадоксально, делает ее произведением ни на что не похожим.

На сцене, задрапированной красными занавесками, как принято было устраивать для выступлений эстрадных артистов в середине прошлого века (а на востоке Европы и в Азии зачастую по сей день не искоренили...), на оборудованной системе подиумов размещается сравнительно небольшой коллектив смешанного, но скорее "джазового" состава: медные, струнные, перкуссия, рояль - а возвышается над всеми арфа. И солист-певец в микрофон исполняет... продолжительностью шесть часов, но из одной текстовой строки и одной мелодической фразы, оформленной в нехитрый куплет, композицию. Она так и называется - "Печаль победит счастье" - по единственной составляющей "песню" строке.

Рагнар Кьяртанссон в Москве пел по-русски с акцентом, чем в своем подчеркнуто строгом сценическом костюме особенно сильно напоминал звезд ретро-эстрады "стран восточного блока" или "прибалтийских республик", популярных некогда у русскоязычной публики СССР. Наверняка ассоциация случайная, как и сходство манер - где-то вызывающих в памяти недавно ушедшего из жизни Карела Готта, иногда Эдуарда Хиля или, скажем, молодого Муслима Магомаева (вряд ли исландский перформер слыхал про таких!), тем более сомнителен приведенный в аннотации отсыл к "Обломову" Гончарова, возможно, обусловленный тем, что площадкой для перформанса стал театр им. Маяковского, в репертуаре которого с недавних пор важное место занимает весьма неординарная сценическая версия гончаровского романа (а если уж на то пошло, колористически драпировка "концерта" Кьяртанссона более-менее соотносится с цветом обломовского халата в спектакле Миндаугаса Карбаускиса). Но совпадения эти все же не полностью случайны.

При демонстративном однообразии, повторяемости, бесконечном воспроизведении одного стиха на трех аккордах (мелодия "Печали..." перекликается, показалось мне, с "Аве Мария" Каччини, которую музыковеды, кстати, объявили советским фейком!) каждое новое "проведение темы" индивидуально, отличается от предыдущего и последующего - динамическое развитие, смену эмоциональных состояний, пластики исполнителя, трудно не оценить, как и его "артистический посыл": он то утверждает, заявляет, то, наоборот, размышляет, уходя "в себя", то сам с собой спорит, то старается переубедить воображаемых оппонентов, то иронизирует, а то, вопреки содержанию единственной и ключевой фразы действа, радуется - чему? тому, что победит печаль?..

Понятно, что Рагнар Кьяртанссон - не пионер "музыкального перформанса", а коль скоро он сюда доехал, следует порядка ради и справедливости для вспомнить как минимум Сергея Курехина, практиковавшего в данном направлении плюс-минус тридцать лет назад, будучи не столь раскован в средствах выразительности как технических, так и собственно художественных; а все-таки это разные по сути вещи: Курехин - музыка, Кьяртанссон - спектакль; к тому ж я Курехина вживе не застал... А вот из личного зрительского опыта сравнить "Печаль победит счастье" Рагнара Кьяртанссона могу по испытанным ощущениям разве что с "ДиДжеем Павлом" Дмитрия Волкострелова, при всей разнице в подходах и посылах, задачах и методах (ну и ретро-дискотека по внешним признакам от ретро-концерта тоже сильно отличается):

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3988317.html

Но что делает все это уникальным явлением - заложенное в его основе противоречие эстетического "формата", одновременно благонамеренного ретро-классического и вызывающего радикально-современного; провоцирующего - но не раздражающего (так можно было, да?!). На сцене - словно из прошлого века концерт идет; а в зале перемещается публика... Люди входят и выходят, продвигаются вперед... А уж что за люди - разношерстная аудитория, мягко говоря. Бабки, дети, тетки, девки, пизденыши - ну так вход же бесплатный для всех (еще одно принципиальное условие "театра мечты", кстати!) а в фойе наливают шампанское с пирогами и шоколадками. Я днем не ем, а тут еще и не пил: потому что нет бы зависнуть на шесть часов с концами, а побежал-таки до следующего концерта: настоящего, "нормального", камерного - и очень хорошего, но...

Запоздало осознал, что не вернуться не могу - каким-то чудом из "Аптекарского огорода" на Никитскую доскакал минут за двадцать. Получается, что видел около двух из шести часов - первый и последний. Апофеоз того стоил - хотя не уверен, что следовало досиживать до конца (уж лучше было не уходить вначале): идеальный спектакль, помимо всего прочего, должен продолжаться после того, когда ты с него уходишь.

Все-таки я значительную часть действа, примерно треть в общей сложности, застал - много или мало, достаточно или нет, не берусь судить. Когда занавес открылся для поклонов, почти полный зал (с бельэтажем!) вопил "бис!", "еще!", но интересно, многие ли пришли с самого начала... Вообще это вроде бы, теоретически, ужасно: туда-сюда ходят, переговариваются, снимают, до кучи выпивают - и ведь я обычно на каждый люто реагирую: не потому, что "неприлично" (кто я такой, чтоб наблюдать чужие приличия? у меня же нет морального авторитета Льва, скажем, Рубинштейна, который себе может позволить с камерного короткого спектакля дважды выйти по телефону в коридор поговорить и вернуться обратно, но зато как всякий русский интеллигент точно знает, что такое хорошо, а что такое плохо, и потом будет памфлеты моралистические публиковать), но просто мешает же, отвлекает, создает риск упустить что-то важное, причем не только для меня, для всех). Но тут - я даже удивлялся, поймав себя на том - не раздражало, наоборот, придавало завершенность происходящему как исключительно произведению искусства, выводя его за рамки развлекательного, "спортивного", да хотя бы и светского мероприятия (при том что без "светской" составляющей не обошлось - какие люди почтили присутствием!). А иначе, при чинном, благородном, "конвенциональном" распорядке действо свелось бы к унылой сектантской мантре.

Происходящее тем временем, само по себе, в отрыве от "перформативного" контекста, поражало насыщенностью оттенков и эмоциональных, и смысловых, и технических, каких угодно: шутка ли - за шесть часов (уверенно говорю за те два, что мне достались, но не сомневаюсь - остальные четыре на том же градусе прошли) заглавная фраза "Печаль победит счастье" НИ РАЗУ не повторилась в точности, без изменений, с каждой новой строкой - новое настроение, новое содержание, новый посыл. Что было бы невозможно без актерского обаяния исландского "перформера" - но я бы к его личности дело не сводил. Музыкально произведение выстроено фантастически - насколько можно понять, под управлением дирижера, он же за роялем, оркестранты во многом импровизируют. Вместе с тем филигранно (пускай импровизационно) выстраивается драматургия - через темпы, через звук, через сочетание тембров.

Оркестр то звучит тутти, наращивая кульминации; то солирует в проигрышах фортепиано, то четче очерчивает ритм перкуссия, то пиццикато контрабаса выходит на первый план. Неоднородна на протяжении спектакля-концерта и музыкальная стилистика - в основе, конечно, ретро-эстрада, но где-то она дает крен в джаз, в блюз, в рок-н-ролл, а где-то и в противоположную сторону, к современному академизму с его микрохроматическими взвизгами тромбона (Андриан Принцев), глиссандо контрабаса (великолепный Игорь Солохин; остальные участники оркестра тоже местные) и "препарированным" роялем (пианист, дирижер и композитор проекта Давид Тор Йонссон, предстающий здесь в роли "руководителя эстрадно-джазового ансамбля", такими моментами лезет под крышку и играет на струнах, будто заправский авангардист-атональщик). Ну и солист, певец, артист, автор спектакля Рагнар Кьяртанссон единственный стих единственной песни своего шестичасового концертного шоу пропевает на все возможные и невозможные лады - доверительным акапелльным полушепотом или форсируя в подражание рок-звездам; пластически оформляя пение то чуть ли не панковскими замашками, перекидывая микрофонную стойку через плечо, то зажатыми, угловатыми жестами стеснительного дилетанта из караоке-клуба.

И чем больше - местами - "стесняется" солист, тем раскрепощается - и преображается - под занавес, ближе к полуночи, это ощущалось в зале физически, кожей - та самая разношерстная, уебская, безмозглая публика. Никто ее специально не "заводил", не покрикивал "балкон, спите? я не вижу ваших рук!" - руки появились сами, сами пробились голоса. И никакого подобия "мистерии", ничего "сакрального" - обычным, профанным порядком, но в общем хоре запели: "Печаль победит счастье". Ну правильно, успели выучить слова.

А если кроме шуток - победит?.. И "кто кого"?.. Еще и в силу интонационного, тембрального, пластического разнообразия подачи фразу "печаль победит счастье" можно понимать на протяжении спектакля как утверждение, сомнение, отрицание.. ну а в итоге-то?... Идеальный спектакль, опять же - не предлагает, тем более не навязывает готовой, упакованной мысли; не старается тебе "вложить в голову" ту или иную идею (меня это неизменно бесит, хотя бы я готов был согласиться с внушаемой мыслью заранее - но вместо этого сопротивляюсь на автомате). Бросили волан, поставили зеркало, проиграли-пропели - и смотри, лови, каждый свое, каждый за себя. Но если все-таки вопросом задаться всерьез - однозначно, печаль победит... Иначе бы для меня этот спектакль при всех прочих составляющих не стал бы идеальным!

Возможны, однако, еще и "трудности перевода": точно ли "счастье" имел в виду исландец, сочиняя свое произведение (и "Sorrow Conquers Happiness' - оригинальное название? или опять-таки перевод на английский? и с какого - с исландского?) - а может, "радость" ("печаль победит радость"... - более тривиально выходит, но и более логично); или вместо "печали" что-то иное подразумевается - "тоска", к примеру, "хандра" (ну да это вряд ли, положим, речь явно о "меланхолии", типа - как выражаются русские интеллигенты, а они же сплошь штампами выражаются - "печаль моя светла"); хотя в записи варианта с питерской "Манифесты" звучит "ГОРЕ победит счастье!" - но там спектакль и играется в пространстве не театра, а, похоже, вокзала, с ожидающими пассажирами, чуть ли не с бомжами... - альтернативная обстановка дает альтернативный смысл (с привкусом "социалки" - чего у нас близко не было, у нас "гламурненько"!). С другой стороны, печаль, пережитая совместно, не уродливо (а я бы сказал "красиво", но слово-то как раз уродливое больно...), без занудства и дидактики, без "просвещения" и "воспитательной работы", пропущенная через себя и немножко, для кое-кого и в комплекте с бокалом шампанского, глядишь и не одним - ненадолго (все прекрасное слишком эфемерно) сбереженная впрок - никогда такого не говорил и не думал, что скажу - но это же, в общем... счастье.

Что совсем уж удивительно, организаторы этого роскошного, неповторимого события, приглашающие бесплатно любых желающих, вдобавок всех угостившие (правда, я так и не пригубил сознательно... забавно было бы, наверное, шесть часов кряду просидеть-пропечалиться от начала до конца, выходя лишь за очередным бокалом... но это был бы какой-то иной опыт, и я свой ныне полученный на него не желал бы променять), отнюдь не просят, чтоб их хвалили, чтоб их, по крайней мере, упоминали в отзывах... Назло всем остальным лицемерным, на казенный счет жирующим жлобам и шарлатанам, которых никогда не указываю, сейчас упомяну и подчеркну: Рагнара Кьяртанссона привез фонд V-A-C, который летом уже "осчастливил" нас, опять-таки безвозмездно, грандиозным музыкально-поэтическим иммерсивным променадом "ГЭС-2":

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4025002.html

P.S. видео, в том числе финал (снимала Катя Ложкова)

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1312466345589853&id=100004794994243
маски

Р.Минц, М.Рысанов, К.Блаумане и В.Мягкова в "Аптекарском огороде": Табакова, Бетховен, Брамс

Хотя обстановка в "оранжерее" непроста даже для меня, а я ко многому привычный, программы фестиваля "камерных вечеров" все-таки первоклассные, не говоря уже про исполнителей - так что я, не успела печаль победить счастье в перформансе Рагнара Кьяртанссона -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4104361.html

- побежал в "Аптекарский огород" на концерт. В данном случае, правда, исполнители меня привлекали куда больше авторов. Максим Рысанов последовательно продвигает творчество Добринки Табаковой как солист и дирижер, значит, видимо, что-то в ее творчестве для себя находит - а я пока не нашел, по-моему, очень компромиссная музыка, вполне благодушная, гармоничная (ну о "мелодизме" в подобных случаях говорить странно...), однако не без претензий на некую эстетическую "актуальность". Прошлой зимой в "Зарядье" он играл ее "Сюиту в старинном стиле", которая концептуально в программу вписалась, ничего оригинального, по-моему, из себя не представляя:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3928952.html

Вот и нынешний опус "Insight" предполагает, стало быть, некое "открытие" - которого для меня, как ни старались артисты, не случилось. Положа руку на сердце, последовавшее за "Инсайтом" 3-е струнное трио Бетховена и то звучало куда "современнее". Во-первых, потому что музыка сама по себе ярче, но, во-вторых, исполнители в таком составе однозначно любую музыку играют не как музейный экспонат, а как если б она была написана сегодня. С финальным Престо что-то почти чудесное вообще случилось - темп захватывающий, само собой, но в классических венских гармониях вдруг такие неожиданные созвучия обнаружились - грешным делом заподозрил, не разошлись ли где солисты... меня заверили, что ни разу в жизни.

С Брамсом у меня отношения еще сложнее, чем с Бетховеном - до чего Брамсу, положим, дела нет, а мне-то есть... Но первая часть фортепианного квартета № 3 как будто подхватывала недосказанность финала бетховенского трио... Дальше мне стало - еще и ввиду оранжерейной влажности, вероятно - не так хорошо, зато я наконец-то имел возможность услышать пианистку Варвару Мягкову, о которой до сих пор только читал. И в квартете нашелся даже эпизод, где рояль ведет диалог со скрипкой, то есть на фортепианной партии можно сосредоточиться - пусть этого недостаточно, чтоб хоть что-то для себя про исполнительницу понять, но, по крайней мере, знакомство состоялось, как минимум на слух, потому что из-за рояля, в свою очередь замаскированного длиннолистыми растениями в горшках, расставленных по периметру подиума (кто-то же решил, что они украсят железобетонную эстраду), я Варвару Мягкову едва мог разглядеть и, боюсь, увижу снова - в лицо не узнаю. Еще обиднее, что слева у эстрады я только со спины мог наблюдать красивого Рысанова, а Блаумане не видел за пюпитрами и цветочными горшками вовсе (слава богу что слышал - но ее-то я помню по фестивалю "Возвращению" и даже конкретные, очень яркие выступления виолончелистки в ансамблях), короче, весь вечер смотрел только на Романа Минца.
маски

"Похищение из сераля" В.А.Моцарта, "Санкт-Петербург Опера", реж.Юрий Александров, дир.Максим Вальков

Отсутствие вкуса у режиссера не искупает даже наличие интеллекта, фантазии и ремесленных навыков, а если всего остального также недостача... Спектаклей Юрия Александрова видел я немало - как "продвинутых", так и нарочито-"старомодных", но крикливая безвкусица присуща тем и другим равно. "Похищение из сераля" оформлено (художник Вячеслав Окунев) в эстетике провинциальной советской музкомедии - что, допустим, для произведения в традиции зингшпиля еще не так смертельна (если не помнить, что все остальные опусы постановщика выглядят не лучше...). В центре сцены - яйцеобразная ажурная "беседка" турецкого паши, по краям - коринфские колонны, а на просцениуме в левой части - клавикорды, за которыми трудится самолично Вольфганг Амадей.

И хотя исполнитель главной роли Денис Закиров, запросто отождествленной режиссером с фигурой композитора, по типажу скорее годится на князя Хованского-старшего, чем на летучего Амадеуса, режиссер Юрий Александров привычно настаивает на "автобиографической подоплеке" сюжета. Испанский гранд Бельмонт выручает из турецкого плена свою возлюбленную Констанцу - тезку жены Моцарта, против брака с которой выступали родители. Для Александрова тут все сходится тютелька в тютельку - правда, вокруг Моцарта суетятся сын и дочка, причем уже большенькие: внебрачные, что ли?.. Или композитор вспоминает предысторию своей свадьбы-женитьбы - так вроде премьера оперы почти совпала с венчанием...

Ну да если подпустить комизЬму - хотя бы на уровне накладных жоп прислужников пашИ (просто по два арбуза в шароварах), и чтоб артисты миманса на четвереньках ими весело трясли - про историко-биографические несообразности не подумаешь, а "концепция" в памяти останется. Бросается в глаза (а если уж Александров что придумает - берегись), что верный слуга и товарищ героя, которому в русскоязычном сегодняшнем контексте явно не повезло с именем Педрилло (Владислав Мазанкин), постоянно ходит в цепи с ядром и гремит посильнее карлика-черномора в "Евгении Онегине" Андрия Жолдака (на что Жолдаку истинные "мэломаны" грубо пеняли, Александрову же - нимало), тогда как Моцарт-Бельмонт свои колодки то снимает с шеи, то надевает обратно - видимо, то оковы любви, которые герой готов возлагать на себя добровольно и радостно, однако и сбрасывать сообразно вновь утвержденному сюжетному плану также.

Весьма характерная, фирменная для режиссерского почерка Александрова примочка - появление на сцене слепого уличного музыканта, заимствованного из маленькой трагедии Пушкина: ну не полностью незрячего, подслеповатого, в очках, зато с торчащими из под шляпы еврейскими пейсами скрыпача, откликающегося на просьбу героя изобразить "из Моцарта нам что-нибудь" демонстративной фальшью, не так уж сильно выделяясь на общем музыкальном фоне спектакля, если честно. Еще из александровских находок - двусмысленный статус Селим-паши (Всеволод Калмыков): он то ли маразматик, то ли мудрец, симулирующий болезнь Альцгеймера: по крайней мере все свои пафосные речи он воспроизводит по книжке, путаясь в страницах - но решения принимает на удивление рассудительные, вот и поди пойми!

Впрочем, костюмы словно из подбора в колхозном клубе позаимствованные и из аналогичного обихода актерские ужимки опереточные, доведенные до пародии на жанр манерные жесты, "глазки" и проч. к размышлениям не располагают - однако же, сказать за себя лично, и не веселят. Впрочем, целиком "Похищение из сераля" я не слышал раньше и мой интерес к спектаклю заранее не выходил из рамок знакомства с музыкальным материалом - опять же простеньким, на опереточно-куплетный манер, ну "зингшпиль" же. Русскоязычные диалоги между немецкоязычными куплетами давно уже не смущают в подобных спектаклях, а вот хоть какое-нибудь понятие о стиле Моцарта дирижеру не помешало бы, да и элементарная слаженность ансамбля никому не вредила еще. Справедливости ради - неплохо удалось певцам изысканное трио во 2-м акте, а развернутая лирическая ария главной героини, той самой заневестившейся рабыни Констанцы, в исполнении Олеси Гордеевой прозвучала более чем достойно.