?

Log in

No account? Create an account
Широко закрытые глаза

> recent entries
> calendar
> friends
> profile

Saturday, July 20th, 2019
10:40p - "Тоска" Дж.Пуччини, фестиваль в Экс-ан-Провансе, реж.Кристоф Оноре, дир.Даниэле Рустони (трансляция)
Заставил себя посмотреть и досмотреть - то есть постановка мне так или иначе была любопытна, но слушать пуччиниевскую гармонизированную блевотину невыносимо, а приходится, причем в полном объеме - отчего-то по умолчанию считается, что драматический режиссер с литературным текстом может обращаться как угодно, сокращать, дописывать, перекомпоновать, соединять с другими текстами; но оперный зажат рамками партитуры от сих до сих - посему особый интерес представляют редкие случаи - музыкальные спектакли Ромео Кастеллуччи прежде всего - наконец-то порушить этот негласный, но жесткий и, в сущности, нелепый запрет (и ведь никто не "запрещает" - сами себе режиссеры воли не дают), а то хорошо когда звучит "Лулу" или "Саломея", ну "Кармен" на худой конец - чтоб вытерпеть очередную "Тоску" надо волю собрать в кулак. Я собрал, хотя конкретно версия Оноре того по факту, может, и не стоила.

Кристоф Оноре, насколько я понимаю, в оперной и вообще в театральной режиссуре дебютант, зато не новичок в кино, хотя я, видя почти все его картины, и большинство в кинотеатрах, а не просто по ТВ (в отличие от нынешнего спектакля, увы - до Экс-ан-Прованса мне не добраться...), сказал бы, что там он тоже не из числа первоклассных мастеров. Есть у Оноре фильмы более-менее занятные и милые (нарочито, стилизованно "милые", опять же), есть довольно грубые, халтурные поделки - но все приблизительно "одним цветом", будь то давнишняя "Моя мать" -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/72872.html

- или относительно свежие "Метаморфозы" -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3964703.html

В этом смысле "Тоска", пожалуй, несколько неожиданная вещь, относительно самостоятельная по отношению к кинематографу режиссера; пускай в своем роде столь же предсказуемая.

В мимансовой ипостаси заглавной героини - знаменитая в прошлом певица, в том числе исполнительница партии Тоски, а ныне пенсионерка всемирного значения Катрин Малфиано, играющая обобщенный образ престарелой "дивы", ну то есть, с оговорками, типа "саму себя". Теле- или кино-группа снимает о ней передачу/фильм, заставляя вспомнить былое, и музыкальная драматургия оперы Пуччини становится основой для воспоминаний, внутри которых разыгрываются актуальные сюжеты, довольно-таки нехитрые, куцые и из набора сегодняшнего музыкально-театрального ширпотреба: продюсер Скарпиа ведет себя, сообразно прототипу из оперного оригинала, как подонок и свинья, все попивают виски, облеченные полномочиями угнетают бесправных, а "звезда" чем далее, тем сильнее страдает от происходящего, и от того, что совершается у нее на глазах, и от осознания, что прошлого не воротишь.

Тем временем все-таки зачем-то (зачем?!) играет оркестр и поют вокалисты - нормально поют, Джозефа Калейю (Каварадосси) мне доводилось слыхать и живьем (без восторга), Алексея Маркова (Скарпиа) когда-то давно и немного в концертах Валерия Гергиева тоже, Энджел Блю (поющая Тоска) и остальных вроде нет; но так или иначе за молчащей либо открывающей рот актрисой, давно завершившей артистическую карьеру, наблюдать гораздо интереснее, динамика ее эмоциональных состояний - единственное, что, на мой взгляд, способно сколько-нибудь всерьез взволновать, зацепить в этой истории. И то вне контекста, да еще на малом экране, не совсем понятны многие моменты - к примеру, что переживает героиня (не Тоска, а певица-пенсионерка), наблюдая за молодым сексапильным перформером в белых трусах на кровати - я не успел уловить, пробуждаются ли в ней "давно умолкнувшие чувства" или, наоборот, она в ужасе, что до такого "разврата" дошло, пока она витала в ностальгических облаках; тем более что сценарные и режиссерские штампы спектакля сочетаются со сценографическими клише и пространство для средних актов оперы выстроено как ячеистая конструкция, что - вот она, пресловутая "симультанность"! - крайне неудобно (но по разным причинам) для восприятия и из зала непосредственно (сужается зона видимости), и в трансляции (камера фиксируется на отдельных сегментах и неизбежно упускает из виду остальные).

В конце третьего пуччиниевского акта героиня совершает невнятный самоубийственный ритуал, укладываясь и застывая замертво промеж двух свечек - а финальный четвертый акт разыгрывается как что-то вроде "посмертного" концертного исполнения: декорация с замком на горе превращается в макет (утыканной опять-таки горящими свечками), оркестр на сцене, Калейя в пиджаке и Блю в блестящем (буквально) платье, а старуха, вроде бы уже откинувшаяся, страстно простирает руки откуда-то сверху - цепляется за воспоминания, хочет что-то изменить?.. Итог пути, который проходит героиня за время сценического действия, от меня ускользнул, но по крайней мере заслужил внимания, если говорить о содержательной стороне спектакля; формально же - ничего нового, ничего по-настоящему радикального в "Тоске" Оноре нет, и нет ничего такого, чего нельзя вообразить на сцене Большого, даже "исторической"; с этой точки зрения злосчастная "Манон Леско" Адольфа Шапиро как минимум по оригинальности сценографии Марии Трегубовой много чему даст фору -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3447317.html

- а что эта оригинальность ни к чему не приложена осмысленно... - ну что же, "оперу надо слушать", "наслаждайтесь прекрасной музыкой"!.. Желательно бы, однако, дожить (и чтоб еще к тому времени православные интернет не перерубили), когда продвинутые фестивали поручат ставить оперы Гаспару Ноэ или Абделлатифу Кешишу - глядишь, тогда пойдет уж музыка не та!

(2 comments |comment on this)

10:41p - "Дневник сельского священника" реж. Робер Брессон, 1951
Наверное это последний из ключевых фильмов Брессона - а их всего-то 13 (при том что Брессон прожил почти сто лет и умер сравнительно недавно, в 1999-м) - который я до сих пор не видел и наконец-то посмотрел. Понятно, что сперва мне Брессон казался нудным и пустым, а привлекали меня фильмы более эффектные внешне; постепенно я в суть его творчество вникал, но, пожалуй, только теперь для себя по-настоящему Брессона для себя открыл. Хотя "Дневник сельского священника" - одна из ранних его работ, экранизация написанного в середине 1930-х романа Жоржа Бернаноса (чье творчество тоже худо-бедно знаю с подросткового еще возраста, но вот этой книги также не читал), но уже весьма характерная, типичная для эстетики Брессона: аскетизм формы, отказ от манипуляции зрителем (и реакцией, и даже вниманием).

Бельгиец Клод Лейдю играет безымянного молодого кюре, получившего назначение в деревню на севере Франции, где его вера и пастырский энтузиазм сталкиваются с искушениями не откровенно-инфернального, а самого простейшего, обиходного свойства: помещики, крестьяне, да и чуть более вышестоящие церковники не готовы в полной мере уяснить устремлений юноши, он бедствует, питается только черствым хлебом и дешевым вином (на хорошее нет денег), вскоре "заработает" рак желудка, от которого в финале умрет на руках у давнего приятеля. Но прежде столкнется с испытаниями веры - девочки в приходской школе то ли ненавидят кюре, то ли - некоторые из них - наоборот, не по годам и не по закону слишком сильно "любят". Переживающая гибель сына графиня умирает после задушевного разговора со священником - кто-то сочтет, что слабую женщину со стенокардией именно он довел до могилы. Если авторами (писателем и режиссером) предполагается человеческое сочувствие к герою, то оно заложено глубоко в подтексте, внешне повествование бесстрастно, а все переживания отдаются на совесть зрителю - и это очень сильный ход даже по меркам сегодняшним, когда кино нередко следует путями, открытыми не кем иным как Брессоном.

Кроме того, французская "глубинка" первой половины 20го века представлена словно вне времени, а сегодня смотрится какой-то мифической архаикой. Впрочем, недавно на глаза мне попался по ТВ фильм "Воскресенье за городом" Бертрана Тавернье, 1985, который я видел когда-то давно и, зацепившись, спустя несколько десятилетий пересмотрел - герой-старичок там художник и озабочен проблемами скорее экзистенциальными, нежели метафизическими, в отличие от священника он как минимум по праздникам окружен родней, в том числе беспокойными внуками, и можно сказать, "пожил не зря", но сам он и мир вокруг него такой же "унесенный ветром", как и в картине Брессона. Правда, мсье Ладмираль (который "скоро умрет", как обещает заглавие положенной в основу сценария Тавернье повести) и на старости будто "сызнова живет", по крайней мере делает вид; а молодой кюре (которого авторы принципиально лишили даже имени) умирает от мучительной болезни, и легко сказать, что впустую, никаких своих начинений на поприще служения не реализовав - хотя известия от друга, свидетеля его конца, в финале картины звучат за кадром, а в кадре вырастает простой, на белом фоне, крест.

(4 comments |comment on this)

10:42p - "Король Лир" У.Шекспира в "Сатириконе", реж. Юрий Бутусов
Недавно глядя кинотрансляцию "Короля Лира" из Лондона с Иэном МакКелленом за неимением лучшего отметил, что там при общем убожестве решения дается ответ на вопрос, мучающий шекспироведов всех времен, а именно, наглядно показано, куда исчезает безвозвратно Шут - его убивают:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4025284.html

В постановке Юрия Бутусова тоже, но что важнее, его убивает, душит собственноручно сам Лир, то бишь ее, персонажа Елизаветы Мартинес Карденас. В очередь с ней заявлена Елена Березнова, но не знаю, успеет ли она сыграть еще, я смотрел предпоследний показ: вслед за первыми сатириконовскими спектаклями Бутусова, "Макбеттом" и "Ричардом Третьим", настал черед "Короля Лира", его снимают с репертуара.

По моему убеждению фирменный стиль Бутусова полностью оформился именно в "Сатириконе", актеры райкинской труппы на каком-то этапе оказались наиболее адекватны его режиссерским поискам. Но Бутусов теперь идет дальше, а "Лир" к тому же, видится теперь, несколько менее в сравнении и с "Ричардом", и с "Отелло" (про несравненную "Чайку" нечего и говорить) щедр на буффонную, трагифарсовую роскошь, он в целом спокойнее и за исключением буквально пары эпизодов (ослепления Глостера ближе к концу первого действия под марш "советского цирка", зарифмованного с ним пластически и музыкально поединка Эдмонда с Эдгаром и, конечно, финала) ближе к бутусову раннего, петербургского периода конца 90-х-начала 2000-х.

С годами, к тому же, насколько я могу судить - а я, пытаясь вспомнить, сколько раз смотрел спектакль, пришел к выводу, что "живьем" всего-то не более трех, возможно два, и еще кусками в очень качественной телеверсии, причем последний раз довольно давно, собирался в прошлом году на закрытие сезона, но не получилось.... - с годами в "Лире" если не вовсе сошел на нет, то "истончился" элемент гротесковый, игровой; спектакль стал "психологичнее", и в этом смысле от нынешнего бутусовского театра еще более отдалился.

В чем есть и свои преимущества - характеры и взаимоотношения персонажей не полностью затмеваются яркими, слепящими порой в других постановках ЮН предметными и пластическими метафорами (наглядное исключение - три потертых пианино, на которые в финале падают тела дочерей Лира, и нависающие над ними кринолины-"абажуры"... ну остов коня, остающийся с первого действия бесхозным, не в счет), постоянно остаются на первом плане, даются в развитии; Лир-Райкин от самодура и почти шута (зачем ему шут, он же и правда, как сказано, "сам дурак"!) через гонения и потери приходит к раскаянию, трагически запоздалому, когда ничего нельзя исправить и вернуть. То же и с Глостером-Сухановым. Вообще гротеск и фарс как характерообразующая основа присуща здесь только Освальду-Ломкину, отчасти, но не в полной мере, Эдгару-Осипову (в эпизодах с Глостером) и Эдмонду-Кузнецову, остальные же, от сестринского три (Дровосекова-Стеклова-Тарханова/Спивак) до Кента-Трибунцева, даже не слишком выигрышно поданных тут мужей-герцогов (Третьякова и Большова), как редко до недавнего времени бывало у Бутусова (за последнее время кое-что изменилось) проживают своих героев "изнутри", а не только через эффектные внешние проявления. Как ни странно, телеверсия только усиливает подобные ощущения, так что чувств невосполнимой утраты после тринадцати сезонов репертуарной жизни спектакля не остается... Еще бы достойные приходили ему на смену!

(comment on this)


<< previous day [calendar] next day >>
> top of page
LiveJournal.com