?

Log in

No account? Create an account
Широко закрытые глаза

> recent entries
> calendar
> friends
> profile

Monday, May 13th, 2019
2:29a - "Валентино" реж. Кен Рассел, 1977
Кое-что общее в судьбах Рудольфо Валентино и Рудольфа Нуреева, конечно, есть, но не так уж по сути много - тем не менее "Валентино" Кена Рассела в гораздо большей степени можно считать кинобиографией и самого Нуреева, а не только Валентино, которого он играет, нежели свежеиспеченный "Белый ворон", снятый Рэйфом Файнсом с пиететом к ВРК ("великой русской культуре"):

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4011808.html

Именно потому, что у Рассела нет пиетета ни к ВРК, достаточно вспомнить его умопомрачительных "Любителей музыки", посвященных П.И.Чайковскому -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2400439.html

- ни к Малеру с Вагнером, ни к Байрону с Шелли (в "Малере" и "Готике" соответственно), ни к Валентино, ни к Нурееву; а есть подлинный интерес, умноженный творческой дерзостью, оригинальностью мышления и раскованностью настоящего художника в обращении с документальным историко-биографическим материалом.

Неудивительно, что Рудольф Нуреев, который в отличие ну хотя бы от Михаила Барышникова, или Александра Годунова (беру его коллег, которых чаще в связи с Нуреевым вспоминают) на кинопроекты велся редко, с такой самоотверженностью воплотил на экране своего к тому моменту уже полумифического и подзабытого "почти тезку", без стеснения представая моментами полностью обнаженным перед кинокамерой (это в 1977 году, тогда как у Файнса в картине 2019 года близко нет подобного).

Я впервые увидел "Валентино" Рассела по телевизору больше двадцати лет назад, но сейчас православное ТВ вряд ли рискнет его повторить, а в интернете качество не ахти - тем не менее поразился сам себе, насколько хорошо, отчетливо, как выяснилось, я помню фильм спустя десятилетия. Нуреев... ну то есть Валентино - в гробу, вокруг него продюсеры, обдумывающие, как бы на смерти артиста поживиться и сделать побольше сборов на его последних фильмах, коль скоро новых не будет, светские фотожурналисты, толпа фанаток и люди, которые Валентино знали, на разных этапах в его жизни присутствовавшие. Прежде всего, конечно, женщины - ведь звезда немного кино Валентино начинал как жиголо из танцевального зала, обслуживал платежеспособных дамочек на возрасте... А порой заодно и не только дамочек.

Более подходящей кандидатуры на заглавную роль, чем Рудольф Нуреев, здесь трудно было бы придумать - ведь Нуреев, особенно в первой половине фильма, много танцует по сюжету, но не балетные партии, а бальные танцы, фокстроты и что там еще было в ходу у американцев начала 20го века. Увидеть танец Нуреева еще и в такой "хореографии" - отдельная и уникальная возможность, она остается благодаря картине Кена Рассела. Кроме того, Нуреев-Валентино в последних сценах фильма еще и... боксирует - когда его, "итальяшку", вызывает на бой "настоящий американец", на проверку "мужественности" - здесь это тоже своего рода "балет", и тоже захватывающий! Впрочем, даже то, как после победы на ринге Нуреев-Валентино принимает вызов еще и на соревнование в поглощении алкоголя (дело идет к фатальной развязке) - близко к балету, к танцу, каждым движением, жестом.

Однако играя персонажа в два раза себя на тот момент моложе, Нуреев и как драматический актер несравненно хорош - вернее, не как актер (что предполагает возможность перевоплощения в какие угодно образы), но как присваивающий себе и имидж, и характер, и судьбу своего персонажа исполнитель. А Кен Рассел еще и накручивает вокруг фигуры Валентино фантазийную, избыточно-роскошную, гиперболизированно-гротесковую псевдоисторическую, но при этом в основе своей парадоксально точную (позднее пойдет аналогичным путем Баз Лурманн - в "Мулен-Руже" и, конечно, в "Великом Гэтсби") бытовую обстановку, с карикатурными рожами, немыслимыми ужимками... смехотворную - но и способную зацепить (а кого-нибудь способен всерьез зацепить "Белый ворон", интересно?..). И я не исключал бы, что Кирилл Серебренников, сочиняя либретто для балета "Нуреев" -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3820843.html

- по меньшей мере косвенно вдохновлялся и "Валентино" Рассела тоже, по крайней мере и композиционные, и стилистические параллели между фильмом и спектаклем обнаруживаются без труда.



(2 comments |comment on this)

2:32a - "Мама" реж. Андрес Мускетти, 2013
Сперва решил, что покажут "Маму" Даррена Аронофски, которую я видел в прокате -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3662955.html

- но это совсем другая "Мама"; Андрес (Энди) Мускетти - режиссер двухлетней давности триллера "Оно", и не того в русскоязычном прокате опять-таки омонимичного, которое "приходит" (весьма неординарный опус режиссера Дэвида Роберта Митчелла), а туповатого, архаичного ретро-ужастика по старой книжке Стивена Кинга:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3663977.html

"Мама" - его предыдущий, испано-канадский проект (в числе продюсеров значится Гильермо дель Торо, что уже о многом говорит), полнометражный дебют, выросший из его же короткометражки, сделанной еще пятью годами ранее. И как ни странно, в своем роде неплохой, объясняющий по крайней мере, за какие заслуги и с каким расчетом впоследствии доверили Мускетти экранизировать Кинга.

В домике посреди леса находят двух одичавших девочек-сестер, после смерти матери несколько лет чудом выживавших без попечения взрослых. В результате недолгой тяжбы сестричек, к неудовольствию престарелой родственнице, передают на воспитание дядюшке. Тот вскоре получает травму и оказывается на больничной койке, а с девочками остается его подружка, разбитная рокерша, и не помышлявшая о "материнстве".

Если б не Джессика Честейн в роли невольной "мачехи" Аннабель - наверное, я бы "Маму" смотреть не стал, но Честейн актриса поразительная, "хоть в пир, хоть в мир", хороша и убедительна что в исторических и социальных драмах, что в шпионских боевиках, что вот в таких не самых складных "ужастиках". При этом надо понимать, что "мама" здесь - вовсе не Аннабель, но призрак, кондово, но эффектно нарисованный на компьютере. Постепенно выясняется (эксперт-гипнотизер, наблюдающий девочек на дому, погибает, докапываясь до правды), что в окрестностях домика, где жили сестры, некогда существовала психиатрическая лечебница, сбежавшая оттуда с ребенком пациентка погибла, а труп младенца остался непогребенным в коробке местного архива... Оттого неупокоенный признак и шатался в озлоблении, но именно благодаря демону сестры сумели продержаться пять лет в одиночку среди леса; однако и теперь сумасшедшая с того света продолжает допекать и девочек, и их "мачеху" с ее сожителем.

Главную мужскую роль играет Николай Костер-Вальдау, но его функция и в сюжете, и в актерском ансамбле служебная, Джессика Честейн то и другое тянет на себе). Фанаты жанра - я почитал отзывы в интернете, заинтересовавшись картиной до некоторой степени - нашли тьму ляпов и сюжетных, и визуальных, но меня они не смущали. А я, увидев накануне очередной опус Святослава Подгаевского "Русалка. Озеро мертвых", после того просто любовался качеством выделки, наверное, неперворазрядного, но всяко добротно (в сравнении с новорусскими аналогами, бессмысленными и беспощадными) сделанного фильма, а местами и побаивался - наверное, в кинозале было еще страшнее, но мне и по телевизору дозы "ужаса" хватило: ничего особенного, эксплуатируются старые приемы, по дизайну призрака и сопутствующей ему атрибутики (пятна на стенах, через которые проходит нечисть, расползающаяся "щупальцами", как это правильно называется, "темная энергия", "эктоплазма" или что там у "охотников за привидениями"...) тоже без откровений, но смотрится эффектно, и вызывает ровно те эмоции, на которые рассчитывали продюсеры, а не брезгливую усмешку, как самопальные русскоязычные подделки.

(comment on this)

2:33a - ах, какая будет тишина: Андрей Эшпай в КЗЧ: оркестр кинематографии, дир. Сергей Скрипка
Как ни странно, проекту всего пять лет - при этом возник он еще при жизни Андрея Эшпая, хотя присутствовать лично на первом вечере, составленном из его лучших песен, композитору не довелось. Я предыдущие два года пропустил, но до этого приходил регулярно, и после двухлетнего перерыва попал на концерт снова, убедившись: хотя набор песен и стабильный, да и костяк исполнителей (прежде всего семья автора, где к пятому году подросло уже четвертое поколение) неизменный, каждый раз программа новая, каждый год сменяющие друг друга в той или иной песне артисты рассказывают свою историю, и обязательно что-то случается впервые.

На этот раз впервые вместо джазового ансамбля Игоря Кантюкова (тоже очень достойного) выступавшим аккомпанировал государственный оркестр кинематографии под управлением Сергея Скрипки, что вдвойне логично, поскольку большинство номеров - это песни из кинофильмов, пускай картины те сегодня за редким исключением безнадежно забыты и даже их названия никому ни о чем не говорят. Соответственно и оркестровки, в предыдущие годы адаптированные под определенный инструментальный состав, здесь оказались более замысловатыми, что составило поющим актерам дополнительные трудности, зато оркестру позволило сыграть некоторые симфонические вещи без потерь.

В первом отделении прозвучал "Рефрен" - оркестровая пьеса, объединенная с музыкой финала из саундтрека к "Майору Вихрю": номер для сборного песенного концерта, положа руку на сердце, несколько затянутый - но и поднимающий проект на некий уровень, придающий ему уникальный статус, напоминающий, что Андрей Эшпай был не только сочинителем песен, но и (наследники настаивают - в первую очередь) симфонистом. Тем не менее основу программы составили песни, из года в год одни и те же, но каждый раз звучащие по-разному благодаря исполнителям, драматическим актерам, непрофессиональным вокалистам, придающим любому шлягеру специфическую, неожиданную краску.

Необязательно это краска точна, годна для песни или хотя бы просто ярка, интересна - мне вот совершенно неинтересным, невзрачным показалось исполнение Гошей Куценко Песни Огонька из "Ночного патруля", особенно если вспомнить, как ее пел и три, и четыре (в последний момент заменив слетевшего Домогарова) года назад великолепный Павел Акимкин:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3344372.html

Да и выигрышная, быстрая, ироничная "Отчего-почему" у Куценко прозвучала как клубно-танцевальный хит, безлико, от себя артист мало что добавил; вообще по программе предполагалось два выхода Куценко, по одному в каждом отделении, но отработав оба номера нон-стоп, звезда убежала, видимо, на более важные (и денежные, вероятно...) мероприятия - осуждать не стоит, но за песни немного обидно. Виталий Ленский (бывший Гребенников) из театра Маяковского подхватил мелодию "Отчего-почему" с альтернативным вариантом текста "Ах, Одесса моя", но тоже вышло не очень, хотя по противоположным причинам - "перебрал" по части актерствования, слишком много себя в ущерб собственно пению. Не напрягаясь, но забавно поучаствовал Валерий Гаркалин в трио со своими выпускниками своей мастерской ГИТИСа, братьями Рассомахиными - в "Ах, какая драма, пиковая дама" взял на себя только припев, а куплеты отдал молодым... но все равно получилось мило, по крайней мере легко и ненавязчиво. И тоже в первом отделении, потому что Гаркалин спешил - стало быть основная часть "лирики" ушла во второе, хотя изначально распределялось несколько иначе.

Студенты мастерской Владимира Панкова, "панки", уже достаточно популярны и я их видел-слышал неоднократно, тут они показали несколько хоровых номеров - "Песню об иве", "Ребята настоящие" (три года назад за "ребят" массово выступали "гаркалинцы", теперь новое поколение выросло). Анну Синякину представил Андрей Эшпай, напомнив про "Ворошиловского стрелка" - лично мне приятнее вспоминать ее работы в спектаклях Дмитрия Крымова, и в частности, с Михаилом Барышниковым в паре (довелось же увидеть, самому не верится...), но сейчас Синякина и в крымовских опусах почти не задействована, а тут выступила с сольным номером "Жила на свете стрекоза" из фильма "Тень" - по-моему более удачно, чем три года назад, когда ей достались "Облака", песня "голосовая", требующая мощных вокальных ресурсов.

Главное откровение вечера для меня связано с Полиной Агуреевой - несколькими днями ранее после долгого перерыва смотрел "Пять вечеров" Рыжакова, которые Агуреева играет вместе с Гординым, Гладких, Дмитриевым в "Мастерской Фоменко" -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4012857.html

- и снова неизбежно приходило на ум оттуда ее финальное "только бы войны не было", хотя в концерте Эшпая ей достались песни, с войной напрямую вроде и не связанные: "А снег идет" из "Карьеры Димы Горина" и "Разговор с тобой" из "Давай поженимся": с точки зрения академического пения вокально совсем небезупречные, но как актерские образы, наполненные, осмысленные - фантастически объемные (при том что Евгения Симонова три года назад "Разговор с тобой" пела незабываемо и совсем иначе, теперь она взяла на себя не менее сложную драматически и поэтически небесспорную композицию "Зашумит ли клеверное поле" на стихи Евтушенко): надлом в интонациях (да и в пластике) у Агуреевой, чуть более "нормы" растянутые ею гласные... По-моему лучшее, что было на вечере.

Игорь Гордин, партнер Полины Агуреевой по "Пяти вечерам" и постоянный участник посвященных Эшпаю вечеров начиная с первого, во втором отделении пел соло, "Родное сердце" из "Седьмого неба", а до того, в дуэте с Зоей Кайдановской исполнил "программную" для проекта - как я его понимаю - вещь "Каждый день шагают ноги...", она же "Песня о тишине": создающая настроение не праздника и даже не скорби, но тревоги, неустойчивости, неуверенности, движения к неопределенной цели - что содержательно, на мой взгляд, соотносится с форматом столь явно выбивающегося из общего ряда эшпаевского проекта: без колорадских ленточек, без ритуальных заклинаний - отсутствие помпезной коды, незавершенность истории.

Прекрасно удалась, ну как обычно, лирическая вещь "Ты, только ты!" ("Грустных песен ты не мой") Сэсэг Хапсасовой, еще одна постоянная участница вечеров Полина Лазарева спела "Что знает о любви любовь", простовато прозвучали "Два берега" у Ирины Леоновой (особенно если вспомнить, как это сделала в свое время Юлия Пересильд....), "Спасибо" трогательно исполнила сольно Зоя Кайдановская, а под конец первого отделения она с Евгенией Симоновой и младшими внуками Евгении Павловны мило и забавно "изобразила" Колыбельную. Раздражающую меня "бардовскую" ноту (но она отчего-то непременно возникает в концертах раз за разом...) внес Владимир Качан - единственный (даже не Гоша Куценко с его полухалтурой), кто для меня лично в этой программе оказался совершенно лишним, чужим.

На афишу, однако, выносится не "день, когда закончится война", а "Сережка с Малой Бронной", и положение обязывает подчеркнуть, что война будто бы закончилась, и типа "наши победили", а вовсе не "одни в пустой квартире их матери не спят". Для чего идеально подошел - и возрастом, и статусом, и взглядами, и представлениями о прекрасном - Владимир Меньшов, подпустивший все-таки пафоса: дескать, "но помнит мир спасенный" (по умолчанию подразумевая без сомнений - и "спасенный", и "помнит"...), хотя в целом, в принципе, завершивший программу логично, к тому же "Сережку с Малой Бронной" повторили сразу подряд все участники, кто не убежал после собственного выступления, и в хоре пафос малость растворился, несколько распылился его смысловой вектор, мысленно возвращая (для меня так) к открывавшей концерт "Песне о тишине".

(comment on this)

2:34a - "Легенда о Коловрате" реж. Джаник Файзиев, Иван Шурховецкий, 2017
Уж которая по номеру легенда - сколько их навскидку и не скажешь, 17, 28... за всеми не уследишь, не насчитаешь, и хотя "Коловрата", в отличие от "Т-34", православное ТВ гоняет примерно с год, я как пропустил его в прокате а после "Викинга" совсем не хотелось тратить остаток времени и сил на подобное -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3503448.html

- так и по телевизору включить не собрался, пока случайно вслед за очередными танками на экране конные витязи не показались. Удивительно, но еще до православного ренессанса советским пионерам про Евпатия Коловрата рассказывали, и я в школе проходил, но вроде все не так было... Впрочем, согласно мединской доктрине без разницы, как было, а важно, как надо. И надо, значит, так.

К князю рязанскому (самоотверженно сыгранному в накладной бороде и кособокой бутафорской шапке гражданином Канады, неустанно на словах возмущающим патриотические чувства бывших соотечественников в интервью, на деле же вдохновляющим их на новые победы своим творчеством Алексеем Серебряковым) на крестины прибывает брянский воевода (Андрей Бурковский), но вместо праздника рязанцев ждет беда: надвигаются татаро-монголы, ведомые ханом Батыем (после эпизода "Орды" в роли совсем уж мультяшного хана - но по крайней мере персонаж колоритный - трудно было бы представить кого-нибудь вместо Александра Цоя). Тем временем десятник Коловрат (невзрачный на фоне кордебалета ряженых Илья Малаков) после ранений по утрам с трудом узнает жену и не помнит, как его в детстве травмировали - но готов идти снова в бой.

Впрочем, сперва Коловрата вместе с княжичем и воеводой посылают не в бой, а с мирным подношением - не без хитрого умысла, а ради выигрыша во времени. Татаро-монголы обыграть себя не дали, поглумились над послами, а пока те добрались до города обратно, Рязань они нашли уже сгоревшей дотла. Но не зря по дороге ночевали они в пещере у отшельника Нестора (бедный Алексей Вертков...), не только духовную силу на будущее почерпнули они от него. Заодно потерявший при уничтожении Рязани любимую жену (страшная была... ну так любовь зла) знахарь-кудесник Захар (как всегда эксцентричный Тимофей Трибунцев), изначально склонный к коллаборации и пораженчеству, укрепился в патриотическом духе и умело отравил воду в реке, чтоб, значит (пускай и в ущерб экологии, ничего, то ли еще предстоит защитникам святой руси в грядущие века...) татары попили водицы и поумерили захватнический пыл.

Файзиев и К по-своему честно отрабатывают бюджет - не в том смысле, что без откатов, но не заморачиваясь насчет историзма или там психологизма: делают мультик, где камнеметные машины - в главной роли, а человекообразные персонажи - прилагаются к ним. Отшельник Нестор, соработник божий - и тот воюет, причем обосновав свою милитаристскую активность теологически: дескать, у монголов богов много, а у русичей один, и ему в одиночку тяжело, нужна помощь - с точки зрения богословской, по-моему, выходит не совсем по-христиански... зато очень православно! Символом "истинной веры" (и знаком того, что на самом деле представляет из себя православие) становится до нелепого гигантский, на компьютере нарисованный медведь Потапыч, который наряду с отшельником Нестором и определяет расклад военно-духовных сил в битве "добра" со "злом", чуя врага за версту.

Ну и самое главное - продемонстрировать, подчеркнуть коловращение ВРИ ("великой русской истории") и вместе с ней на той же оси ВРК ("великой русской культуры"): герои полагают жизни зародину-засталина (ну в перспективе), а доверенные люди в лице дружинника Каркуна (Александр Ильин-младший) и примкнувшей к нему Лады (замечательная актриса Юлия Хлынина еще ни разу не сыграла в кино роль, достойную ее таланта...) спасают рязанских детей, вывозят их, пока воины, как и положено, гибнут почем зря. Лада не смогла заменить Коловрату сгинувшую в рязанском пожаре жену, но не для того и нужна была, а затем, чтоб спустя несколько лет подросшее поколение православных воинов - не мирной жизни ради их спасали, само собой! - сразилось на Чудском озере с немецкими рыцарями, ведь настоящие враги русских приходят, всякий православный знает, с запада. Тогда как погибшему Коловрату духовно близкие православным язычники-монголы и лично хан Батый воздали почести как батыру земли русской.

(comment on this)

2:36a - "Т-34" реж. Алексей Сидоров, 2018
Если задаться целью всерьез, под несоразмерное количество, поточное производство новейших русскоязычных кинофильмов, посвященных именно танковым, а не каким-то еще родам войск, можно подвести теоретическую, научную (ну хорошо, квази-научную) базу: с одной стороны, танк - образ символический, емкий, по-своему мощный, почти как медведь... и в то же время как бы обобщенный, обезличенный, не предполагающий "гуманистического", то есть слюнтяйского к себе отношения, мало ли кто там внутри машины сидит и что думает, сомневается, боится, да хоть и горит, и погибает - танк знай себе прет, давит и стреляет, это дело коллективное, предполагающее взаимную ответственность, да и внешне смотрится внушительно, не то что какой-нибудь отдельно взятый пехотинец, лыжник-стрелок, сапер (не дай бог еще ошибется... - как сюжет дальше развивать?..) и т.п.; с другой, в плане материальном, техническом и финансовом для съемок танк все-таки сподручнее, удобнее и дешевле (хоть натуральная машина, хоть макет, хоть компьютерная графика), чем самолет или подводную лодка, а про какой-нибудь крейсер и говорить нечего, и тут, глядишь от бюджетного финансирования излишки останутся, которые православные продюсеры могут параллельно освоить, что называется, в мирных целях... Наконец, пускай на памяти и "сталинские соколы", и "артиллеристы, Сталин дал приказ!", и все в таком ключе, но лучше, ярче, задорнее, ни про кого не сказано, как про танкистов, причем, что характерно, еще до пресловутой ВОВ:

Гремя огнем, сверкая блеском стали
Пойдут машины в яростный поход
Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин
И Ворошилов в бой нас поведет.

Авторы еще одного благословенного проекта сходного сорта и вовсе запускались с названием "Увидеть Сталина", правда, в прокат бесславно вышли уже обыкновенными "Танками", но их герои-танкисты добрались-таки до Красной Площади, где товарищ Сталин их увидел и не сходя в гроб благословил:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3899793.html

Короче, "танковые драмы" на русскоязычном кинопространстве ныне по масштабам бедствия уступают разве что "драмам шпионским", но тут уж вопросов нету, зачем и почему... Попытался я, спасаясь от тотального красно-георгиевского ада на улицах, усугубленного неблагоприятными метеоусловиями, отсиживаясь, как тыловая крыса, дома перед телевизором, посмотреть премьерный сериал "Прыжок богомола" на самом что ни на есть Российском канале, где диверсанта НКВД, оказавшегося после нацистской учебки в ложном положении "двойного агента" Константина Богомолова играет Павел Чинарев... каюсь, не выдержал, не мог без смеха наблюдать за происходящим, не вспоминать, как ну хотя бы в "Карамазовых" тот же Чинарев обращается к "механическим ментам" как к "товарищам фашистам"... С танками все же полегче - машина какая-никакая, за броней и актерам под напором стали и огня легче срам прикрыть. Хотя тоже не всем удается.

Сперва наткнулся на картину "Несокрушимый" (того же 2018 года, реж. Константин Максимов) - в отличие от "Т-34" модель танка в ней представлена альтернативная, "КВ" (Клим Ворошилов - тот самый, что поведет, когда товарищ Сталин пошлет), но модель истории, войны и русского характера аналогичная, стандартная, только ценою подешевле: в главной роли - Андрей Чернышов, непосредственного командира его играет Сергей Горобченко, гендерное неравенство (в котором, помимо прочего, упрекают военно-православные, включая бронированные, произведения искусства иные прогрессивно мыслящие критикессы-феминистки...) по мере сил восполняет Ольга Погодина... Вот моих сил наблюдать за Погодиной в гимнастерке не достало... Да еще коль скоро вокруг нее ну сплошь рожи дегенератские.

В "Т-34" картинка все же малость иная. Начать с того, что проект выпускался от михалковской студии "ТриТэ" - не путать бы с "ТэТридцатьчеТыре..." - что расшифровывается по-прежнему "товарищество творчество труд", а вовсе не "танки танки танки", к чему деятельность студии все больше сводится на практике. Мэтры военно-православного продюсирования, гранды русского ТВ Златопольский, Блаватник и К тоже не совсем без мозгов люди, надо признать. Ну и непосредственно осуществлял затею многоопытный режиссер Алексей Сидоров, прогремевший когда-то бандитским сериалом "Бригада", потом новостью, что брошенного им еще в молодости сына, выросшего рецидивистом-уголовником, осудили за изнасилование и зверское убийство, но и до сей поры, давно уже перебравшись на ПМЖ в Германию, продолжающий неустанно трудиться на ниве воспитания русской молодежи в русле духовности и патриотизма, формирования настоящих мужчин, защитников отечества.

Со сценарием по обыкновению не заморачивались, используя готовые, проверенные схемы (между танками в "Несокрушимом" и "Т-34" даже на совсем сторонний взгляд внешних, технических различий больше, чем между набором драматургических штампов в том и другом случае), прикладывая их к соответствующим идеологическим матрицам: в начале картины, когда на дворе 1942 год, встреченный возгласом "я тебя как Сталина ждал!" (ну то есть с таким нетерпением ждал и с такой радостью дождался, что Второго пришествия уже не требуется...) начальник полевой кухни, оказавшийся танкистом и назначенный командиром экипажа персонаж Александра Петрова, руководит интербригадой, где в составе обнаруживаются и украинец, и грузин, тот и другой пламенные патриоты святой руси, понятно, однако враз отдающие животы зародину-засталина, чтоб дальше не путаться под ногами у настоящих православных, включая белоруса в лице персонажа Виктора Добронравова. От греха убирают (убивают) в прологе и героев, сыгранных актерами-"брусникинцами", Петром Скворцовым, Василием Буткевичем - талантливые ребята, но идейно неблагонадежные, мало ли что им успели Серебренников или Диденко за годы сотрудничества внушить... Заодно и от Семена Трескунова избавились, вид у него больно пацифистский, недалеко и до пораженчества... Петрову все-таки веры побольше, он тоже, конечно, в молодости пометался, на сцене Гамлета изображая, но быстро закалился, как сталь, у Бондарчука и перед инопланетянами не отступил, проверенный боец, не подведет.

И вот спустя два года после героического, но обреченного сопротивления превосходящим силам противника оказавшись в нацистском лагере, лейтенант с ласковой фамилией Ивушкин, не раскрывший захватчикам ни имени своего, ни звания, опять жестко сталкивается с самоуверенным немцем, который, ввиду победоносного русского наступления, предполагает готовить "супертанкистов" (прямо так это в фильме и называется - по аналогии с "супергероями" из голливудских кинокомиксов, суперпатриоты православные ведь одним глазом смотрят в бюджет, а другим в Голливуд...), для чего ему нужны в качестве пушечного мяса танкисты русские. Уцелевший, идейно и национально выверенный костяк экипажа, вновь собранный под прежним началом, оказывается в опять-таки несокрушимом Т-34, но вместо того, чтоб подставляться под снаряды "пантер", разворачивается и через германские просторы двигается, удивляя мирных фрау, в противоположную сторону, на пути, разумеется, свершая подвиг за подвигом. Так, экипажу машины боевой удается в неназванном мирном немецком городке с наскока овладеть припасами капусты и морковки - "грабить не по-нашему", и то ведь, немцы в радостном испуге сами отдают "освободителям" последнее, странно еще что немки малость тормозят.

Впрочем, про гендерный баланс в "Т-34", как и в "Несокрушимом", помнят: содействие экипажу оказывает пленная переводчица, героиня Ирины Старшенбаум - ну тоже нельзя не отменить, насколько предпочтительнее она в сравнении с Ольгой Погодиной. Вообще с точки зрения операторских умений и монтажного мастерства, "Т-34" всяко презентабельнее "Несокрушимого" смотрится - хотя нарисованные на компьютере, летящие и разрывающиеся в рапиде снаряды создают настроение вполне определенное... - тем очевиднее сущностная идентичность проектов. А в финале-то немцу погибать - но он напоследок спешит русскому пожать руку прежде, чем вместе со своей никчемной "пантерой" сверзится с моста: боятся - значит, уважают!

И само собой одним героизмом не обошлось бы - но впридачу к овощам добыли русские танкисты в немецком городке образ чудотворный... Казанской не нашли, взяли какую-то не то картинку настенную, не то тарелку декоративную, не то поднос - главное, что с изображением Мадонны, и хоть Мадонна чужая, но вкупе с истинной молитвой (едут в танке на врага и шпарят словно товарищ Сталин лично в семинарии у них преподавал, без запинок!) победу православным танкистам гарантировала. Венчает блестящую танковую операцию, что характерно, песня Окуджавы на титрах.

(comment on this)

2:39a - "Война Анны" реж. Алексей Федорченко
Такой чистопробной мерзости не попадалось на глаза после "Рая" Андрея Кончаловского, хотя даже Кончаловский своими циничными манипуляциями решал задачи попроще, откровенно присваивая себе как автору статус высшего исторического, морального, да и божественного суда:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3510346.html

С другой стороны, вспоминается "Айка" Сергея Дворцевого, однако Дворцевой спекулирует хотя бы на актуальных, еще не "сакрализованных" официозно темах:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3965179.html

Алексей Федорченко и соавтор сценария Наталья Мещанинова вроде бы никого не судят, кому в рай, а кому в ад отправляться, прямо не указывают... И не попрекают современников в социальной безответственности, в человеческом бездушии... По сути же берут на себя даже больше, чем Кончаловский или Дворцевой, хотя, казалось бы, куда уж больше.

Из-под груды голых, грязных, слегка прикопанных землей мертвых тел выползает живая девочка - евреев, чтоб никто не сомневался, расстреляли укрофашисты-бандеровцы (за кадром звучит украинская речь, подчеркивающая это обстоятельство - не немецкая и уж конечно не русская), но Анна, чье имя узнать можно лишь из названия картины (а фамилию и вовсе остается домыслить без подсказок... но уж если Анна - вестимо, Франк!), уцелела. Местные дед с бабкой ее как бы и подобрали, но спрятать у себя побоялись, спешно сбыли с рук - и тут Анна не пропала, обустроилась на чердаке за каминной трубой в бывшей школе, превращенной нацистами в комендатуру.

Неплохо, с учетом обстоятельств, обустроилась: пьет все, что льется (начиная с собственной мочи, заканчивая раствором, в котором кисточки из-под краски полоскали, и вода из поддона цветочных горшков сгодится, а уж найдется бутылка вина - подавно не побрезгует); ест, что удается укусить (крыс из мышеловки, ягоды сухие из гербария, пропитанные клейстером корешки книг... разве что алоэ даже тут пришелся не по вкусу Анне, выплюнула); укутывается в то, что можно разорвать и свернуть (опять же от кумачовых транспарантов до... волчьей шкуры, собственноручно снятой с чучела!). При этом понимает девочка, что, к примеру, спиртовой раствор из банок с наглядными пособиями по биологии употреблять внутрь не стоит - зато можно его использовать как горючее, да и крыса обжаренная небось вкуснее сырой!

Просиди в убежище смекалистая, креативная Анна еще немного - наверняка изобрела бы лекарство против рака, топливо для межпланетных ракет и невиданный прежде музыкальный инструмент... жаль, времени героине не хватило, а что отпущено - все ушло на освоение среды, приспособление к ней и выживание. Разумеется не пренебрегает девочка (а вслед за ней и сценаристы) ни гуманностью, ни политической грамотностью. Вырезает и пришпиливает к внутренней стенке каминной трубы изображение товарища Сталина из газеты - спасибо, мол, товарищу Сталину за наше счастливое детство! Ласкает прибившуюся кошечку, по-братски разделяя с ней свежую крысятину, позднее разнообразит меню голубями.

Очень кстати кошечка пригодилась, когда нацистская овчарка совсем уж Анну допекла - пришлось пожертвовать четвероногим другом, отдать котика на растерзание фашистской сволочи. Овчарка тоже, впрочем, не зажилась - среди остальных нужных в школьном хозяйстве препаратов Анна обнаружила баночку с крысиным ядом, полила ею лакомый кусок и собаке за окно бросила.

Увы, овчарок у нацистов нашлось в запасе еще немало, и запланированный Анной побег в окно не удался. Сознавая безнадежность своего положения, девочка тем не менее напоследок проявляет чудеса советского героизма и комсомольской (хотя по возрасту даже в октябрята рано ей!) сознательности: флажки, которыми нацисты на карте отмечают продвижение войск Рейха по миру, выдергивает, сгребает от Москвы, Парижа, Ливии и т.д. все их втыкает в "территорию" Германии: победила в войне Анна!

Бесстыдное сочетание грубого до тошноты натурализма и вычурной метафоричности апофеоза достигает в эпизоде зимнего торжества в комендатуре - надо полагать, Рождественского - решенного Алексеем Федорченко ну просто как "черная месса": скелет рогатого козла посреди стола, украшенный горящими свечками; голова Гитлера, венчающая праздничную елку; хоровод ряженых прям-таки в сатанинских масках... Бесноватые пляшут, не замечая выползшую из камина девочку прямо перед носом - Анна не теряется, накушавшись колбасы, запасается провизией на зиму, разжившись заодно и револьвером у потерявшего вместе с сознанием бдительность врага.

После этого уже и момент, когда к Анне залезает партизан с миной, отбирает револьвер, а мину оставляет, запустив часовой механизм, но потом вдруг, передумав, механизм останавливает и мину уносит, уже не кажется удивительным. Вообще ничего удивительного, как ни странно, "Война Анны" не предлагает - ко всему уже приучили... хотя про танки снимать, по-моему, все же на свой лад честнее, нежели про еврейскую девочку, выживающую в одиночку за печным дымоходом.

Можно сколько угодно говорить о преломленной через художественную условность исторической и психологической достоверности, даже о реальном прототипе Анны - "историзма" в этом фильме Алексея Федорченко не больше, чем достоверного, аутентичного этнографизма в предыдущих трех, "Овсянках" -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/1849678.html

"Небесных женах луговых мари" -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2588673.html

- и "Ангелах революции" -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3166230.html

Федорченко своей очередной картиной, цинично рассчитанной на фестивальный ажиотаж (ну а как иначе, кто не пожалеет бедную еврейскую девочку... мне вот тоже жалко юную актрису - использовали ее взрослые дяди и тети самым бессовестным способом, хуже чем на абажур расписной заживо пустить) каждую секунду шокирует благонамеренного обывателя, а просвещенному киноведу создает информповод - я бы не сказал, что работает он виртуозно, а все-таки достаточно успешно (да и много ли надо обывателю для шока, а киноведу для статьи?..), главное, не стесняясь в средствах и соблюдая корректность по отношению к генеральной линии, политически грамотно, подстать маленькой, да удаленькой героине Марты Козловой, расставляя акценты: украинцы, Сталин, победа... Тем временем подкованные культурологи сравнивают укрытие Анны один с платоновской Пещерой, другой с кэрролловскими Зазеркальем и Страной Чудес (приплетая попутно, что в русскоязычном переводе Набокова героиня сказки Льюиса Кэрролла звалась Аней), третий вспоминает "Иди и смотри", ну эти изыскания можно продолжать до бесконечности, нагромождая на пустом месте пирамиды ассоциаций из запасов собственных познаний.

А за кадром - как и в "Воскресенье" Светланы Проскуриной, любопытное, но логичное совпадение - настойчиво звучит Шнитке (в "Иди и смотри" хлеще того - "Реквием" Моцарта прорывался к финалу, тушите свет). Спаслась ли отдельно взятая девочка? Допустим что нет (слишком уж фантастичное допущение хоть по житейским понятиям, хоть по аллегорическим стандартам, что для магического реализма, что для социалистического...) - но не все ли равно, девочкой больше или меньше... девочек хватит, можем повторить!

(comment on this)

2:46a - "Хэппи-энд" реж. Михаэль Ханеке, 2017
Так и не собрался на фильм, пока он шел в прокате, но был уверен, что записной франкофил (в свободное от борьбы за русский мир и планету православия - то по долгу службы и последние годы, а любовь к Франции - от всей души и с юности) К.Л.Эрнст - картина-копродукция снята на французском языке и с французскими преимущественно актерами - непременно покажет его у себя на Первом, ну так и вышло, долго ждать не заставил. Посмотрел и порадовался, что дома, а не в кино - присутствие в кинозале, да еще с соседями, задает такую степень концентрации внимания, при которой меня от очередного творения Ханеке наверняка вывернуло бы; телевизор же (в чем его лишь фейсбук, пожалуй, превосходит), напротив, предполагает заведомую толерантность к любой пошлости и дряни, так что Ханеке в этом контексте воспринимается спокойно, в конце концов его "Хэппи-энд" явно же не худшее, что можно по Первому каналу и вообще по русскоязычному эфирному ТВ увидеть.

Другое дело, что без тени иронии в начале 21-го века, уже незаметно приблизившегося к рубежу первой четверти, Михаэль Ханеке живописует картины распада буржуазной семьи абсолютно в духе конца века 19-го, начала 20-го, без учета практических опытов построения альтернативных капитализму систем и их итогов (которые вроде бы разумного человека должны от всякой альтернативы отвратить навсегда...), без оглядки на путь, который, в конце концов, прошло за век с лишним искусство... Нет, в плане кинематографической формы все в порядке, Ханеке безусловный мастер - не в пример иным привычно бичующим язвы капитализма энтузиастам - и стилистически его кино "продвинутое", а не архаичное; подобную ленту однозначно не смогли бы сделать ни покойный Висконти, ни здравствующий Лоуч; как художник Ханеке мыслит весьма современно и даже другим указывает направление. Но творческие находки тем не менее прилагает к затхлым штампам, сформированным еще во времена "Будденброков", "Саги о Форсайтах" и "Дела Артамоновых". Эффект выходит удивительный - и удручающий: эстетические свежее и изощренное произведение воспроизводит банальности из позапрошлого столетия!

Драматургия "саги", впрочем, тоже подгуляла и строится на основе классических образцов. Начиная с т.н. "исходного события" - 12-летнюю девочку, свою дочку от первого брака, забирает к себе отец после того, как ее мать отравилась таблетками. Девочка попадает в богатую семью, владеющую строительной фирмой, переживающей не лучшие времена - на стройке произошел несчастный случай, обвалился край котлована, пострадали рабочие. Экспертиза, конечно, установила, что со стороны фирмы никаких нарушений техники безопасности не было - со своей стороны авторы фильма недвусмысленно намекают, что буржуи-убийцы чуть ли не нарочно, назло покалечили пролетария, потому что ненавидят трудовой народ и трясутся над каждой копейкой. Впрочем, внешне у Ханеке (все-таки он не Лоуч) дела обстоят не столь очевидно. К примеру, последыш, внук главы клана, то ли пьющий, то ли просто депрессивный юноша, пытается пойти к семье пострадавшего и извиниться, и побои от "потерпевших" принимает безропотно - правда, потом их припомнят, когда речь дойдет до компенсации и возможного суда. Так или иначе понятно, что парень наследником дела Будденброка Форсайтовича Артамонова не станет, гибель богов неизбежна. Отец юной наполовину осиротевшей героини занят личной жизнью - у него младенец от новой сожительницы и куча связей на стороне, которые подрастающая дочка, скучая (а в сущности не очень-то) без мамы, раскрывает, влезая без спросу в отцовский ноутбук.

Стоящий во главе семьи и отмечающий по ходу действия фильма 85-летие старик, которого играет находящийся в прекрасной творческой форме, да и физически еще годный для своих лет Жан-Луи Трентиньян, о фирме тоже думает мало, а больше о том, как последовать примеру невестки и прекратить свое существование. Внучке он признается, что свою жену задушил - не от ненависти, скорее наоборот, она тяжело болела, годами лежала парализованной и мучилась бессмысленно, он прекратил ее страдания: тут очевидна реминисценция к предыдущему фильму Ханеке "Любовь", где тот же Трентиньян играл главную роль и тем же способом выразил пресловутую любовь к жене, что и здесь описан:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3100305.html

Но "Хэппи-энд" мог бы называться "Нелюбовь", и камерная драма взаимоотношений престарелых супругов осталась за кадром, тут на героев давит не жизнь с ее неумолимыми биологическими законами, а проклятое собственничество, капиталистический порядок и необходимость (а даже, по сути, не жажда) зарабатывать. Поэтому герой Трентиньяна, получив в Швейцарии отказ на запрос об эвтаназии - его признали слишком здоровым для этого! - успел врезаться на автомобиле в дерево, но не погиб, а оказался в гипсе на инвалидном кресле, и готов уже цирюльника просить, чтоб добыл ему пистолет либо таблеток за хорошие деньги, брадобрей, однако, ссыт и отказывается; а негритянские парни, которым буржуй готов отдать дорогие часы, лишь бы довезли его до моря, где старик мог бы утопиться, вовсе не понимают его желания, буквально не понимают, плохо по-французски говорят.

Семейный бизнес практически в одиночку тянет на себе дочь главы клана, героиня Изабель Юппер, всю себя посвятившая делу. Ни от папы толку нет, ни от сына, ни от прочих родственников, на племянницу тоже мало надежды... Вероятно, больше из этих соображений, нежели от чистой любви, женщина выходит замуж, заодно передавая под залог кредита банку свои акции фирмы. На свадьбе еще и сын успевают организовать маленький демарш, притащив банду опять-таки чернокожих мигрантов и описав перед расфуфыренными буржуа, как тяжко приходится каждому из гостей - в привычном для подобных произведений литературы или кино духе "заманили и угнетают, а у них дома родных убили..." Вообще тема, которую Ханеке для себя еще в "Скрытом" закрыл, казалось бы, в "Хэппи-энде" (как и мотивы других позднейших его картин, с этой точки зрения "Хэппи-энд" - своеобразная "хрестоматия" творчества режиссера зрелого периода), представлена не только случайными африканцами, но и арабами, работающими в доме героев - камердинер и горничная предельно корректны и заботливы, склонный к эскападам внук хозяина Джамилю прилюдно (в порядке самобичевания как бы) называет "нашей рабыней", нахваливая ее пироги с рисом (неужели правда вкусно? я вот не люблю пироги с рисом... наверное, комплименты арабским пирогам из уст последыша - часть антибуржуазного посыла!); а тем, бессознательным, и невдомек, сколь бессовестно белые господа унижают их и эксплуатируют.

Финал, где почти уже 13-летняя внучка все-таки укатывает деда в кресле к морю, и пока тот старается утопиться без посторонней помощи, а наследники бегут его спасать, снимает сценку на мобильную видеокамеру - единственный момент, где можно углядеть намек на иронию, если это, конечно, ирония, а не суровый приговор загнивающему капиталистическому западу. И с этой точки зрения какой-нибудь даже не самый удачный - но тоже неплохой - "Форс-мажор" Рубена Остлунда -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3079153.html

- гораздо предпочтительнее, идеология там не отменяет здравый смысл начисто. У Ханеке же все тонкости и сложности эстетики в его припозднившейся "саге о гибели богов" подчинены задачам до того идеологически ущербным и несвежим, что достоинства художественной формы, актерских работ, монтажа и т.п. отдельно от убожества формы оценить не получается; а в сочетании одного с другим выходит, что самую малость подождать - и делать-то ничего специально не надо - как буржуйскому мирку придет капец. С той разницей, что полтора века назад в роли избавителей от капиталистического гнета передовые творцы видели рабочих и крестьян, а теперь, выходит, негров с арабами - ну врите, врите бесенята, будет вам ужо хэппи-энд.

(comment on this)

2:47a - "Сарай № 12" по В.Пелевину в театре "Около", реж. А.Толстошева, М.Солопов, Н.Швец, И.Окс
Спектакль, поставленный четырьмя молодыми режиссерами (Александра Толстошева, Максим Солопов, Наум Швец, Илья Окс) по четырем ранним рассказам Пелевина - работа по сути студенческая, при этом для театра "Около дома Станиславского" вполне, что называется, "форматная", и даже выбор пелевинской прозы с ее условной эзотерикой не кажется столь уж неожиданным, если вспомнить ну хотя бы диптих Михаила Палатника по новеллам Бунина и Набокова "Край света", выпущенный несколько лет назад тоже в качестве "пробы" и в репертуаре не задержавшийся:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2748314.html

Правда, разнородные и даже неодинакового объема тексты разные режиссеры попытались объединить в некое более-менее связное целое, дополнив их реминисценциями, прямым цитированием, включая и воспроизведение непосредственно фрагментов на видеоэкранах, с одной стороны "Сталкера" Тарковского, с другой, "Твин Пикса" Линча, при том что сходство между тем и другим чисто внешнее, а направления мысли Тарковского и Линча принципиально несовместимы. Композиция "Сарая" получается в силу этого, прямо сказать, не очень стройной, да и содержательная цельность под вопросом, остается некое сквозное неявное "ощущение", впрочем, для спектаклей "Около" типичное, а вот с пафосом прозы Пелевина идущее скорее вразрез.

"Рамочным" сюжетом в композиции становится новелла "Бубен внешнего мира", уже инсценированная однажды Мариной Брусникиной в рамках аналогичного плана "спектакля-альманаха" по пелевинским рассказам на сцене филиала театра им. А.Пушкина, но решенного в совершенно иной, конечно, эстетике свойственного Брусникиной литературно-разговорного театра:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/971864.html

Здесь уже в "Бубне..." юмористическая, ироническая интонация первоисточника сводится к минимуму, условно-фантастическая фабула разрежена, но вместо характерного обычно для постановок "Около" театрального "воздуха", которому из "вакуумной" прозы Пелевина просто неоткуда взяться, возникает та самая Пустота, и на видеоэкране титром обозначенная, к которой Пелевин придет позднее в своих хрестоматийных сочинениях. Камлающую на немецком языке шаманку (шаманшу?) Тыймы играет Ольга Бешуля - недаром же ее героиня в "Дне рождения Смирновой" имениннице дарила альбом "Древние бурятские памятники":

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3681157.html

Шутки шутками, а между прочим костюм шаманши, при экзотичном рукодельном, нарочито дурацком головном уборе, и здесь представляет собой потертую кожанку, как это в "Около" принято и распространено. Ну и сюжет рассказа в "окольную" эстетику вписывается органично - героини с помощью языческого ритуала вызывают мертвых солдат, немцев, итальянцев, финнов, чтобы выйти за вернувшихся с того света замуж и упростить себе эмиграцию в Европу.

Сатирический контекст "Бубна..." сегодня спустя десятилетия считывается плохо и режиссеров интересует в последнюю очередь. Пространство организовано таким образом, что соединяющая "верхний" и "нижний" миры с землей, где обитают люди, "вертикаль" за счет деревянных стволов-столбов-брусков предъявлена с максимальной наглядностью, углублена так же непосредственно открытыми под сценой ямами, а дальний план площадки расширен до кирпичной стены и привычный задник из листов ржавой жести отсутствует. Главным же в сюжете новеллы для спектакля становится случайная встреча "живой" девушки Маши (Мария Погребничко) с "мертвым", но по ошибке вызванным (подбили, когда перегонял трофейный немецкий самолет) русским летчиком майором Звягинцевым (Максим Солопов): ироничная, даже саркастичная пелевинская условность подменяется - несколько искусственно и предсказуемо, если честно - "пронзительностью" мимолетной и обреченной, но все-таки взаимной и, что, полагаю, особенно важно для постановки в целом, "живой", искренней симпатии персонажей.

Гитлер (Александр Зотов) и Гиммлер (Александр Орав) из рассказа "Музыка на столбе" проходят скорее по разряду "специальных гостей", но подхватывают линию "пришельцев с того света", вместе с тем кое-как формально увязывая новеллы "Вести из Непала" и "Синий фонарь". Выбор рассказа "Вести из Непала" мне показался чуть ли не случайным, а его реализация в конструкции спектакля неудачной, куцей, заложенная в тексте сатира опять же пропала (да она и протухла давно, все эти "рацпредложения", приколы из обихода советского производственного романа... Сорокин в "Теллурии" вот тоже пытается ее эксплуатировать безуспешно...), и главная героиня Любочка (Татьяна Лосева), в спектакле карабкающаяся на столб, чтоб "послушать радио", получилась невнятной, ее история недорассказанной.

Наибольший объем в композиции занимает текст "Синего фонаря" (использованного также и в упомянутой постановке Брусникиной наряду с "Бубном верхнего мира", но там открывавшего спектакль, а здесь завершающего): пионеров, ночами пугающих друг дружку "страшными историями" в летнем лагере, играют актеры взрослые и даже возрастные (тот же Александр Зотов, а также Сергей Каплунов, Максим Севриновский, Иван Игнатенко), за счет чего фантазии о мертвецах, у Пелевина поданные в дежурном мистико-эзотерическом ключе, но под иронично-игровым соусом детского городского фольклора, получают звучание даже по пелевинским меркам (автор той поры все же последовательно соблюдал грань между умелой литературной игрой и вероучительством шарлатанствующего гуру) избыточно серьезное. Кроме того, вожатую Антонину Васильевну, приходящую погасить свет и заставить пионеров улечься спать, играет та же Ольга Бешуля, что возвращается к финалу снова в амплуа шаманши, замыкая композицию на "Бубен верхнего мира", на мотив присутствия в общем, "особенном", "маргинальном" пространстве (типа "Зоны Твин Пикс") живых и мертвых.

Пелевинское "учение" при этом предполагает, что живые суть мертвецы, только не сознают этого, а как осознают, так и пробудятся к "жизни" по-настоящему, коль скоро "жизнь" и "смерть" тождественны. Спектакль "Сарай № 12" смысловые акценты заметно смещает в привычную для "Около" сентиментально-ностальгическую плоскость, "смерть" и "жизнь" осознаются в первую очередь как "прошлое" и "настоящее", как безличные, социо-историко-культурные, не персональные категории, а их соотнесенность, в чем-то тождественность - как присутствие прошлого в настоящем, неизменное прорастание "вечного" через временное "новое". Для полноты ощущений не хватает только ретро-шлягеров - но спектакль обходится без песен, их заменяют записи "проникновенных" - в заданном формате считай "психоделических"... - фортепианных соло да повторяющиеся кадры фильма Тарковского и сериала Линча на экранах, чего, наоборот, в собственных спектаклях Погребничко обычно не найдешь.

(comment on this)

3:58a - "С любимыми не расставайтесь" А.Володина в театре Около дома Станиславского, реж. Юрий Погребничко
Сиреневый туман над нами проплывает буквально каждый день - накануне проплывал в МХАТе им. Горького у Кончаловского на "Сценах из супружеской жизни" по Бергману, где Кончаловский "перестроил" Бергмана таким образом, что действие фильма 1973 года перенес в Москву рубежа 1980х-90х:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4017175.html

У Погребничко время действия всех спектаклях неопределенно-стабильное, ориентировочно-послевоенное, место тоже условное, но узнаваемое, где-то ближе к Магадану, но вот как в старой-престарой постановке "С любимыми не расставайтесь" популярная пьеса Володина (по Москве идут параллельно несколько версий в разных театрах) всей кровью прорастает Достоевский с "Преступлением и наказанием" - вдвойне любопытно наблюдать после питерского "Преступления и на..." Богомолова:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4010187.html

Сознательно или нет, но художественная форма, которую взял за основу Богомолов, по многим внешним приметам перекликается с эстетикой Погребничко: драматургический коллаж, статичные мизансцены, ровные бесстрастные интонации, вставные музыкальные номера... Об этом я думал и на следующий день, когда смотрел коллективный опус учеников Погребничко по Пелевину, раз уж предыдущим моим театральным Пелевиным был богомоловский "АЙ ФАК", и там тоже отмечал про себя внешние параллели, даже более явственные (молодые не брезгуют видеоэкранами, титрами...):

https://users.livejournal.com/-arlekin-/4016724.html

Другое дело, что содержание у Богомолова совершенно иное в похожую форму вкладывается, другие ставятся задачи, вместо меланхолично-чувственной иронии у него торжествует холодный сарказм, да и рамки этой стилистики Богомолов давно перерос, преодолел, а Погребничко и в более свежих спектаклях продолжает их воспроизводить неизменно. Тем не менее сходство, пускай совершенно случайное (во что поверить трудно) бросается в глаза: сюжет советской драмы Володина парадоксально дополнен несколькими эпизодами из романа Достоевского - диалогами Раскольникова-Ильи Окса с Соней, Порфирием и Свидригайловым; а вместе с тем чуть ли не наибольший, во всяком случае очень значительный "удельный вес" в хронометраже по обыкновению для "Около" неспешного, но лаконичного представления занимают ретро-шлягеры в исполнении мужского и женского (отдельно) хоров под управлением неопознаваемого возраста оборванки в незашитом пальто: помимо упомянутого "Сиреневого тумана" - "Ромашки спрятались, поникли лютики", "Ландыши" (переходящие в "Карл Маркс Штадт") и т.п.

Шинели, замаранные то ли глиной, то ли ржавчиной - на парнях, на мужчинах; ушанки с вуалью в сочетании со "старинными" платьями в кружевах и розочках - на женщинах, на девушках; усталая судья по разводам (Ольга Бешуля) со стопкой папок, документов, свидетельств, только что не вываливающихся из рук. Сюжет пьесы Володина развивается своим чередом, но... не доходит до финала, растворяется на полпути... Зато прирастает сюжетом Достоевского, где между сценками из "Преступления и наказания" ненавязчиво проскакивает вдобавок пассаж из "Братьев Карамазовых" (про "хорошее воспоминание, вынесенное из детства"...). В сочетании с "Ландышами" и "Лютиками" это дает эффект разреженного воздуха, характерный для эстетики "Около", при характеристике которой без ненавистной мне категории "атмосфера" едва ли возможно обойтись. Рационально соотнести Достоевского с Володиным и "Ландышами", сложить одно, другое и третье как интеллектуальный паззл невозможно и вряд ли нужно - народная забава "бег в мешках", привносящая в драматичную по сути, меланхоличную по интонации историю, вернее, набор историй, элемент гротеска, эксцентрики и самодеятельного, "народного" цирка (равно и топор, припрятанный под полами пальто у Порфирия Петровича, безобидного, усталого хлеще женщины-судьи по разводам старика) способны сказать тут больше, чем философские диалоги, отсылы к Евангелию, предполагаемые (скорее всего надуманные) текстовые совпадения сюжетов и образов-лейтмотивов, хотя мне этого, если по совести, все равно мало.

(comment on this)

4:01a - ближний круг: "Сцены из супружеской жизни" И.Бергмана в МХАТ им. Горького, реж. Андрей Кончаловский
Не в пример многим товарищам, я МХАТ им. Горького и прежде не игнорировал десятилетиями, то есть знал, что по выходным спектакли здесь в 18 30 начинаются, но сейчас меня никто об этом специально и заново не предупредил, не напомнил... Хотя пришел я все-таки сильно заранее, потому пропустил от начала самую малость, а первое действие все же смотрел из бельэтажа, попутно - что в каком другом, а в данном случае только добавляло мероприятию колорита - слушая замечания окрестных зрительниц, традиционно более чем среднего возраста: "Перерыв-то будет?"-"Что-то ерунда какая..."-"Да полная! Я после первого отделения уйду!"-"А я после второго, не слышу совсем, что он говорит..."-"А я не слышу, что она говорит..." Признаться, за шелестящими пакетами в бабкиных сумках я тоже не все расслышал, но проверять, увлеклись ли зрительницы под занавес первого акта чужой супружеской жизнью за явным отсутствием собственной или не вполне, проверять не стал, спустился в партер на свое в кои-то веки законное место и досматривал "сцены" уже оттуда, вблизи.

С бабками по обыкновению не согласился бы: "Сцены супружеской жизни", пускай и при кое-где - не на официальном сайте - мелькающей пометкой "в Перестройку" (то есть от сценария Бергмана в спектакле оставлена дай бог общая канва...), как спектакль не шедевр и не трэш, а что-то средне-терпимое, как и предыдущие аналогичного плана постановки Андрея Кончаловского. Не считая разве что мюзиклов - вот с мультижанровыми театральными блокбастерами у Кончаловского выходит незадача на уровне "вырви глаз", если брать "Преступление и наказание" в т.н. Театре мюзикла -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3519856.html

- в остальном же его драматические спектакли что по Чехову, что по итальянским комедиям, одинаково скучноваты, но принципиально не омерзительны, по крайней мере эстетически; об идеологической их подоплеке можно говорить отдельно, а в связи со "Сценами из супружеской жизни (в Перестройку)" особенно. Много лет назад Кончаловский ставил, и тоже, естественно, с Юлией Высоцкой в главной роли, "Фрекен Жюли" Стриндберга на Малой Бронной - под названием "Мисс Жюли" - и тоже вот примерно как сейчас вышел спектакль, отсутствия которого никто бы не заметил (да и присутствия никто в свое время не заметил..), но не настолько чудовищный, чтоб вызывать какое-то решительное отторжение:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/457763.html

В отличие, однако, от "Мисс Жюли", где действие пьесы Стриндберга разворачивалось в камерной условно-исторической обстановке, драматургия Бергмана транспонирована Кончаловским в условия очень четко обозначенные: московская - в первом акте - огромная, во всю ширь мхатовской площадки - квартира конца 1980-х-начала 1990-х, с открытой почему-то круглый год балконной дверью и развевающейся на ветру занавеской, где живут Иван да Марина; во втором - сначала рабочий кабинет Ивана, потом загородный дом, в том и другом случае, наоборот, совсем без окон, без выхода наружу, на улицу, на воздух (символично или просто бездумно, для удобства так сделано?). Приметы быта в сценографии глаз не режут - ну стоит в прихожей велосипед (чей? зачем? просто для антуража), ну возникают на какой-то момент "челночные" клетчатые сумки. В основном же фоном интимным беседам (есть у Бергмана сценарий и с таким названием, но экранизировала его уже Лив Ульман как режиссер), вернее, ремарками-"перебивками" между эпизодами служит видеопроекция на монохромных (не по советской моде, скорее по европейской... зато годятся и для жилья, и для служебного помещения) стенах квартиры персонажей, она же далее кабинет и т.п. - нарезка из телесюжетов соответствующего периода и видеоклипов либо концертных записей.

Тематика видеорепортажей очевидная - очереди, Макдональдс, в конце первого акта Ельцин над толпой в августе 1991го... С музыкальным сопровождением сложнее - "Два кусочека колбаски" и ранняя Аллегрова в тему, "Исчезли солнечные дни" Леонтьева малость припоздали, "Ах какая женщина", наоборот, поспешила (1995), "Потому что нельзя быть красивой такой" и подавно (1997), ну да анахронизмы не криминал, когда речь идет о судьбах страны, ни много ни мало. Потому что Кончаловский недвусмысленно и не слишком заморачиваясь бергмановскими тонкостями-сложностями, "рифмует", ставит в параллель распад связей между супругами и между "братскими" республиками СССР, кризисы семейный и политический (даже, как сказали бы сегодня, в МХАТ им. Горького тем паче - геополитический!). Словно подхватывая максиму из богомоловского "Идеального мужа": любить нужно Родину... жену необязательно! - но принимая ее без смеха, не как шутку, но как заповедь.

Сам А.С.Михалков-Кончаловский, дитя 1937 года, в означенный период после долгой жизни на Западе (со спокойной душой покинул, и на тот момент явно полагая, что навсегда, постылый Советский Союз, где от рождения катался как сыр в масле, откуда его никто не гнал), после работы в Голливуде с переменным успехом, после описанных весело и яростно в мемуарах браков и романов -вернулся... вернее, приехал в тогда еще недоразвалившийся СССР, чтоб поднять американцами профинансированный кинопроект "Ближний круг", где главным героем выступал в чем-то реальный, в основном вымышленный киномеханик Сталина по имени Иван (сыгранный иностранным, по-русски не говорящим, что характерно, актером Томом Халсом) и где через личную, семейную, карьерную историю этого ряженого Ивана примерно тем же манером, что и теперь, проступала "история страны": пафос исторический, гражданский и человеческий тогдашний фильм, разумеется, транслировал противоположный премьерному спектаклю, а выделка картины была почище, поаккуратнее сегодняшней театральной постановки, но сходство схем, технологий и приемов налицо.

Перестройка Бергмана далась Кончаловскому без труда и выполнена она чисто механически. При этом для совграждан неюного возраста (к началу действия герои уже десять лет женаты... он ее постарше будет) Иван и Марина на удивление свободно, раскованно обсуждают детали своих постельных затруднений... (это, стоит помнить, в то время как пока что "в СССР секса нет!", а они и слово "секс" знают, и употребляют его в речи уверенно) - честно говоря, никакими подробностями не поражая и не увлекая. Тогда как в первом варианте одной из автобиографических книжек Кончаловский смачно описал знакомство с одной - в числе многих... - молодой актрисой... а впоследствии, женившись на Юлии Высоцкой, соответствующие эпизоды из книжки автор вымарал и всякую их републикацию строго запретил... Вот они, сцены из супружеской жизни, да не из киносценария, а из жизни непосредственно! Ну да это к слову.

Героиня у Юлии Высоцкой вышла до психопатии нервной, истеричной, она мечется из крайности в крайность; герой у Александра Домогарова - слегка усталый, но вальяжный, и все драматические перипетии (полюбил другую женщину, ушел из дома, жена просит развода... встает вопрос и раздела имущества - квартира-то родителей Марины, оказывается, а без квартирного вопроса в сценах из семейной жизни по-советски не обойтись) воспринимает меланхолично-философически. Существуют партнеры каждый в своем эмоциональном, стилистическом, даже техническом регистре (сказывается различия и школы, и опыта исполнителей - в отсутствие расширенного актерского ансамбля и при сугубо дежурной сценографии, за которую буквально и в переносном смысле не спрячешься, хотя время от времени в некоторых сценах героиня закатывается за диван).

Получается пристойная, не больше и не меньше, антрепризная мелодрама, отчасти где-то, пожалуй, комедия - герои вышли настолько плоскими, что легче над нелепыми перипетиями их взаимоотношений посмеяться, чем делать над собой усилие и вникать в подтекст: с этой точки зрения Ингмар Бергман в версии Андрея Кончаловского едва ли до Нила Саймона дотягивает. Но важна ли тут психологическая, экзистенциальная глубина, необходимо ли хирургическое, патологоанатомическое, "бергмановское" проникновение в подоплеку взаимоотношений супружеской пары? Речь ведь идет совсем о другом - о том, что "по-настоящему важно".

Иван и Марина - не "прорабы перестройки", скорее "живут, под собою не чуя страны"; обещанный Ивану отъезд в Америку, на который он очень рассчитывал - "я бы эмигрировал!" - сорвался, на повороте Ивана обошел коллега (по фамилии Еремин, если я не ослышался... что тоже по-своему забавно и вряд ли для Кончаловского случайно!); иначе еще больше было бы поводов сопоставить опусы престарелого мэтра с шлейфом легенд, скандалов, с определенным репутационным душком - и относительно молодого, я имею в виду "Дети солнца" Тимофея Кулябина, в чем-то на удивление сходные (но с меньшими у Кулябина вторжениями в оригинальный текст, между прочим!) и уже достаточно стандартные эксперименты по актуализации не новой, относительно хрестоматийной драматургии:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3889551.html

Принципиально в спектакле даже не то, что после измены, расставания и развода герои все равно остаются связаны, все равно продолжают встречаться и испытывать взаимное тяготение - еще значительнее (по замыслу очевидно), что они, особенно он, домогаровский Иван, с оглядкой на прошлое рассуждает в духе "как много мы потеряли", мол, какой у нас раньше был секс... а сколько времени было... ну потому и секс... теперь время - деньги, и все нам заменили деньги, все заменил доллар... Тут мне крыть нечем и с каких бы позиций я стал опровергать Кончаловского, который что про секс, что про доллар знает намного больше меня... Да и режиссер в своей правоте не сомневается - размышления героев звучат для проформы, автор же (Кончаловский, не в пример Бергману) заранее на все риторические вопросы подготовил ответы, и с высоты своего всеведения подпускает утешительного туману, к тому же сиреневого: под соответствующий блатной шлягер, перепетый в 90-е Владимиром Маркиным, после ностальгической близости и держа в голове лучшие воспоминания о Советском Союзе бывшие супруги поднимаются и начинают кружится в танцы, плавно переходящем в поклоны, овации и дарение букетов.

И не захочешь, а подумаешь, что спектакль хоть готовился не специально под МХАТ им. Горького, выйти должен был на другой площадке, но все же неслучайно, символично открыл череду премьер театра после смены руководства, подхватив прежнюю здешнюю установку на старомодно-полуабстрактную "духовность" отныне заострившуюся и конкретизированную вплоть до поэм о детях шахтеров Донецкой Народной Республики. Инсценировка донбасской поэмы пока только в репертуарных планах, но уже вышли "Последний герой" и "Последний срок" - отчего-то все первое обернулось "последним"... - вот и предшествовавшие им "Сцены из супружеской жизни (в Перестройку") тоже отдают таким "последним" приветом, взглядом в будущее через прошлое, "великое советское имперское", вроде порушенное, а как будто и вечное, бессмертное, как отношения старых супругов, которым и после развода не выбраться из замкнутого круга, лишь бы только укрыться от новых привязанностей вдвоем в темноте: да, исчезли солнечные дни - но ах, какая женщина... потому что нельзя быть красивой такой!

(comment on this)

4:03a - Дебюсси и Р.Щедрин в "Зарядье", оркестр и хор Мариинского театра, дир. В.Гергиев (телеверсия)
Если бы все, что меня интересует, транслировали по ТВ или хотя бы в интернете - ей-богу, я б с кровати не поднимался! Но то, что меня интересует, в эфир попадает все реже, а то, что попадает, интересует меня все меньше. Закрытие т.н. "пасхального фестиваля", который в свое время задумывался компактным и концептуальным событием, объединяющим устремления РПЦ с министерствами культуры и обороны, осмыслившим (между прочим, в числе первых оказался Гергиев!) 9 мая как истинную и сугубо русскую "пасху", но с годами разросся и превратился в нечто бесформенное и дежурное, а порой и вовсе непотребное, меня и в трансляции привлекло не слишком - а все же по ТВ послушал, и первое отделение даже не без удовольствия.

Солистки не ахти (на сайте отдельной строкой прописали их "коучера по французскому языку"!), но оркестр на удивление - они же в каком-то ирреальном формате и нечеловеческом режиме существуют - неплох, и хор тоже, и музыка редко исполняемая: записей мистерии "Мученичество св. Себастьяна" Клода Дебюсси на текст Габриеле д'Аннунцио немало, хотя и они различаются по объему, по набору номеров, но живьем не помню чтоб когда-нибудь это название возникало на афишах, и слышать его мне не доводилось даже в виде оркестровой сюиты, тут же пускай набор фрагментов прозвучал, но не только симфонических, и впечатление сложилось достаточно целостное, при том что ничего сверхъестественного в контексте творчества Дебюсси опус не представляет, поражает скорее масштабностью замысла.

В присутствии автора спели хором а капелла премьеру свежайшего (2018) сочинения Родиона Щедрина "Месса поминовения" по тексту надписи на могильном камне Н.В.Гоголя, с посвящением "Майе Плисецкой - вечная память": при таких "выходных данных" - месса, Гоголь, Плисецкая... - в принципе, характер и качество музыки значения уже не имеют, так или иначе пойдет на ура... Но Р.Щедрин и в свои солидные годы (Плисецкая, впрочем, постарше была) творческой формы не теряет, и сопутствовавшей ему на всех этапах жизни готовности к конформизму тоже: "духовное", хотя и не "каноническое" оркестрово-хоровое произведение выдает Р.Щедрин с той же степенью самоотверженности, что некогда "Ленина в сердце народном", к примеру - правда, лениниана у него все же поживее казалась, ну так мы все не молодеем.

"Поэтория" на стихи Вознесенского написана давно - стилистически это нечто среднее между ленинской музыкой Щедрина и православной, вещь привязана одной стороной к военной теме, другой к интимно-лирической, третьей к философской... Но все это оказалось неважно для актера, выбранного на роль чтеца-Поэта. Сколь ни старательно (и удачно) пела меццо Екатерина Семенова, про оркестр уже лишний раз не говорю - все внимание забрал на себя Сергей Безруков. Семь лет назад "Поэторию" в цикле концертов по случаю очередного щедринского юбилея исполнял Владимир Юровский с Евгением Мироновым - Юровский тоже зачастую чтецами приглашает в свои проекты еще более случайных (можно и грубее выразиться) артистов, чем на вокальные партии, но Миронов по крайней мере не выходил из берегов, был сдержан и точен:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2447798.html

А вот Безруков... - ну нельзя же не замечать, что это не просто плохо, ужасно, страшно, а в первую очередь даже... неприлично. Прямо по Грибоедову: "сам плачет, и мы все рыдаем"! Как вообще можно, ведь ни на что же не похоже: кошмарный, за гранью вкуса и здравого смысла, наигрыш, еще до вступления - застывшая на лице маска кладбищенского монумента (причем такого, какие "братки" павшим на "стрелках" обустраивают...), далее безумные переходы от шепота на крик, сквозь слезы, с каким-то просто "бабским" заламыванием рук, утиранием влаги с очей - манеры примадонны уездной музкомедии да и только.... Все это применительно к серьезному, местами просто замечательному поэтическому тексту Андрея Вознесенского! Что с людями православие делает... - то ли к психиатру посылать, то ли к экзорцисту... Но по-настоящему чудовищно, как это воспринимается целевой аудиторией - на ура! Не, через телевизор я подобное кое-как вытерплю, а не дай бог в зале оказаться.

(1 comment |comment on this)


<< previous day [calendar] next day >>
> top of page
LiveJournal.com