?

Log in

No account? Create an account
Широко закрытые глаза

> recent entries
> calendar
> friends
> profile

Sunday, March 24th, 2019
11:49p - "Реквием" Дж.Верди в БЗК: оркестр и хор "MusicAeterna", дир. Теодор Курентзис
С первых тактов ясно: мистагог и чудотворец, Курентзис превращает - "претворяет" - "оперный" по сути "Реквием" в Верди в сочинение религиозное, духовное, церковное, причем в чуть ли не до-баховском понимании; инструментальное вступление идет практически не воспринимаемым на слух пианиссимо, хор звучит ровно, строго, аскетично... Целевую аудиторию Курентзиса подобная концепция, возможно, убедит - если ее и не примут за чистую монету, всяко заценят как аттракцион, да и для инстаграма хорошо, эффектно выходит. Однако, говорят на святой руси, Бог не фраер... Уже и невооруженный глаз рефлекторно лезет на лоб от картинки, сочетающей псевдо-монашеский ВИА (хор и оркестр наряжены - и едва ли по собственной инициативе... - в черные рясы, благодаря которым выход исполнителей на сцену становится отдельным шоу, растягивается почти не на четверть часа, пока все подолы подберут, чтоб за стулья и за грифы инструментов не зацепиться...) с декольтированными солистками и дирижером в лосинах. Зато трубный глас Deis Irae обволакивает весь зал, раздаваясь и из глубины оркестра, и с горних высей галереи балкона - попутно предоставляя пастырю повод обернуться к партеру и продемонстрировать пастве свою одухотворенную, озаренную экстазом физиономию.

Но визуальная сторона дела - это, положим, часть шоу; музыкальная же ей постать - накладывая на оркестр и хор епитимью, солистам дирижер позволяет разворачиваться во всю их привычную оперную мощь, причем в попсово-стадионном, почти кроссоверном формате "оперного" пения - как ни странно, музыке вердиевского "Реквиема" это адекватно, но идет вразрез с затеями Курентзиса. Что меньше относится к солисткам - замечательной меццо Эрмине Мэй (для меня настоящее открытие вечера - ее вокал безотносительно к произведению и к исполнению в целом) и прекрасной сопрано Зарине Абаевой (полтора года назад не дослушал ее с Плетневым концертную "Русалку" Даргомыжского, очень расстраивался и ждал новой встречи - Абаева, надо отдать ей должное, к финалу "Реквиема" снивелировала свою сольную партию до поставленных Курентзисом концептуальных задач...), и в гораздо большей к солистам, что к именитому Рене Барбера с его резковатым тенором, что к басу Тареку Назми, которым с видимым трудом (да впрочем и певицам) не без потерь для голоса давались фирменные курентзисовы лихорадочные перепады динамики, рубленые фразы, паузы, ферматы.

Тем не менее стройность ансамблей оценить стоило - хотя сладкоголосие женских дуэтов очевидно выпадало из "мистериального" уклона в светско-салонное музицирование - с тем же успехом девушки могли петь Россини или Делиба... В остальном Курентзис не то что вечного, минутного покоя не давал никому - куда там, покой нам даже не снился, в кульминациях же ну просто черти в пляс пускались: кому поминальная молитва - а кому бал-маскарад! Правда, на сей раз обошлось и без "всенощного бдения", не в пример рахманиновской программе, закончившейся ближе к рассвету -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3935945.html

- и без настоящего "гнева божьего", несмотря на объективный повод: аккурат в паузу перед "Днем гнева" некий нетерпеливый меломан решил проверить, хорошо ли его аппаратура записала предыдущую часть,и проиграл ее на полной громкости - Курентзис ухом-то повел, но от проповеди, вернее, отповеди (не в пример казусу на 4-й симфонии Малера год назад...) воздержался, и "День гнева" врубил. Для наглядности большой - самый большой, какой только можно - барабан выкатили на место повиднее, ближе к рамке: мол, "солидный Господь для солидных господ", а не то что "спасу за копейки", хотя вопреки общему предубеждению наиболее характерным атрибутом поклонниц Курентзиса по моим личным многолетним и достаточно регулярным наблюдениям служат не столько брилльянты и меха, сколько силикон и ботокс, а вот кимоно и цветочные венки для дресс-кода допустимы и, возможно, желательны, но не обязательны.

Что касается вечно сопровождающей Курентзиса темы стратегического ценообразования - то не на предмет покупки, но отчасти из практических соображений мне также приходится ее анализировать, и сейчас несмотря на вполне "звездных" солистов, "человеческое", "конвенциональное" время проведения мероприятия и его относительную непродолжительность в отсутствие антракта зал продавался не влет, партер уценивался в несколько раз... Вип-гости пополам с маленькими любителями искусства аншлаг, конечно, все равно сделали - но похоже что антрепренеры Курентзиса постепенно осознают: или частить (минимум ежемесячно выступает Курентзис в Москве!), или цены задирать - всякому безумию положен объективный (главное в профессии святого - вовремя смыться, и Курентзис это понимает вряд ли хуже прочих чудотворцев...) предел.

(comment on this)

11:59p - "Вольный ветер", реж. Леонид Трауберг, 1961; "Вольный ветер", реж. Ян Фрид, 1983
Практически все на тот момент существовавшие (а кроме одного, последнего, "Тартюфа", они все уже и существовали...) телемузкомедии Яна Фрида я успел посмотреть подростком и подряд, в рамках ретроспективы по Центральному телевидению самого начала 1990-х: каждую субботу днем показывали "Двенадцатую ночь", "Собаку на сене", "Благочестивую Марту" и т.д. - я как раз успевал из школы вернуться, но один раз не успел, задержало очередное ненавистное (в том числе и по этой причине) внеклассное мероприятие, так я в свое время пропустил "Вольный ветер" и почему-то следующие без малого тридцать лет не выпадало случая его увидеть. Так что обнаружив название в телепрограмме, включил - и к своему удивлению попал на совершенно другой, более ранний "Вольный ветер" Леонида Трауберга, о существовании которого до того вовсе не подозревал. Трауберга, коль скоро предлагают, тоже посмотрел, и уже не откладывая, нашел в интернете версию Фрида, чтоб сравнить свежие впечатления.

Хотя в основе двух картин одна и та же оперетта Исаака Дунаевского, в сущности это не просто очень разные фильмы, но еще и на разные сюжеты. Оригинальное либретто сочинялось сразу после Второй мировой войны, "Вольный ветер" как завершенное произведение появился в 1947 году, и обстоятельства времени слишком много в нем определяют, и в эстетике, но также и в содержании, в его идеологическом, социально-политическом наполнении. С одной стороны, неудивительно, что другие музыкальные комедии Исаака Дунаевского порой востребованы современным театром, будь то дебютные "Женихи" 1920-х годов (считается, что это в принципе самая первая "советская оперетта"), которые, хотя и совершенно бесславно, ставились несколько лет назад в Театре Наций, спектакль получился скучнейший, не спасала его ни эффектная декорация с гигантским гробом (в соответствии с оригинальной фабулой), ни отличный исполнительский состав с бенефисной ролью Юлии Пересильд, постановка и сезона не продержалась, но важен сам факт обращения к материалу -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/2404306.html

- или последняя, куда более популярная "Белая акация", автором недописанная и после смерти Исаака Дунаевского завершенная Кириллом Молчановым, но сразу растасканная на шлягерные музыкальные номера и сравнительно недавно поставленная как дипломная работа студентов Владимира Иванова в Щукинском институте, а благодаря зрительскому приему (не в пример "Женихам" Театра Наций) перенесенная, впрочем, тоже ненадолго, официально в репертуар Театра им. Вахтангова на основную сцену -

https://users.livejournal.com/-arlekin-/1299676.html

Бытующих в культурном обиходе самостоятельно, отдельно от сюжетной канвы либретто, как концертные шлягеры, вокальных номеров в "Вольном ветре" по крайней мере не меньше, если не больше, чем в "Белой акации": и лирических сольных арий, и романтических дуэтов, и, в первую очередь, юмористических, эксцентрических стилизованных "моряцких" песенок" - все эти "дили-дили-дили-дон", "фигурально говоря" и т.п., ну а про зажигательные куплеты Пепиты-Дьяболо нечего и говорить! Но как целостный спектакль на моей памяти "Вольный ветер" не ставился - разве что, в лучшем случае, опять-таки отдельно взятые вокальные фрагменты использовались наряду с номерами из других оперетт и киномузыки Дунаевского в композиции Жанны Жердер "Вольный ветер мечты", осуществленной на сцене Театра Оперетты и до сих пор там идущей - но с новым либретто, о качестве которого можно поспорить особо - так или иначе не имеющим отношения к оригинальному:

https://users.livejournal.com/-arlekin-/3173930.html

Между тем, сдается мне, именно "Вольный ветер" как никакая другая оперетта Исаака Дунаевского сегодня для театра если не актуальна, то всяко жизнеспособна, правда, скорее в позднейшей версии либретто. Адаптация Михаила Мишина и Яна Фрида рассказывает, в сущности, совсем другую историю, нежели фильм Леонида Трауберга 1961 года. У Трауберга сюжет завязан на недавней войне - действие происходит в не нанесенной на карты, то есть попросту несуществующей маленькой, предположительно средиземноморской стране, вскоре после ухода фашистов (о чем говорится прямо, открытым текстом). Главный злодей, судовладелец Стан - не просто буржуй, но прежде всего военный преступник-коллаборационист, мало того, убийца героев сопротивления, и хотя мэр и полиция в его распоряжении, все-таки, что ни говори, разоблачения, общественного осуждения фашистский пособник боится. Отсюда интрига - своего племянника, сироту из деревни, Стан намерен выдать за вдову им же убитого партнера, и когда этот план срывается из-за того, что племянник Микки влюбляется в портовую девушку Пепиту (ту самую Дьяболо, чья песенка стала одним из главных хитов в наследии Дунаевского вообще), вдова предъявляет народу доказательства вины Стана, а матросы его корабля выбрасывают в море груз бомб, под видом апельсинов предназначенный пособникам империалистов где-то далеко за океаном.

В фильме Фрида, двухсерийном, который почти в два раза длиннее фильма Трауберга по хронометражу, о фашистах времен второй мировой даже не вспоминают, соответственно и линия с вдовой отсутствует. Мало того, главный злодей Стан, который у Трауберга в исполнении вахтанговца Николая Гриценко представал безжалостным коварным англосаксом, у Фрида, каким его играет Михаил Водяной, больше смахивает на карикатурного итальянского (ну только что не латиноамериканского) мафиозо, нелепого и достаточно на вид безобидного. Зато если в фильм 1961 года невозможно было понять, с чего судовладельцу уперлось жениться на бедной девушке Стелле, дочери погибшего моряка и без пяти минут бездомной, потому что им с матерью нечем платить за жилье, то картина 1983 года проясняет и этот момент (Стэн-Водяной делает это во вторую очередь ради самой Стеллы, а в первую ради пиар-эффекта, с расчетом на предстоящую выборную кампанию, ведь взять в жены девушку "из простых" это очень "демократично"!), и многие другие - сценарий Михаила Мишина уточняет мотивы поступков героев, приоткрывает отчасти их внутренний мир, делает более живыми и достоверными при всей условности сюжета и антуража, тогда как у Трауберга они оставались просто картонными.

Хотя набор основных персонажей при почти незаметных трансформациях имен - Стэн вместо Стана, Янко вместо Янго - в версии Мишина-Фрида не меняется, среди второстепенных кого-то не хватает, например, вдовы, мечтающей о новом замужестве, или продажного мэра (при том что играл его, между прочим, Михаил Яншин, корифей МХАТа!), а кто-то, наоборот, добавлен. Прежде всего это агент полиции в исполнении Михаила Светина, одного из постоянных актеров Яна Фрида - фигура как бы мерзкая и жалкая, но не лишенная обаяния, комичная, в чем-то трогательная, почти бесполезная (как и его начальник-комиссар в исполнении Евгения Весника) для сюжета, коль скоро успеха агент не добивается, зато с ним веселее: согласно адаптированному сценарию агента бьет жена за то, что он мало зарабатывает, и несчастный в расчете на премию безуспешно охотится на подпольщика, выслеживая его одним глазам и прячет второй, подбитый женой, за дурацкой повязкой (он и в титрах обозначен Одноглазым).

В противовес светинскому кривому неудачнику возникает тоже не участвующий напрямую в сюжете, но важный для характерологической симметрии и для общей идейной направленности картины персонаж - отставной актер Цезарь Галль (Виктор Алоин), якобы очень популярный в городе, но уволенный из театра с формулировкой "не соответствует высоким стандартам нашего искусства", точнее, отправленный "в творческий отпуск" - Трауберг, сформировавшийся в 1930-40е как художник и в 1960е мыслящий архаично не только в плане эстетики, думать не мог о подобных "намеках", "подтекстах", "фигах в кармане", а для музкомедии начала 1980-х это абсолютно естественный, расхожий прием: действие происходит "где-то за границей" - ну и взятки гладки, ведь "наше искусство" - это как бы "их нравы"! Кроме того, Галь неожиданно, непоследовательно и довольно искусственно составляет романтическую пару одинокой вдове моряка, матери Стеллы - они, конечно, не женятся, что было бы слишком, но в финале оказываются рядом друг с другом.

В "Вольном ветре-81" вместо борьбы с фашистскими недобитками разворачивается интрига, связанная с куда более актуальной для загнивающего ЭсЭсЭРа темой "борьбы за мир", и если разоблачив предателя матросы начала 60-х (а по сути конца 40-х) просто повыбрасывали груз империалистического оружия в воду, то в 80-е они под предводительством лихого Янко, получившего в награду и любимую девушку Стеллу заодно, угоняют корабль Стэна вместе с боезапасами, дабы передать его "своим", противоборствующей заказчикам буржуя-судовладельца стороне! И что-то угадывается знакомое, свежее, вольное в историях о тайной поставке оружия повстанцев соседних несуществующих стран!

А типажи главных героев образца 1960-х и 1980-х отличаются разительно. Янко у Яна Фрида играет главная гей-икона позднесоветского декаданса Андрей Харитонов, в представлениях своего времени - идеальный романтический герой; его предшественник Александр Лазарев выглядит у Трауберга куда брутальнее, но почему-то (хотя лазаревский типаж вполне "шестидесятнический") даже в стандартах моды 1960х старообразным, лицом из кино 1940-начала 50-х, до-"оттепельных" годов. В роли Стеллы у Фрида - нежная красавица Лариса Белогурова; хохотушку Пепиту сыграла Татьяна Догилева; для сравнения, у Трауберга - Лионелла Пырьева и Надежда Румянцева соответственно.

Ну и совершенно иной подход в фильме Яна Фрида к музыкальным номерам - во-первых, их больше, и практически каждый персонаж, в том числе даже Стэн, имеет сольный "выход" с пением (неудивительно, хронометраж по отношению к фильму 1961 года длиннее в два раза без малого!), но поют почти все, кроме Андрея Харитонова (и это очень заметно, режет и глаз, и слух) своими голосами, не только артистка мюзик-холла Лариса Белогурова, но и "матросы" Штиль с Трофимовым из БДТ - тут принцип вокализации эстрадно-драматический; тогда как в версии Трауберга опереточные куплеты пропеваются подчеркнуто "академично", поставленными в консерваториях голосами, и, к примеру, арии Стеллы за кадром исполняет - на минуточку! - сама Галина Вишневская!

Фильм Яна Фрида, то есть, еще и с натурными морскими панорамами (а не павильонными декорациями с искусственной подсветкой, как у Трауберга) - в большей степени мюзикл, жанр, для советского кино и особенно ТВ 1960-80-х важнейший, поточный, позволяющий выразить многое из того, что в "серьезном" кино не прокатило бы; во времена Трауберга, особенно если брать пик его творческой формы ("Вольный ветер" - симптом заката и упадка той эпохи, которую представлял Трауберг) фильмов снимали меньше в принципе и музыкальные комедии были товаром штучным, его опереточный "Вольный ветер" явно не принадлежит к шедевром жанра и сегодня интересен скорее как раритетный музейный экспонат.



(1 comment |comment on this)


<< previous day [calendar] next day >>
> top of page
LiveJournal.com