?

Log in

No account? Create an account
Широко закрытые глаза

> recent entries
> calendar
> friends
> profile

Monday, October 30th, 2017
2:06a - Хаим Сутин в ГМИИ
Я для себя открыл Сутина, к сожалению, как и Шиле (чья графика нынче выставляется в ГМИИ, но в другом корпусе), поздно, сравнительно недавно - если до этого и знал, что был такой художник, то первое настоящее потрясение от его работ испытал на выставке "Парижская школа", проходившей в ГМИИ несколько лет назад:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/2099649.html

Поэтому нынешнюю "ретроспективу", с одной стороны, ждал нетерпеливо, а с другой, опасался и не рассчитывал слишком уж на многое - откуда, думал я, взяться Сутину, ну привезли может пару картинок из Франции, разбавили по обыкновению другими художниками для количества ("Караваджо и последователи" не забудем, не простим), понаписали вдогонку велеречивой чепухи в экспликации, а своего-то Сутина на территории РФ и нету. Ошибался я по всем пунктам! Начиная с того, что Сутина в России и особенно в Москве, оказывается, пруд пруди! И я так понимаю, это в основном свежие приобретения, как музейные, так и для частных коллекций.

Около трети навскидку предметов - либо от коллекционеров (Манашеровы, Баженова, а чаще "пожелавшие остаться неизвестными"), либо из московского Музея искусства авангарда, опять же созданного на основе частной коллекции - про такой музей я доселе, к своему стыду, и не слыхал, а он будто бы работает в самом центре Москвы и принимает посетителей! Из одного только этого самого музея авангарда - больше десятка картин на выставке, великолепных, первоклассных, зачастую превосходящих качеством даже шедевры из парижской Оранжери (филиал Орсэ), где Сутина больше всего, не говоря уже про Центр Помпиду (я так понимаю, что т.н. Центр промышленности и дизайна, откуда выданы для экспозиции полотна Сутина - отдел или филиал Помпиду?), тем более Музей современного искусства города Парижа (имеется в виду собрание, размещенное во Дворец Токио, вероятно?). Правда, ни на одной этикетке мне не попалась надпись "музей Сутина" - видимо, такового все же не существует, как ни уверял меня в обратном покойный Ян Коваленский; но я и предполагал, что он спутал с Цадкиным и его музеем-мастерской, мне даже довелось там побывать. Тем не менее все основные парижские музеи в проекте задействованы активно.

Впрочем, похоже что и без привлечения французской стороны - а Сутин, в отличие, скажем, от Шагала, как художник сформировался полностью уже во Франции и прожил там почти всю сознательную жизнь, соответственно в Париже и надо искать, казалось бы, его наследие - в Москве можно было бы собрать вполне достойную персональную выставку из "местных" полотен. Плюс открывающий экспозицию "Автопортрет" (1920-21) - он приехал из питерского Эрмитажа, в постоянной экспозиции которого я его почему-то не помню - а по идее сейчас картина должна висеть в Главном штабе, куда некоторое время назад из Зимнего дворца перенесли "импрессионистов", то есть всю европейскую живопись конца 19-первой половины 20-го века. Ну а с одолженными из Франции произведениями получилась, вопреки моим предубеждениям, действительно настоящая, не для галочки, очень представительная "ретроспектива" Сутина.

Не в пример графике Шиле и Климта в соседней галерее, где экспозиционная концепция замысловата и сознательно выстроена в нарушение хронологии, на параллелях между творческим развитием двух очень разных художников, и к тому же не ровесников, структура ретроспективы Сутина проста до тупости - и это хорошая, правильная "тупость": три раздела - строго по жанрам. Основной жанр Сутина, где он достиг наибольших высот, феноменальной выразительности - конечно, портретный. С него, напоминает экспликация, и начинался творческий путь художника, когда юный Сутин попытался написать портрет старого еврея из Смиловичей и был жестоко избит. За эрмитажным "Автопортретом", хрестоматийным, но по-моему довольно скромных достоинств, надо признать, следуют десятки работ, неодинакового качества, однако среди них немало выдающихся. Некоторые из них мне доводилось видеть прежде, к примеру, замечательный, незабываемый "Портрет скульптора Оскара Мещанинова" (1923-24) приезжал на ту самую "Парижскую школу", благодаря которой случилось мое запоздалое "открытие Сутина", а затем он мне встретился в Будапеште, где дополнял ретроспективу Модильяни (вот уж совершенно невозможную в Москве...), как сейчас дополняют, и очень удачно, Сутина старые мастера, на которых он в чем-то ориентировался, либо последователи-модернисты второй половины 20-го века, на которых его творчество якобы повлияло.

Из Московского музея искусства авангарда - никогда мною прежде не виденные "Зеленое платье" (женский портрет 1920-21) и мощная во всех отношениях, начиная с телосложения модели, "Женщина, входящая в воду" (1931), одна из самых эффектных картин на всей выставке. Из Оранжери в портретном разделе - целая галерея восхитительных персонажей, включая старого знакомого, ушастого "Оскара Мещанинова", и изломанного как кукла-марионетка, с раздвинутыми ногами то ли на стуле, то ли в танце "Шафера" (1924-25), если не ошибаюсь, тоже присутствовавшего уже на "Парижской школе", прелестная "Молодая англичанка" (1934), а также "Мужской портрет (Эмиль Лежен)" (1922-23), но самый трогательный персонаж, может быть, в наследии Сутина вообще, а не только здесь - "Служка (Мальчик из хора)" (1927-28), его я тоже видел раньше, но смотреть готов сколько угодно, от него глаз не оторвать, именно в нем с особой наглядностью проступает сродство Сутина и Модильяни. Выделяется даже среди прочих шедевров и "Женщина в синем платье" (1923-24) из Музея современного искусства Парижа. Помимо французских, что естественно, музеев попадаются предметы из Швейцарии и Австрии, но их немного. Редкое исключение - великолепный "Ребенок с игрушкой" (1919) из роскошного художественного музея Базеля.

Портреты из частных собраний - отличная "Большая шляпа" (1923-24), "Девушка в красном, опирающаяся на стул (1919), довольно невзрачный "Потрет женщины" (1929) и на мой вкус избыточно "декоративная" по кричащей колористике "Сиеста" (лежащая под деревом испанка, 1934). "Портрет молодого мужчины" (1923-24) - из собрания Инны Баженовой. Из коллекции Манашеровых - ранняя вещь "Женщина в кресле-качалке", еще не слишком экспрессивная, близкая к пост-импрессионизму вангоговского типа, любопытная именно как образец еще не до конца оформившегося собственного стиля Сутина, чего на выставке для "ретроспективы" как раз маловато, пожалуй - почти сплошь зрелые работы.

В раздел портретов Сутина включены "Голова старика" (1769) Фрагонара из музея Пикардии, Амьен; цветная, но не полосками, а пятнами, потому что ранняя (1948) абстракция Марка Ротко - еще один "художник из Российской империи", выдана из базельского фонда Бейлер (знатный фонд, там много всего); абстрактная "Женщина" Виллема де Куннинга (1952) из Помпиду и вызывающий вопросы Франк Ауэрбах - "Рембо" (1976) из лондонской Тейт. По-моему, однако, сходства технические, стилистические и сущностные портретов кисти Сутина с условными "предшественниками" и "последователями" прослеживаются слабее, чем далее в натюрмортах и пейзажах, но в любом случае отдельное спасибо за Бэкона - я катастрофически пролетаю мимо его персональных выставок, а здесь целых две его вещи, небольших размеров "Портрет Мишеля Лейриса" (1976) из парижского Центра промышленности и дизайна и крупная "Лежащая фигура" (1969), совершенно поразительная вещь с распростертым то ли на кровати, то ли уже на столе под лампочками вывернутое почти наизнанку, с позволения сказать, человеческим телом.

Раздел натюрмортов открывается позднейшей картинкой "Свиньи" (1941-42) из Музея современного искусства Парижа, и я бы не поручился, что на ней поросятки изображены дохлыми, во всяком случае они целенькие, не в пример хрестоматийным освежеванным тушам, по которым Сутин безошибочно опознается за версту. "Туша и голова теленка" (1925), "Натюрморт с фазаном" (1924), яркая "Индейка и помидоры" (1923-24) и "Индейка" (1925), "Ощипанный цыпленок" (1925) - из Оранжери, оттуда же более сложная композиция "Стол" (1919). И немного другого плана, цветочный натюрморт "Гладиолусы" (1919) из Оранжери опять же. "Желтая индейка" - парижское собрание Ларок-Гранофф (я только не понял, это семейная коллекция или тоже частный, но все-таки музей). "Натюрморт с индейкой" (1926) - из центра Помпиду.

Как ни хороши эти "длинношееи" сутиновы индейки из Парижа, а самый эффектный из натюрмортов - опять-таки московский, из того же пресловутого Музея искусства авангарда: "Натюрморт со скатом" (1923-24) - необыкновенный, раззявленную пасть и выпученные глаза рыбины захочешь - не забудешь, она и в кошмаре потом может присниться. Хороши и "Курица на фоне кирпичной стены" (1927) - такое ощущение, что эту несчастную казнили через повешание после долгих пыток, но она ни в чем не призналась; и еще один безвинный страдалец, "Кролик с металлическим кувшином (1923-24), поблизости от него - "Мертвый кролик и пороховница" Фрагонара (1730), вот тут ориентация Сутина на классиков жанра куда более очевидна, чем в портретах.

Среди натюрмортов тоже есть ранний, еще как бы не совсем узнаваемо "сутиновский", но тоже по-своему интересный "Натюрморт с селедками" (1916), и совсем невзрачный "Натюрморт с селедкой и луком" (1917), и избыточно декоративные, крикливо-яркие на мой взгляд "Рыбы и помидоры" (1924) из частного собрания. Ну и наиболее эмблематичная в своем роде "Туша быка" (1924) - да, снова из московского Музея искусства авангарда, так что захотелось метнуться туда сразу после ГМИИ.

В сравнении с портретами и натюрмортами пейзажи Сутина обычно проигрывают, если то, другое и третье представлено одним-двумя образцами, но когда пейзажей целый раздел - куда сильнее впечатляют и они. Здесь снова параллели, и снова, как в портретах, не вполне явственные, как мне показалось - с Коро из собственной экспозиции ГМИИ, с абстрактно-экспрессионистским Поллоком ("Серебро по черному, белому, желтому и красному, 1946, Помпиду - я Поллока люблю, но с Сутином мне его связать для себя трудно, вот совсем не "сходится"), и вовсе непонятно к чему с "Вакхом и Ариадной" Франка Ауэрбаха (1971, Тейт). Тогда уж можно было повесить Вламинка или, скажем, Синезубова - коль скоро акцент сделан на динамику, на мотив сгибающихся, извивающихся под порывами ветра деревьев, а вслед за ними и остальных изображенных предметов, вплоть до жилых домов: "Большое синее дерево" (1920), "Склонившееся дерево" (1923-24) и "Пейзаж с фигурой (1918-19/33?) из Оранжери, "Платаны в Сере" (1920) из венского частного собрания и очень экспрессивный, "Монастырь капуцинов в Сере" (1920) тоже из Вены и тоже частный, очень яркий по цветам "Пейзаж. Кань" (1923). Не слишком выдающейся мне показалась картина "Белый дом" (1918/33?) из Оранжери. Запоминаются в разделе нарядная "Маленькая городская площадь" (1929), опять же из Музея авангарда, "Красная лестница в Кань (1923), "Пейзаж. Кань" (1924-25) и "Улица в Кань" (1924) оттуда же, "Деревня" (1923) и "Дома" (1920) из парижской Оранжери.

На круг выходит с полсотни примерно произведений, причем живописных, без прикладной графики (а от Сутина, я вдруг подумал, графика хоть какая-нибудь осталась?! никогда не встречал...), из них по меньшей мере десятка два-три (включая не только Сутина, но и Бэкона, и редко залетающих сюда абстрактных экспрессионистов, и старых мастеров) безусловных шедевров - ну более чем неплохо, надо признать. Выставка только открылась и проработать должна еще долго, хочется найти время и силы, чтоб посетить ее снова, благо - удивительный все-таки народ живет в Москве, и особенно та его часть, что "заинтересована в культуре": какую бы ставку ни делало руководство ГМИИ на Сутина - а бесполезно, еще и Гоцян не закрылся, то есть можно увидеть то и другое сразу, и по общему билету (а не так как на итальянских возрожденцев, по отдельному), и без всякого намека на очередь... Но наплыва охотников не наблюдается. На Шиле кто-то стоит, тоже немного, и понятно, что не на Шиле (никто здесь не знает про Шиле, да и я до какого-то момента не знал - а откуда?), а на Климта (хотя вот уж Климта смотреть там нечего совершенно), про Сутина то ли не прочухали, а может, и вернее всего, он просто слишком хорош, чтоб ценителям изящного на него спешить, поди не Айвазовский.







(comment on this)

11:49p - лекция про то, как без вреда есть сладости: "Рай. Надежда" реж. Ульрих Зайдль, 2013
Слишком жирно было бы для православного телевидения показать всю трилогию Зайдля "Рай", благо она еще успела пройти в прокате, сейчас бы, наверное, ее уже и не выпустили бы. Однако пять лет пролетели с тех пор, как я посмотрел "Рай. Любовь", и чуть меньше - "Веру" и "Надежду", просто впечатления остались настолько сильные, что трудно поверить, как давно вышли фильмы:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/2317224.html

http://users.livejournal.com/-arlekin-/2533865.html

http://users.livejournal.com/-arlekin-/2642073.html

А ведь "Надежда" - она как раз про жирных, про специализированый подростковый лагерь для похудения, куда отправляют на лето тинейджеров с избыточным весом, там их днями изводят процедурами и упражнениями, а ночами в палатах они тайком устраивают вечеринки, накачиваются пивом и обжираются. Многие так "худеют" из года в год, но 13-летняя Милена приехала впервые. Только под самый конец выясняется, что ее мать - в Кении, стало быть, среди героинь первой части трилогии, где старые дряблые европейские тетки "снимают" молодых лживых негров, а те их нагло наебывают вместо того, чтобы честно ебать.

Зайдль мало того что выдающийся художник, он еще и умный - не хитрый и не мудрый (хотя это тоже, но встречается чаще, особенно если по отдельности), именно умный, потому когда он говорит, что у молодых героев все-таки есть надежда прожить жизнь иначе, чем предыдущие поколения, и не повторить судьбу родителей, он, как и Триер в подобных случаях, лукавит, может из жалости и ради утешения, но подозреваю, все-таки больше с издевкой, чем с сочувствием. В "Надежде" еще меньше надежды, чем в "Любви" любви, уж между старухами и африканцами взяться неоткуда настоящим чувствам, что ж сказать про школьного возраста свинюшек? Заявлять, будто надежда есть, можно сколько угодно, но фильм со всей очевидностью демонстрирует обратное - надежды нет. Бабкам из "Любви" лет куда как побольше, и то они менее закомплексованные, чем 13-летние насельники спецлагеря. Уродливые, стесняющиеся своего уродства, но без перспектив его изжить малолетние идиотки - какая тут надежда, откуда?

Главная героиня, 13-летняя свиноподобная девственница, отчаянно "соблазняет" относительно благообразного пожилого доктора. А у доктора свои предпочтения, он с толстухой то в "доктора" играет, предлагая ей ощупывать его тоже не слишком-то привлекательное тело стетоскопом сверху донизу, то во время лесного похода на уединенной опушке изображает "папочку", обнимая кадушку по отечески. Может он ее после этих объятий и развернул раком, этого в фильме нет и остается только додумывать - но по-моему тем дело и закончилось, что постояли они среди леса, прислонившись друг к другу. А потом он ее окончательно отверг, да и что у них могло быть, сейчас или дальше? Ничего хорошего. И даже ничего плохого. Вообще ничего.

В "Любви" ("Вера", средняя часть - отдельная тема) попытки совокупления старух с неграми перемежаются сомнительными курортными радостями, в "Надежде" того страшнее - подростковые сколь невинные, столь и запретные развлечения (беседы о сексе, игра в бутылочку на раздевание и т.д.) чередуются с физкультурными упражнениями, гигиеническими процедурами и лекциями про то, как без вреда есть сладости. Физрук, в отличие от доброго доктора, жесток с воспитанниками - но и это все бесполезно, малолетние свинюшки знай себе жиреют дальше, обжираясь ночами. Героиня звонит разведенным родителям, то матери, то отцу, кому жалуется, кому хвалится, но и с предками связи настоящей нет, у тех свои заморочки, так ведь и им не легче жить.

Статичная камера добивает окончательно, словно воздух выкачивает из пространства фильма - сюжет движется, авторская мысль развивается, но время застыло, то есть ходит по кругу и все повторяется. Зайдль не то что надежды, но и отдушины не оставляет. Ладно б жирные и страшные, пусть хоть интеллектуально развитые или добрые, отзывчивые, но уродцы Зайдля - всего лишь тупые бесчувственные туши. А кинематографическая оптика режиссера такова (и тут Зайдль, пожалуй, идет дальше чем даже Триер), что невозможно от них дистанцироваться, убедить себя, что ты не похож на них или что - изредка, теоретически, в идеале - встречаются какие-то другие люди, не столь омерзительные, чуточку менее несовершенные: нет, на это можно точно не надеяться.

(comment on this)


<< previous day [calendar] next day >>
> top of page
LiveJournal.com