?

Log in

No account? Create an account
Широко закрытые глаза

> recent entries
> calendar
> friends
> profile

Wednesday, March 29th, 2017
2:56p - оркестр филармонии СПб, дир. Юрий Темиракнов в БЗК: Сибелиус, Равель (фестиваль Ростроповича)
Фестиваль Ростроповича открылся сколь торжественно, подобающе статусу, столь же и непомпезно, с минимальным официозом перед первым отделением (долгим речам в день 90-летия Ростроповича предпочли короткометражный фильм, ему посвященный, при участии Зубина Меты, Сейджо Озавы, ну и Темирканова опять же), зато с вручением перед вторым отделением Темирканову звания вкупе с соответствующим дипломом и мантией почетного профессора МГК - памятуя, помимо прочего, о его прошлогоднем, действительно очень знаковым, да и в чисто музыкальном отношении событийном выступлении с консерваторским оркестром:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/3302433.html

Теперь Темирканов, что более привычно, выступал с собственным петербургским коллективом, и во всем также без сюрпризов, относиться к чему можно по-разному. Темиркановский высшей пробы академизм - явление в своем роде уникальное, а после, к примеру, цыганского цирка с медведями от Теодора Курентзиса на той же консерваторской площадке еще и приятно умиротворяющее; но Юрий Хатуевич, в отличие хотя бы от мэтров одного с ним поколения (а и Геннадий Рождественский в последние годы, прежде чем стал отменять намеченные выступления, и порой Владимир Федосеев до сих пор, к колебаниям почвы склонны прислушиваться, входить с ними в резонанс; про Плетнева или династию Юровских говорить нечего) давно уже существует в собственном времени, ритме, режиме, и ни мелочная суета текущего момента, ни важные и заслуживающие внимания явления не достигают его в горних высях. Человек явно в ладу с собой, с космосом и с любой партитурой, которую он выбрал для исполнения - о чем ему беспокоиться?

Программа тоже очевидно отработанная. В первом отделении - мрачноватая, несмотря на итоговый мажор, 2-я симфония Сибелиуса, нечасто, но иногда в концертах звучащая - при том что за исключением финала не слишком выигрышная, моментами откровенно скучная. Несколько лет назад ее исполнял редко (реже Темирканова!) выступающий сейчас в Москве дирижер Андрей Борейко с ГАСО - не слишком удачно:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/3048239.html

Темирканов, безусловно, великий маэстро, но даже во второй части симфонии, где можно было бы поискать загадок, представил музыку Сибелиуса ровно, сдержанно, уверенно, как спокойный и инертный поток, без ярких драматических кульминаций, без умираний и воскресаний - без откровений, в общем; по-своему очень здорово, хотя и не совсем то, чего лично я жду от концертов. Темирканову, видимо, неинтересно открывать в партитурах известных и не очень что-то неведомое, исследовательский пыл ему как дирижеру более не присущ, удивить других и удивляться сам он не спешит - в чем тоже, конечно, обнаруживается определенное достоинство живого гения, но не хватает творческого энтузиазма. Темиркановский оркестр - экстра-класса коллектив, звучит при всей многокрасочности как единый инструмент, но лучший ли это вариант для того же Сибелиуса - можно обсуждать отдельно.

Наиболее любопытным разделом концерта, как ни странно, оказался цикл из пяти детских пьес Равеля "Моя матушка гусыня", обычно - при том что нередко - звучащий в детских утренниках при соответствующем уровне исполнения, и рафинированный академизм Темирканова применительно к такому материалу пришелся весьма кстати. Что касается равелевского "Вальса", то надо признать, что и куда более скромных уровней оркестры зачастую способны довести этой музыкой до мурашек, Темирканов же, насколько я понимаю, и не ставил себе задачи добиться подобного эффекта. Я не заметил особого, принципиального контраста между благостным началом и катастрофическим финалом поэмы, завершилась она не апокалиптической картиной, но триумфом гармонии. В мире, где существует отдельно от окружающей действительности Темирканов, надо полагать, нет места сомнениям в гармонии, как нет и ощущения, что в космосе что-то непоправимо сломалось - потому и кружение вальса, чуть завихряясь, продолжается неизменно, развивается победно, даже пафосно. Что меня слегка удивляет, если не коробит - но Темирканов так чувствует, и нет повода подозревать, что он лукавит. Вот и на бис, тоже как бы в качестве приятного напоминания о прошлогоднем прокофьевском концерте в БЗК, сыграл Аморозо из "Золушки".

(comment on this)

2:58p - "Мирение. Телеутские новеллы" В.Дурненкова, М.Зелинской, театр драмы Кемерово, реж. Антон Безъязыков
Как ни странно, о такой народности, как телеуты, я впервые услышал не благодаря спектаклю из Кемерово - пару лет назад на одном кинофестивале довелось пообщаться с режиссером, у которого, и он сам охотно про то рассказывал, имелись телеутские корни. Так что особой "экзотики" для меня тут не обнаружилось. А спектакль родился из "экспедиции" драматургов в алтайское село Беково в 2014-м году - авторы собрали материал, пьесу в технике "вербатим" режиссер "расписал" на артистов театра драмы им. Луначарского, посадил зрителей в подобие "яранги", добавил для пущей занимательности живой музыкальный ансамбль - получилось мероприятие краеведческо-просветительского толка.

Достойные исполнители примеряют на себя тексты, записанные за реальными героями-телеутами (из актерского состава только на одного из участников можно по внешности подумать, что у него тюркские корни, а уж телеутские или какие другие - не знаю), переходят со стула на стул, так, в умеренно-игровой форме, описывается социально-бытовой, психологический, культурный пласт в чем-то специфического, а в чем-то самого обыкновенного телеутского существования: от пенсий, выплачиваемых телеутам с рождения (а я думал только в развитых странах "малые народы" получают дотации с целью сохранения "традиционного уклада"!) до обычая воровать невест и потом "мириться" с родней украденных девушек (если родители невесты согласились выпить водки, поднесенной родней жениха - значит, "мирение" состоялось; девушки-то само собой довольны страшно). Пафос в том духе, что, с одной стороны, "телеуты такие же, как все люди", а с другой, что "телеуты зачастую грамотнее русских" (последнее - цитата из режиссерского предуведомления с сайта), настолько простоват, если не выразиться грубее, что меня он не задел никак, не тронул и не возмутил. Само информативное наполнение - как журналистский очерк имеет право быть, и разыгранное в театре самыми бесхитростными средствами за час с небольшим воспринимается нормально.

Как можно оценивать подобные проекты в категориях чисто художественных - я не представляю. Обращение от материального плана к "духовному", попытки что-то узнать про "мистическую" подоплеку телеутской жизни через фольклор и ритуалы мне кажутся устаревшими методологически и с этой точки зрения просто смехотворными - но это касается не только телеутов, а в равной степени любого другого малого народа или крупной нации. По крайней мере претенциозность на уровне заявки в сугубо театральном воплощении не зашкаливает за приемлемые нормы (что, увы, не редкость для подобного рода театральных произведений, особенно привозимых из-за Урала), посыл драматургов, их взгляд на предмет одновременно и как бы заискивающий, и волей-неволей с позиции "бремени белого человека", у меня вызывает некоторый скепсис, а профессионализм исполнителей достоин уважения, не больше и не меньше. "Чтоб ваши гробы висели высоко" - так говорят?

(comment on this)

3:01p - "Ак и человечество" Е.Зозули, Воронежский камерный театр, реж. Дмитрий Егоров
Оказывается, перед началом раздавали анкеты - то ли мне не досталось, то ли я просто поздно прибежал (пока добрался из ЦИМ с "Телеутских новелл" до Другой сцены "Современника"... а впрочем, к первому звонку успел). В финале собранные анкетные данные титрами, стилизованными под отпечатанные на машинках протоколы, пускали на экране: поскольку значительную часть зала я так или иначе знаю, сведения о некоторых из присутствующих мне пришлись кстати - но это к спектаклю отношения не имеет, а сам спектакль меня, против ожиданий, не сильно вдохновил.

Только что Дмитрий Егоров в рамках лаборатории МХТ показал удачный эскиз инсценированного рассказа Горького "Карамора":

http://users.livejournal.com/-arlekin-/3550791.html

Ефим Зозуля - автор того же периода, "Рассказ об Аке и человечестве" написан в 1919 году. Заметная тенденция и даже своеобразная мода - обращение к литературе и драматургии 1920-х годов (в широком понимании этот период охватывает конец 1910-х и начало 1930-х, грубо говоря - с 1917 по 1934-36 гг.) налицо, и нередко в сочинениях писателей того времени, как перворазрядных, хрестоматийных, так забытых, напрочь выпавших из повседневного читательского, культурного обихода (Зозуля именно такой случай) пытаются найти параллели с сегодняшним днем, пророчество о наступлении тоталитарного ада - не вполне ясно себе представляя историко-культурный контекст, в котором эти произведения создавались, а прочитывались они тогда совсем иначе, чем теперь, и сами авторы, уж какого ни есть пошиба, вкладывали в них несколько иные смыслы. Для Воронежского камерного естественным образом главным писателем такого плана, основным источником вдохновения стал Андрей Платонов. Из Ефима Зозули режиссер Егоров пытается "вычитать", ну или, наоборот, "вчитать" в него некие условно-"платоновские", как он, вероятно, понимает, мотивы, создавая фантасмагорический образ "антиутопии", опираясь также, помимо "Чевенгура", "Котлована" (не говоря уже про "Дураков на периферии" и "Четырнадцать красных избушек"), заодно на замятинское "Мы".

В некоем городе избрана "комиссия высшей решимости" и под председательством товарища Ака она отсеивает - путем устранения из жизни - "ненужных" для будущего граждан. На самом деле в литературе первых лет советской власти (а Ефим Зозуля - отнюдь не "контра", скорее наоборот, деятельный энтузиаст, сооснователь вместе с М.Кольцовым журнала "Огонек", причем в отличие от более известного товарища не попавший в конце 1930-х под волну террора, а "благополучно" умерший от ран на койке военного госпиталя в 1941 году) мотив "в будущее возьмут не всех" воспринимался как нечто нормальное и правильное, жестокий, но "природный" и потому "справедливый" принцип; причем не только новоиспеченными пролетарскими литераторами (из числа которых, кстати, вышел Платонов), но и т.н. "попутчиками". В спектакле Егорова прямолинейно, если не сказать грубее, нарисован тоталитарный ад: нарукавные повязки с эмблемой "восходящего солнца", шкаф-сейф, где исчезают отбракованные "ненужные" граждане, связки бесхозной обувки (включая детские сандалики! - это уже откровенная пошлятина, положа руку на сердце) - короче, все приметы концлагеря налицо. Затем товарищ Ак - в этой роли выступает ведущий актер театра Камиль Тукаев - резко меняет политику, гражданам возвращают "право на жизнь", даже ежедневно поздравляют с существованием, и Зозуля, конечно, метит своей сатирой не столько в "диктатуру пролетариата" и "революционный террор", сколько в нравы периода "военного коммунизма", в "перегибы" новой бюрократии, с одной стороны, а с другой - в неизбывную, неискоренимую мещанскую сущность людей, ну никак не желающих "перерождаться" для нового мира. Режиссер ставит перед собой задачи попроще - и из "ада" переносит персонажей в еще более искусственный "рай", курортный, беспечный, само собой, откровенно карикатурный.

Исходный текст при всех операциях над ним, дописанных интермедиях (пролог с предупреждением, что спектакль никого не оскорбляет и не содержит призывов), балаганном интерактиве (предложение хором произнести "заклинание" и "изменить структуру воздуха"), вставных музыкальных номерах ("русское поле" как лейтмотив первой части; "вы шумите, шумите надо мною бярозы" в режиме караоке во второй) не выдерживает такой "смысловой перегрузки", сколь тяжеловесной, столь же и неуместной, умозрительно притянутой к посредственному, но для своего времени любопытному, характерному материалу. А материала такого с конца 1910х до конца 1920-х-начала 1930-х гг. в русскоязычной литературе накоплено тонны, не перечитать и не переставить. И что угодно подойдет для памфлета против тоталитаризма в северокорейско-нацистском (благонамеренно-беспредметном, никого впрямую не задевающем, как бы иронично не намекали на то в прологе артисты) антураже с дежурными элементами киберпанковского пошиба (шлем с датчиками, телемонитор, на котором "радуют" своими спортивными достижениями атлеты-олимпийцы, шкаф-утилизатор и т.п.). Без осознания, что представление о необходимости жертв было НОРМОЙ ЭПОХИ ("чтоб земля суровая кровью истекла, чтобы юность новая из костей взошла") лучше к литературе 1920-х не подступать, будь то Зозуля, Платонов или сценарий "Земли" Довженко (инсценированный Максимом Диденко в том же ключе и с тем же посылом). Или тогда уж "антиутопию" можно было бы сконструировать из чего угодно, к примеру, из "Шоколада" Тарасова-Родионова (и он, не в пример Зозуле, чекист и следователь, действительно потом сам угодил под раздачу):

http://users.livejournal.com/-arlekin-/2706932.html

В результате наиболее внятными фрагментами действия, иначе и быть не могло, оказываются пантомимические сценки, правда, они очень уж смахивают на тоже выходящие в тираж "перформансы" от Максима Диденко (с которым Дмитрий Егоров выпускал "Молодую гвардию" - в аналогичном, конечно же, духе решенную; но там формат пластического перформанса, рудимент драмы и современный документально-интерактивный контент были разведены по актам, здесь свалены и смешаны в одну кучу); а наиболее полноценным и заслуживающим внимание персонажем - бессловесная уборщица (Анастасия Майзингер). Стоит лишь вернуться актерам к тексту - и "антиутопия" оборачивается опять натужно-пафосным антитоталитарным памфлетом, абстрактным и беззубым, тупо долбящим мимо цели.

(comment on this)

3:02p - парниковый эффект: "ГрозаГроза" по А.Островскому в Театре Наций, реж. Евгений Марчелли
У Горького "чайки стонут перед бурей", а у Марчелли "Чайка" предшествовала в "Грозе" - и, как говорится, найди десять отличий! Однообразное агрессивное пустозвонство режиссуры Марчелли кого-то притягивает, кого-то отталкивает, но по крайней мере из трех спектаклей, которые я посмотрел за день, "ГрозаГроза" напоследок оказалась самым незанудным - уже хорошо. Другое дело, что попытки режиссера навязчиво тыкать в харю своими приемами, да еще взятыми "из подбора" - а специально, эксклюзивно для "ГрозыГрозы" Марчелли не придумал ничего - лично у меня вызывают обратную реакцию, не вовлечение в аттракцион, но раздражение и отторжение.

В "ГрозеГрозе" - ноль смысла и живых эмоций не больше, но, как водится, много суеты, балаганной истерики, невыносимого (и сознательного) наигрыша в первую очередь артистов, которых Марчелли возит всюду за собой. Анастасия Светлова в роли Кабанихи не выходит из амплуа самовлюбленной захолустной примадонны, какой показала себя в Аркадиной из "Чайки", а до этого - в десятках столь же однотипных. Виталий Кищенко из последних сил тужится и пыжится, изображая Дикого. Тем удивительнее рядом с ними наблюдать работы совсем иного сорта. В первую очередь, понятно и предсказуемо, остается любоваться Юлией Пересильд. Что-то конкретное про ее героиню сказать невозможно, потому что Марчелли предлагает актрисе не характер, не образ, но набор трюков, которые Пересильд, разумеется, честно и технически блестяще выполняет, умудряясь, однако, моментами все-таки что-то от себя Катерине передать, что-то настоящее, женское, человеческое в эту заводную куклу из бродячего провинциального цирка вдохнуть - глаза у Пересильд сияют, и такое не сыграешь, а они действительно излучают свет (луч света актерской органики в темном царстве режиссерского морока). То же смело можно говорить и про Юлию Хлынину в роли Варвары - типаж на контрасте с Катериной, девица-оторва в макияже "вырви глаз", но когда режиссер на минуту оставляет девушек в покое, дуэт Пересильд и Хлыниной (последняя работала у Марчелли на ярославской "Чайке" как приглашенная артистка) поднимается до высшего пилотажа драматического мастерства.

С мужскими персонажами все просто и ясно: Кулигин (Дмитрий Журавлев) - местечковый блаженный, Кудряш (Александр Якин) - даром что по сюжету "конторщик", а выглядит и ведет себя как гопник из подворотни. Очень мил невесть откуда взявшийся и зачем здесь нужный, но в качестве декоративного элемента забавный "приживал" - дебиловатый мальчик неопределенного возраста, в шортиках и шляпке: "золотце мое!" - зовет Кабаниха-Светлова безымянного и бессловесного персонажа Алексея Золотовицкого, и можно было бы подумать, что это единственное существо, к которому она относится с нежностью, если б режиссура Марчелли настраивала о чем-либо думать в принципе, а обращение "золотце" не звучало как нехитрый каламбур, обыгрывающий фамилию артиста. Что касается "решения", связанного с превращением Тихона и Бориса в "двойников", которых играет один и тот же исполнитель, Павел Чинарев, то вся его "концептуальность" остается на уровне кастинга, и мысль "что тот солдат, что этот" считывается уже с программки или из выходных данных с сайта, смотреть спектакль уже необязательно, при том что Чинарев, положим, убедителен в обеих ипостасях, хотя в стильном "купеческом" костюмчике, жилетке и брючках Тихон смотрится интереснее и неожиданее, чем вечно оборванный, окровавленный и полуголый (побитый дядей и жизнью?) Борис.

В спектакле зато аж два варианта - тоже по марчеллиевскому обыкновению (см. 4-й акт "Чайки") первого свидания Катерины с Борисом: "жесткий" (с еблей за кулисами, но из середины и правой части первых рядов партера и правых галерей кое-что видно - это, на всякий случай, для особо утОнченных ценителей изящного) и "мягкий". Само собой, и Чинарева, и Якина - про девушек я уже не говорю - постоянно раздевают, обоим не привыкать - Якин, впервые засветившийся еще подростком в очень неплохом, простеньком, но трогательном фильме "Парниковый эффект" Валерия Ахадова спустя годы снова оказывается волей Марчелли без трусов под стеклянной запотевшей крышей "теплицы", на которую может и дождь пролиться (сценограф Игорь Капитанов). Воды, дыма, ослепительного света прожекторов в спектакле с избытком - гром и молния, как же в "Грозе" без того (если не знать, что у Марчелли по любому поводу льют, дымят и светят). В глубине сцены - бассейн, там сперва плавают русалки, а на протяжении спектакля туда бухается пару раз Катерина. Над бассейном - зеркало. Сроду не видали мы того и другого в театре - и вот опять! Кстати, как самая интересная из "Гроз" мне запомнилась магнитогорская постановка Льва Эренбурга - и уже там бассейн с зеркалом имелись в наличии, но там еще была настоящая страсть, а не балаганная ее имитация на зашкаливающем градусе фальшивой истерики, не дешевый натурализм с блевотиной и кровавыми соплями, окончательно превращающий убогий фарс в гиньоль, как у Марчелли:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/1116926.html?nc=12

Перегретая вторичными примочками, дешевой "условностью" трюков с интерактивом и привлечением рабочих сцены в сочетании с примитивным физиологизмом, постановка Марчелли удушает избытком "эффектных" режиссерских ходов, где ни слова ни сказано "в простоте", ни шага не сделано без подножки с разворотом, а толку - никакого. Хочется разглядеть в истериках Кабанихи, например, ревность матери к сыну, у которого теперь есть другая (и молодая) женщина, но мотив едва обозначенный теряется в стандартных интонациях Анастасии Светловой и нагромождении прочих, столь же проходных и ни к чему не привязанных "находок" режиссера. Чудесной Анне Галиновой для роли Феклуши подрезали первый из двух ее монологов, частично перенеся кусок из него ближе к финалу (для чего-то), что меня как-то особенно задело - Феклуша превратилась в "бабу на чайник", опутанная лентами, платками и бусами, в немыслимых размерах кокошнике, распевающей "душевные" народные песни.

Свои песни у "ансамбля" русалок-проституток под предводительством сумасшедшей барыни (Ирины Пулиной) - они выходят из дыма и света, выстроившись в каре, с воротниками из рыболовных сетей. Для Катерины же, помимо проходящего через спектакль лейтмотивом монолога "отчего люди не летают" (в разных вариантах и объемах он звучит раза четыре), музыкальной темой становится песня Сергея Шнурова "Рыба моей мечты", исполненная под балалаечный аккомпанемент, и в финале, после объяснений с послушно взявшимся за самоучитель китайского языка Борисом (дядя отправляет торговать в Сибирь), когда Катерина в очередной, последний раз разгоняется-разбегается, чтоб поднять руки и полететь, под занавес "Рыбу моей мечты" запевают опять. Не взлетим - так поплаваем.

(1 comment |comment on this)

11:15p - "Ворон" К.Гоцци, Александринский театр, реж. Николай Рощин
Еще в своем московском "А.Р.Т.О." (ныне отнятом, и как бы скептически я не относился к тамошнему репертуару, а это несправедливо и достойно сожаления) Рощин ставил "Ворона" - в присущем ему натужно-"мрачном" духе, в узнаваемой грубо-"игровой" стилистике, но за счет камерности, вдруг прорезавшегося юмора и неплохих актерских работ тот спектакль казался на редкость для Рощина осмысленным и даже не слишком тягомотным:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/2174930.html

Александринский "Ворон" в сравнении с "артошным" - мега-блокбастер, с гигантскими подвижными металлоконструкциями на сцене, с народным артистом Виктором Смирновым в роли мага Норандо, с потоками клюквенного сока... но без всякого смысла и с приколами до того вымученными, что доходившую зачастую до безвкусицы претенциозную серьезность прежних рощинских постановок заставляет вспоминать с ностальгией. Как и первая скромная подвальная версия, разбухшая александринская рисует сказочный мир фьябы Гоцци как тоталитарный ад. Своеобразную, но все-таки свойственную сказке какую-никакую логику развития событий режиссер упраздняет напрочь. А на артистов - как это он сделал в своей последней московской работе "Сталкер" (по Стругацким и Тарковскому, я не видел спектакля, но сужу по фотографиями) - надеты маски, в том числе и на талантливого, но тут пропадающего зазря Тихона Жизневского; ну и заодно уж парики в дредах - тоже на всех, кроме Виктора Смирнова. Панталоне, то есть Панталона, здесь снова, как были маски в московском спектакле, образ женский, вернее "травести" - но это ничуть не весело и до оскомины вторично. Плюс духовой оркестр и видеопроекция, чтоб уж все тридцать три удовольствия в комплекте.

Оригинальный "Ворон" Гоцци, собственно, даже не совсем пьеса, а сценарная канва с отдельными фиксированными эпизодами и стихотворными рефренами - последние в спектакле безбожно и бессмысленно перевираются, а вместо импровизаций артисты несут мало того что уродливую и неостроумную, так еще и зазубренную ерунду. Идея о насилии, порождающем насилие, остановить которое, разорвать цепь зла способно только милосердие, всепрощение - сама по себе не свежа, во-первых, небесспорна, во-вторых, мало соотносится с легкомысленной и уж точно не предполагающей морализаторства сказкой Гоцци, а главное, реализована в питерской версии спектакля сколь прямолинейно по набору выразительных средств, столь же и непоследовательно на содержательном уровне. Если уж прописывать "мораль" - так "по чесноку", а Рощин моралистический пафос к финалу сводит на нет условно-игровой развязкой с общим выходом шеренгой на аплодисменты.

(comment on this)

11:16p - "Фальстаф" Дж.Верди в "Геликон-опере", реж. Дмитрий Бертман, дир. Дмитрий Иорио
Номинально дирижером-постановщиком спектакля по-прежнему числится Теодор Курентзис, но что с премьеры 2001 года после двух "переездов" театра осталось от концепции Курентзиса (и надо еще учитывать, что Курентзис-2001 - это совсем не тот шаман с бубном, что ныне; как в случае с многими музыкантами и режиссерами, начинавшими на рубеже 1990-2000х, это просто два разных человека и художника) - судить невозможно. Так или иначе спектакль, рожденный в иных условиях и долгое время не шедший, теперь, возрождаясь, осваивает, вслед за другими прежними репертуарными постановками "Геликона", масштабную и высокотехнологичную сцену зала "Стравинский". А я до сих пор видел живьем лишь одну сценическую версию "Фальстафа" - уже довольно давно привозили из Мариинского спектакль Кирилла Серебренникова, где, в духе эпигонов Чернякова, Серебренников пытался представить Фальстафа трагической жертвой злонамеренного заговора:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/766536.html

В спектакле Бертмана и намека нет на трагизм (хотя в принципе такой поворот возможен), да и герой Дмитрия Скорикова уже по фактуре совсем не жалок, он даже и не смешон: подтянутый, представительный мужчина - комичным его делает не возраст и не пузо (с этой точки зрения геликоновскому Фальстафу остается лишь завидовать...), но самодовольство и замашки провинциального хлыща. Комическая же сторона истории доведена до гротеска за счет сценографического решения, стилизованного под натюрморт. Задник из обломков картинных рам, в которых проглядывает составленный из фруктов портрет Арчимбольдо, на подиуме - вращающееся "блюдо", рыбий скелет, гигантские столовые приборы из серебра, столь же невероятных размеров серебристые мухи, в вазу с фруктами легко забирается миссис Квикли, кофейник и вовсе размером с небольшой домик; а под занавес второго акта заглавного героя прячут в сахарницу.

Миссис Квикли, кстати, тоже совсем не такова, какой ее легко себе представить по первоисточнику Шекспира - моложавая, модная, ну про вокал прекрасной Ксении Вязниковой и говорить нечего. Гротесковыми дамочками выглядят скорее "виндзорские насмешницы" Алиса и Мэг; впрочем, Наталья Загоринская поет Алису так, что при всей гиперболизации образа и она выходит женщиной уважаемой. По-настоящему смешны тут второстепенные мужские персонажи, и прежде всего мистер Форд (Максим Перебейнос), который ездит на автомобильчике "форд": рифма нехитрая (хотя я бы без посторонней помощи ее не "считал" - в машинах совсем не разбираюсь). К сожалению, не зная загодя, что теперь с двумя антрактами спектакль длится около трех часов и рассчитывая всего на один перерыв, мне пришлось чуть-чуть не досмотреть последний акт, с "чудесными" во всех отношениях "сильфидами".

(comment on this)

11:27p - "Живое" реж. Дэниэл Эспиноза
Герой юного Джейка Гилленхалла в "Октябрьском небе" мечтал о космосе и после того, как русские запустили sputnik, начал конструировать собственную ракету, а в последствии его реальный прототип стал астро-инженером и тренировал пилотов НАСА:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/3538470.html

Джейк Гилленхал давно уже взрослый мужик, и его персонаж в "Живом", доктор Дэвид Джордан, осуществил мечту Хомера Хикама, он вовсю болтается на орбите, где интернациональной командой МКС руководит Катерина Головкина, сыгранная Ольгой Дыховичной. Как Дыховичная попала в эту голливудскую орбиту и ради чего она понадобилась продюсерам проекта - непонятно: даже на русскоязычных постерах изображены и подписаны вместе с Джейком Гилленхаллом только Райан Рейнольдс и Ребекка Фергюсон, а русская Кэт вместе с негром и японцем осталась "за бортом" рекламной наружки, что и требовалось доказать. Тем не менее именно героиня Дыховичной принимает решение взять на борт образец грунта с Марса, а в нем одноклеточный микроорганизм, вскоре причинивший экипажу массу неприятностей.

Есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе - наука до сих пор не в курсе дела, но фантастов это никогда не смущало. По описанию, предложенному в "Живом", организм углеводородный, но устойчивый к вакууму и какому угодно колебанию температур; многоклеточный, но любая клетка полифункциональна и является одновременно мышечной, нервной и т.д.; развиваясь, существо превращается в подобие головоногого моллюска с злобно ощеривающейся пастью - что совсем уж банально, но странно было бы ожидать другого от режиссера Даниэля Эспинозы и его команды: Эспиноза - клеймо третьего сорта, берется ли он за криминальные сюжеты, шпионские или фантастические. Полтора часа орбитальная интербригада с перерывом на слезы (а вот плачут в "Живом" явно больше обычного для таких случаев) и шутки (шутят, наоборот, скупо и только в начале, потом уж совсем не до смеха) мечется по станции, пытаясь изловить и уничтожить тварь, опытным путем выясняя, в чем ее слабость - ну то есть все прелести и нелепости жанра в наличии.

Развязка не предполагает множества альтернатив: русской, негром-инвалидом (он до кучи еще и обезноженный полупаралитик, что в невесомости, правда, не сразу заметно) и японцем пожертвовали сценаристы, персонаж Райана Рейнольдса, проходящий в этой табели о рангах, видимо, самой низшей строкой, и вовсе первым откинулся, а оставшиеся Гилленхал и Фергюссон, спасая землю от инопланетного зла, готовы сами пожертвовать собой. Но выходит все не так, как они придумали - Миранда-Фергюссон улетает в своей капсуле за пределы ближнего космоса, а намеревавшийся удалить тварь подальше от земной атмосферы Джордан-Гилленхал, наоборот, не справившись с ручным управлением капсулы (но хитрожопый спрут тому немало посодействовал - даром что ли у него мозги и мышцы в одном флаконе) плюхнулся на своем спускательном аппарате где-то в Индийский океан, и местные косоглазые рыбаки, конечно же, с любопытством вскрыли капсулу, выпустив смертоносную дрянь в питательную среду. Похоже, на Марсе и в этот раз не будут яблони цвести, зато марсианское злобное и неистребимое существо попало на Землю - спасибо, что живое.

Впрочем, фантастический аспект, и в особенности связанный с хитрожопым марсианским осьминогом, сожравшим лабораторного мыша и пять членов МКС, в "Живом" наименее увлекателен, при том что как триллер из числа множества подобных картина вполне смотрибельна. Куда забавнее наблюдение, что как ни крути, а цивилизованное человечество не желает отказываться от иллюзий интернационализма, дружбы народов, возможности сотрудничества и взаимной толерантности. Кстати, о толерантности и ее причудах - в первых сценах фильма, когда еще есть место юмору, персонаж Рейнольдса, технарь, прикалывается над афробританцем-биохимиком (оба вскоре станут первыми жертвами "чужого", то бишь "живого"): мол, вы, британцы, нечистоплотны - учитывая, что "британец" тут по факту негр, ирония выходит двусмысленной, и поди пойми, что было у авторов в головах. Японец-компьютерщик под конец своей бестолковой жизни проявляет себя, в отличие от самоотверженных англосаксов, отнюдь не камикадзе - у него только-только родился ребенок на Земле, он хочет домой, но ведет себя настолько глупо, что и сам погибает, и станцию разрушает, и другим не оставляет выбора.

В целом с логикой и у персонажей и у, надо полагать, сценаристов дело обстоит не лучшим образом. Но там, где ума не хватает, создатели таких третьесортных поделок что-то способны почувствовать на клеточном уровне. Черный британец, помирая, успевает "завещать" коллегам важную мысль: мол, мы хотели, изучая марсианский образец, понять, что такое жизнь, а жизнь - это борьба за выживание, и Келвин, как прозвали одноклеточную тварь благодушные американские школьники прежде, чем клетка превратилась в монстра, прервала связь с Землей и сожрала астронавтов, вовсе не испытывает к людям ненависти, он убивает их просто ради собственной жизни, поскольку вот это и есть "жизнь". На уровне притчи это все звучит и красиво, и безобидно, и для средней руки фантастического триллера небессмысленно. Только почему-то с вымышленными марсианскими угрозами человеческой природе очень легко оперировать такими категориями, как "борьба за жизнь", а как доходит до реальных, конкретных и сугубо земных проблем - то почему-то считается, что пускай уж русские тоже поруководят на орбите, раз уж всю равно первыми спутник запустили. Хотя без русских и на земле-то было бы спокойнее, а уж в космосе и подавно делать им нечего. Тем более должны это те, кто взял в проект Ольгу Дыховичную - они "Портрета в сумерках", что ли, не смотрели? Вот где настоящий, непридуманный ужас, не укладывающаяся в голове реальность, и марсианской твари не надо, как этих-то земля носит:

http://users.livejournal.com/-arlekin-/2140596.html

(comment on this)


<< previous day [calendar] next day >>
> top of page
LiveJournal.com