March 15th, 2015

маски

"Осуждение Фауста" Г.Берлиоза в БЗК, РНО, дир. Василий Синайский

"Драматическая легенда" - жанр слишком неопределенный даже для раннего французского романтизма (1846), но по сути, "Осуждение Фауста" - обыкновенная оратория, с характерной для Берлиоза живенькой-веселенькой музычкой опереточного склада, номерной структурой, куплетной формой большинства сольных номеров при минимальном количестве дуэтов, не говоря уже про более сложные ансамбли. Послушать целиком, а не только шлягерные оркестровые интерлюдии, иногда исполняемые в концертах отдельно, в любом случае занятно - жаль, что РНО снова, как случается все чаще, не слишком повезло с солистами.


Партию Фауста пел Павел Чернох (Чехия), откуда-то мне знакомый, хотя не могу сходу вспомнить, мог ли я его видеть-слышать и где именно. Пение его, если можно так назвать, приближалось большей частью к мелодекламации, при том что Берлиоз писал все-таки для нормального голоса, это ж не двадцатый век, и что вообще за тенор, если ему лучше всего даются низкие, почти баритональные ноты, а чем выше - тем проблемнее? Во втором отделении, третьей и особенно четвертой частях, Чернох порой откровенно фальшивил. Впрочем, в драматических кульминациях он был неплох, а вот там, где надо петь и только петь - весьма слаб.

У английского бас-баритона Эндрю Фостер-Уильямса - другая беда: помимо напыщенности и избыточной эксцентрики в подаче материала, на нижних нотах он с пения переходил на какой-то рык, безбожно форсируя звук, типа "в образе" Мефистофеля, но если "в образе" - разве уже не надо петь, разве можно не обращать внимания на ноты, и это же не авангардная опера конца 20-го века, чтоб рычать и хрипеть вместо приличного голосоведения? Зато англичанин по наивности перепугался, когда после совсем прескверно спетой арии Черноха благодарные колхозники начали хлопать, а Фостер-Уильямс уже начал свой речитатив - на хлопках он запнулся, и хотя Василий Серафимович, даром что давно живет в цивилизованном мире, но все-таки по старой памяти понимающий, куда попал и где находится, показывал интуристу - не обращай внимания на этих русских свиней, продолжай делать свое дело - баритон совсем смешался, тем более, что колхозники, воспользовавшись заминкой, зааплодировали вдругорядь, уж нарочно, еле-еле удалось несчастному довести речитатив до конца.

Единственным в квартете солистов местным оказался Дмитрий Скориков-бас, и самым пристойным, на удивление, из мужских голосов - партия, правда, небольшая, во второй части - забулдыга кабацкий с песенкой, и Скориков один раз неудачно гаркнул, но в остальном отработал ровно. Оксану Волкову я слышал раньше, минская дива производит впечатление заплутавшейся во времени провинциальной примадонны из советских 1980-х, с неплохими вокальными данными, но без вкуса, без чувства стиля и без осмысленного подхода к материалу, однако если не думать постоянно, кто бедолажку так одел и накрасил, надо меццо-сопрано отдать должное - она только раз (видимо, отвлекшись от партитуры) налажала, потеряла нить партии и голос куда-то "поехал", а в целом оказалась в партии Маргариты певчески убедительнее своих партнеров.

Исполнение в целом вытянул Синайский, за счет прежде всего неплохого хора (академии им. В.Попова), а затем уже оркестра - благодаря дирижеру никто никого не перекрывал, все делали свое дело четко, аккуратно, и коль скоро голоса певцов приходится принимать за данность, то качество исполнения опуса следует оценить как более чем удовлетворительное.