November 10th, 2013

маски

"Первый эшелон" реж. Михаил Калатозов, 1955

Про фильм я раньше слышал только в связи с вальсом Шостаковича, который, наверное, оторвался от остального "саундтрека" сразу и с тех пор живет жизнью, не снившейся и более известным произведениям Калатозова, не то что этому убожеству, этот впоследствии знаменитейший "вальс № 2" звучит постоянно и повсюду, используется в куда более значительных картинах, в том числе служит музыкальным лейтмотивом "Широко закрытых глаз" Кубрика. А "Первый эшелон" я включил в седьмом часу утра, вернувшись из "35 мм" после ночного нон-стопа, с Ким Ки Дука и Кешиша, чтоб немножко отдохнуть перед сном. В принципе, забавы ради эту поделку смотреть можно, хотя она еще более фальшивая, чем "Летят журавли" и "Красная палатка". Уж больно смешон энтузиазм покорителей "целины", которые спят и видят, как бы им землю не только вспахать, но и засеять, и чтоб еще выиграть соцсоревнование, другие бригады обойти - но не тщеславия ради, а все для будущего коммунизма и под руководством партии.

Главные герои - конечно, руководители и партийцы, немолодой, опытный, но не всегда поворотливый начальник в исполнении Всеволода Санаева и его ближайший помощник, прыткий и высокоидейный секретарь ячейки, которого играет Олег Ефремов, практически дебютант в кино. Фамилия ефремовского персонажа - Узоров, что в контексте декаданса сталинского классицизма можно толковать двояко, и как что-то красивое, связанное с "узором", и как намек на пророческое видение, способность "узреть" в грязи, холоде и нечеловеческий условиях будущий земной рай. Претендующее на эпичность сочинение, где вдохновленные коммунисты и увлеченные партией рабочие едут ковыряться в мерзлой казахской земле, живут в палатках и еще стараются успеть в промежутках между сменами устроить свою личную жизнь, хотя трактор, конечно, у них на первом месте, а любовь - как-нибудь после, особенно это касается Узорова, скрывающего свои романтические страдания, но все силы направляющего не на то, чтоб добиться девушки, а на политзанятия и поддержание морального духа работников (девушек, кстати, по идее должно хватить на всех, основных героинь играют Извицкая, Доронина, а еще Леждей, впоследствии и до сих пор известная в основном по "Знатокам"). Где уже чуть-чуть, осторожно поминается недобрым словом "культ личности" (правда, пока еще речь идет о "личности" местного руководителя нижнего звена, а "культ" только предполагается и предотвращается), но как и семейно-любовные интриги, это все побоку, когда речь идет о выполнении плана и задания партии. А партия "задала" устроить все так, чтоб заселить целину "навечно". Еще совсем недавно, до начала 1950-х, проблема с "вечным поселением" решалась партией проще (и успешнее), но "культ личности" отменили, а проблемы остались. Конечно, то, что происходит в "Первом эшелоне", в этом смысле куда как менее ужасно, чем практика предыдущих десятилетий - но в чем-то более уродливо и определенно еще менее эффективно.

Типичное произведение середины 1950-х, по сценарию вполне одиозного драматурга Николая Погодина, автора "Аристократов" и трилогии про Ленина, из всего наследия которого сегодня оказались актуальны лишь "Кремлевские куранты", и то в качестве основы для пародийной театральной игры с идеологическими клише в замечательных "Горках-10" Дмитрия Крымова. То, что рай эти горе-энтузиасты не построят, что их усилия пропадут зря, было ведь всякому ясно и в 1955 году, и Калатозову, и даже Погодину, не говоря уж про Шостаковича, но фальшивкой "Первый эшелон" делает не только заведомое лицемерие его создателей. И не тема как таковая - авангардистский шедевр "Первороссияне" и гениальные кинодрамы Юлия Райзмана в плане идеологии ничуть не менее, а то и более ортодоксальны. Дело именно в подходе: "Первый эшелон" - скодоумная, неталантливая (включая, кстати, и музыку Шостаковича, помимо вальса, который из фильма торчит, как инородное тело; симфонические же фрагменты и особенно хоры, подделка под шлягеры Дунаевского из "Кубанских казаков" - просто курам на смех) заказуха, сделанная без всякого энтузиазма, оттого и пафос ее, призванный воспевать и пробуждать энтузиазм в зрителе, до такой степени нелеп.
маски

"Тоска" Дж.Пуччини, "Метрополитен-опера", реж. Люк Бонди (трансляция в "35 мм")

От первого акта мы пропустили самую малость, пока бежали из БЗК с "Концертгебау", причем добежали быстрее, чем Надя Котова - она потом в антракте, увидев нас, подивилась, а мы да, чуть что - тут как тут. Но после второго действия пришлось, конечно, уходить на метро, так что о постановочной концепции судить несколько затруднительно. По оформлению первый акт показался вполне традиционным, хотя интерьер недорасписанной церкви выглядел реалистичнее обычного, меблировка в кабинете Скарпиа вызвала больше вопросов - не икеевская, как в модерновых спектаклях, но и не совсем "классическая" для эпохи рубежа 18-19 веков, да и для времени Пуччини тоже: голые стены, красные диванчики, камера пыток с окровавленной войлочной обивкой. Дирижер Риккардо Фрицца задавал бодрые темпы и такой же громкости звук - но теперь, имея возможность сравнивать с тем, какая слышимость непосредственно в "Метрополитен-опера", мне многое понятнее, и видит Бог, даже дома по телевизору, а не то что в кинотеатре на большом экране восприятие страдает меньше, чем в первых рядах партера "Мет", не говоря уже про публику, в "35 мм" она намного, намного приличнее и, кстати, однороднее, а не всякой твари по паре, как в Нью-Йорке. Роберто Аланья в партии Каварадосси очень смешной в хорошем смысле - как старомодный оперный "премьер", все эмоции выдает "на гора", пускай где-то стирает возможные (необязательные, тем более в веристской шняге) нюансы, зато - шик, блеск, красота. Каварадосси и Скарпиа, да и второстепенные мужские характеры, в этом варианте вообще эффектнее, чем заглавная героиня, исполненная Патрицией Рассет - тетенька тоже очень хорошая и вокально, и артистически, в первом акте очень лихо она, взобравшись по лесенке, протыкает портрет ненавистной мнимой соперницы в образе Магдалины, но обоим партнерам все-таки проигрывает. Скарпиа - Георгий Гагнидце, фактурный, колоритный, похожий на раздавшегося во все стороны и слегка свихнувшегося Наполеона (даром что в данном случае его герой - из стана, Наполеону враждебного), очень комичный и в своем злодейском демонизме, и в почти опереточной порочности, которой режиссер ему еще и добавляет - второй акт Скарпиа открывает в компании разряженных-раскрашенных блядей, отнюдь не малочисленных. А в первом так же показушно демонстрирует свое религиозное рвение - вот антиклерикальный пафос, безусловно, и в либретто заложенный, Бонди для чего-то посчитал крайне необходимым усилить, довести почти до абсурда: Скарпиа целует-обнимает золоченую статую Девы под занавес первое действие, а когда занавес открывается снова за втором, тискает шлюх. Впрочем, его окружение еще более опереточное, Сполетто, например, носит повязку на глазу, как разбойник или пират какой-нибудь. Я бы при более благоприятных обстоятельствах досмотрел и третье действие, не ради шлягерной арии, как поет которую Аланья я в итоге так и не услышал, а чтоб понять, движется ли куда-то режиссерская мысль, идет ли она дальше нагнетания оперных страстей посредством не принятых при Пуччини, но ставших сегодня общим местом приемчиков.
маски

оркестр "Консертгебау" в БЗК, дир. Марис Янсонс, сол. Ефим Бронфман: Бетховен, Р.Штраус

Как мы на этот концерт попадали, надо описывать гекзаметром, но попали - и ладно. А ведь что характерно - несмотря на все дополнительные кордоны и прочие ритуальные строгости по случаю визита короля и королевы Нидерландов, все священные уебища, весь наш паноптикум маленьких любителей искусства в полном составе преблагополучнейшим образом оказался в партере - чего следовало ожидать, как и зооцирка в связи с явлением венценосных особ. Декоративные европейские монархии смешны, если наблюдать издалека, а чем ближе - тем гаже. Потом уж я прочитал, что королька с женкой при входе в консерваторию попытались помидорами закидать - ну а что же, дело нехитрое, это ж не на собственность путинских друзей покушаться, за такое в тюрьму не сажают, а прослыть героями можно запросто. Путин-то, конечно, концерт не посещал - не царское дело с заезжими скоморохами хороводить, но корольку с евоной бабой и без него досталось пять не пять, но пара минут славы, с кучкой фотографов и несколькими телекамерами, а в остальном - лишний раз напомнили русские прогрессивному человечеству, в каких странах современного мира на самом деле сохранилась монархия и кто сегодня действительно самодержец, а кто - клоун на картонном троне. Опять-таки на наше счастье отношение у Нидерландов с их опереточным корольком и республиканской РФ с государем-генералиссимусом такие, что концерт обошелся без обычных в подобных случаях славословий - нечему славословить. Голландские дипломаты только между собой переговаривались и тискали своих баб, во время исполнения музыки, кстати, тоже - феерическими показали себя уродами, хуже дагестанской гопоты, даже местные старухи под давлением обстановки попритихли, и мобильники не звонили, благо заглушку врубили такую, что удивительно, как телефоны хотя бы после концерта заработали - а голландцам-то по барабану, они на работе, им бы в ожидании следующего этапа фуршета время скоротать, гебау там, негебау - пофиг. Оркестр, дирижер, солист - это все на высшем уровне, но честное слово, предпочтительнее послушать просто нормальный, средний оркестр в благоприятной обстановке, чем выдающийся - в такой, когда все внимание и прессы, и значительной части публики сосредоточено вовсе не на музыке и даже не на музыкантах, а на каких-то совершенно посторонних придурках (по отношению к Бетховену и Рихарду Штраусу, да и Янсонсу с Бронфманом, что королек-скоморох, что хотя бы и Путин - одинаково посторонние). И все-таки Бронфман снова восхитил. Совсем недавно он в БЗК играл Бартока с Юровским и ГАСО - потрясающе:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/2652226.html?mode=reply#add_comment

но 3-й концерт Бетховена, самый заигранный из пяти, преподнести настолько внятно и при этом тонко, изысканно, и эмоционально, и аккуратно - фантастика. Уж на что я не люблю эту вещь, а тут еще и контекст, мягко говоря, не располагал - а испытал состояние, близкое к эйфории. Некоторое время назад Зубин Мета исполнял в Москве тот же 3-й концерт с Мацуевым, мы тогда ходили на репетицию, Мета если не по уровню, то по статусу еще выше, чем Янсонс, а Мацуев, конечно, барабанщик, но с высококлассным дирижером и он работал тщательно, и все равно не обошлось без пафоса, без нажима, в связи с чем версия Меты оставила меня равнодушным:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1971606.html

тогда как у Бронфмана с Янсонсом (а Бронфман еще и как никто умеет слаженно играть с оркестром) - ничего лишнего, прозрачность звучания абсолютная, и вдумчиво так, умно, и вместе с тем чувственно - слов нет. С моим любимым Рихардом Штраусом, которого Янсонс с оркестром играли во втором отделении, не так однозначно. И поэма-то, по-хорошему, затянутая, однообразная, а тут прозвучала и вовсе приторной тягомотиной, лирическая патока, при всей филигранности выделки, лилась на слащавый пафос, в результате получилось и не героично, и не лирично, а что-то типа дежурного дивертисмента, и плюс к тому скрипач-концертмейстер из последних сил старался показать собственную виртуозность. И уж совсем не стоило Янсонсу играть на бис кусок из "Кавалера розы" - по меньшей мере раз в две недели запись исполнения сюиты Янсонсом с оркестром Баварского радио в том же БЗК передают по ТВ, надоели уже до смерти, нет бы что посвежее выбрать для биса, пускай тоже попсу, но сколько-нибудь эксклюзивную - нет, обошлись сюитой вальсов, самым расхожим, громогласным и "ресторанным" ее фрагментом. Да и куда, чего, зачем - когда музыка звучит не ради себя самой, не ради музыки, а ради черт-те чего и хуй знает кого, она, в общем-то, считай что не звучит, она уже и не музыка.