July 12th, 2013

маски

"Вуди Аллен" реж. Роберт Б. Вайде в "35 мм"

Несколько лет назад меня разочаровала местами небезынтересная, но в целом ужасно дурацкая книжка интервью Вуди Аллена:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1234460.html?mode=reply#add_comment

А с тех пор меня разочаровал и сам Вуди Аллен. Документалка укрепила меня в моем разочаровании. Если оценивать сам фильм - это самая обыкновенная, с придыханиями, халтурка, для телеформата еще ничего, смотреть в кинозале невозможно. Последовательно пересказываются моменты, для поклонников Вуди Аллена давно известные, для остальных неинтересные, что про творчество, что про личную жизнь, включая брак и развод с Миа Ферроу. При этом постоянно подчеркивается, что Вуди Аллен больше любит иностранное кино, чем американское, драму, а не комедию, и вообще его биография - это оптимистическая трагедия, что меня совершенно не убеждает и даже не увлекает. Кроме шрифта на титрах, стилизованных под фильмы Вуди Аллена, в документалки нет и потуг на иронию по отношению к персонажу. Вообще так случилось, что про Вуди Аллена я впервые узнал не по его фильмам, но по биографической книжке, журнальный вариант которой был в свое время опубликован в "ИЛ". Потом уже я увидел его картины, и некоторые сильно полюбил - в частности "Манхэттен", но еще больше - "Бродвей Денни Роуз" и особенно "Пурпурную розу Каира". Рекламно-туристические кинопроспекты, которые Вуди Аллен снимает в последние годы, у меня вызывают омерзение, но его картины начала 2000-х тем не менее я считаю большими удачами - и замечательный "Матч-пойнт", и уморительную во всех смыслах "Сенсацию", и драматичную "Мечту Кассандры". Да я и "Загадочное убийство на Манхэттене" люблю за легкость и веселость, и "Пули на Бродвеем" за глубину в сочетании с остроумием. А разочарование мое касается скорее взглядов Вуди Аллена, его самодовольства и необаятельной показушности, лицемерия и неумения быть благодарным судьбе. Вот в этом смысле документальный фильм о нем раскрывает героя точно не с лучшей стороны, хотя задача очевидно ставилась обратная, просто авторы перестарались. К примеру, на пресс-конференции спрашивают, что если постоянно в фильмах заходит речь о смерти, то интересно, каково отношение Вуди Аллена к смерти - Аллен морщит лоб, наигрывает смущение, после чего говорит серьезно, весомо: "Мое отношение к смерти не изменилось". И уже как бы невзначай добавляет: "Я категорически против". Журналисты встречают реплику овацией и катаются со смеху - но разве это смешно? По-моему - глупо и пошло до такой степени, что неволей заподозришь (хотя вряд ли, конечно), что с вопрошающим Вуди Аллен заранее договаривался. Вообще рассуждения Вуди Аллена, и собственные, от первого лица, и вложенные в уста персонажей, сыгранных им самим или другими актерами - до неприличия плоские и однообразные. А технология его шуток слишком груба и примитивна. Мне она приелась. Не знаю, давно не пересматривал, как бы сегодня показались мне те же "Манхэттен" или "Энни Холл".
маски

молодежный оркестр Бернской консерватории в КЗЧ, дир. Дружелюб Янакиев

Для студенческого коллектива, в общем, неплохо, хотя это, конечно, несерьезно - "Грустный вальс" Сибелиуса и тому подобное, хотя из Сибелиуса выдавливали какие-то нюансы, немыслимые паузы, пианиссимо, все это мимо кассы. Замах на "Пять стихотворений Матильды Везендонк" Вагнера - посерьезнее, и как ни странно, солистка Натали Миттельбах оказалась довольно приличной, ей не хватало мощи, энергии для Вагнера и для такого большого зала, даже в камерном оркестре она порой умудрялась тонуть, зато аккуратность, выучка, вкус - этого у нее не отнять. Первое отделение открывали коротенькой и легонькой, трехчастной 5-й симфонией Моцарта, она и прозвучала миленько. 35-я симфония, как и Вагнер - замах покруче, требует иного уровня и от оркестра и от дирижера - впрочем, швейцарский Дружелюб еще не самый позорный, но для зрелого Моцарта ученической старательности одной недостаточно. А перед Моцартом во втором отделении играли разлюли-шнягу ресторанную - "Венецианский карнавал" Жан-Батиста Арбана (это кто еще такой?) и "Тарантеллу" Калинковича (тоже некоего), солировали местные суворовцы Сиденко на трубе в первом случае и Саткулов на саксофоне во втором - так сказать, в порядке дружелюбия.
маски

"Виолет и Дэйзи" реж. Джеффри Флетчер

Второй попытки фильм явно не заслуживал, но это только теперь понятно - а с первой, когда мы долго были на литовском банкете и пропустили почти половину, я же еще и в таком состоянии дополз до кино, что уже практически не мог ничего воспринимать, было ощущение, что картина занятная. То есть она, может, и занятная, но не более того, а казалось, что более. Да еще в первый-то раз мы в "35 мм" ходили, а после этого там "Виолет и Дэйзи" успели благополучно снять с репертуара, во второй пошли уже в "Киноцентр", и копия дублированная, ну и контингент в зале соответствующий. А главное, конечно, что вроде бы прикольная под задумке, история двух девочек-киллерш очень быстро из черной комедии сваливается в омерзительную сентиментальщину. Юные убийцы вообще не хотели браться за новое задание, но долгожданный концерт любимой поп-певички отменили, а на новое платье требовались деньги - они и согласились убрать одного типа, который, как передал посланец босса (эпизод Дэнни Трэхо), украл грузовик одеколона вместе с кучей денег. Девицы заявились на квартиру к жертве, не застали мужика и, ожидая его прихода, заснули с пистолетами в руках. Товарищ явился, и не вынимая из рук спящих девиц оружие, заботливо накрыл их пледом. Проснувшись, они не стали убивать его сразу, а попытались понять. То есть стрелять стреляли, но не обратили внимание, что он отошел на кухню сделать им овсяное печенье, ну а поев печенья уже поневоле задумаешься, стоит ли грохнуть пекаря или погодить. Вместо этого Виолетт, старшая по рангу из напарниц, укокошила четырех киллеров "конкурирующей фирмы", пришедших убивать того же мужика за то, что их босса он тоже обобрал. А у мужика, если не врет, все равно рак, и родных нет - единственная дочка-школьница общаться не хочет, винит в смерти матери, хотя мать бросила мужа и погибла уже после того, как сбежала с любовником. Я с какого-то момента окончательно перестал понимать, всерьез ли режиссер рассказывает эту историю или просто неловко шутит, но понятно, что на абсолютную достоверность сюжет вряд ли претендует, тем более, что девицы (Сирша Ронан и Алексис Бледалл) то законченными дурочками кажутся, то задвигают философского характера телеги такие, что не всякой ученой даме под силу, и психологически оправдать такое невозможно. А жертва киллеров (Джеймс Гандольфини) такой милый трогательный увалень, несчастный отец, больной и просто хороший дядька, опекающий чужих девочек, пока собственная его игнорирует, что не верится - неужели он правда у кого-то украл целый грузовик или еще что, а потом поглумился, чтоб уж наверняка убили и от мучений избавили? Попутно возникает еще вопрос - если он действительно хотел умереть насильственной смертью - зачем так себя вел с киллершами, чтоб они его полюбили как родного и не только убивать раздумали, но и от других киллеров с риском для себя и для своей конторы спасли (ведь убийством банды они спровоцировали, вероятно, войну бандитских кланов), а если готов был самоубийством покончить - зачем вообще огород с похищением грузовика надо городить? Ну а если это все просто прикол - то он не удался, не смешной ничуть, особенно во второй половине, когда уже выяснилось, что младшая из напарниц, едва 18 исполнилось, любит просто стрелять, а убивать не умеет и стреляет всегда, тайком от подруги, холостыми. Девочки ведь не только "работают", но и живут на съемной квартире вместе, а про то, что одна холостыми палит, другая замечает только на последнем вот этом задании, пересчитав отверстия от выстрелов в кресле и в стене. Платье в итоге девица получает в подарок от убитого, а наряд, о котором мечтала, отвозит в подарок его дочке с оговоркой, что папа ее, дескать, очень любил, и напрасно она злится на него. Как и поведения героя-жертвы, мысли режиссера что-то уж чересчур замысловато развиваются, путаются, входят во внутренние противоречия, никакой иронии не хватит, чтоб отбить привкус засахаренных соплей, и трудно не заподозрить, что это не изощренная система, а просто нагромождение бессвязных мотивов, которому всяк волен придавать осмысленность на личный вкус.
маски

"Благие намерения" реж. Билле Аугуст, 1991

Кинороман Бергмана когда-то произвел на меня впечатление сногсшибательное - единственный случай за всю жизнь такой: обычно я читаю медленно, мучительно, что-то отмечая, выписывая, а этот немаленький текст, опубликованный сначала в "ИЛ", проглотил за один день, настолько захватывающей оказалась история взаимоотношений родителей Бергмана до свадьбы и сразу после. Фильм, а точнее мини-сериал Аугуста по сценарию Бергмана с участием главного бергмановского актера Макса фон Сюдова в роли отца невесты (впрочем, отец умирает уже во второй серии) далеко не столь увлекательный, местами просто скучный, тягомотный, причем внутреннего напряжения собственных картин Бергмана тоже лишен. "Благия намерения" - рассказ простой и парадоксальный: влюбленная пара на пути к счастью преодолевает все препятствия, а когда они преодолены, выясняется, что счастье снова куда-то ускользает, попытки за него зацепиться ведут в лучшем случае к временному, половинчатому удовлетворению. Разница в социальном положении, воспитании, взглядах и финансовой состоятельности - ничто в сравнении с различиями между двумя индивидами, и все внешине различия можно сгладить компромиссами, а эти внутренние - не получается. Дальше, в "Воскресном ребенке" уже менее поразившем меня, но тоже интересном романе Бергмана, посвященном детству рассказчика (не знаю, был ли он экранизирован), окончательно ясно, куда завели героев благие намерения. Здесь это еще не до конца очевидно, к тому же еще не полностью устранены обстоятельства, колеблющие благополучие семьи Бергманов извне - общественно-политические потрясения, связанные с рабочим движением, например: пастор Бергман предлагает для схода рабочих помещение часовни, что. разумеется, не вызывает благосклонного к нему расположения "сверху". И мать новобрачной по-прежнему считает такой союз мезальянсом. Родители пастора, со своей стороны, не в восторге тоже. На самом деле, как ни странно, это все факторы, укрепляющие, а не ослабляющие связь. Без них все развалится окончательно. Другое дело, что у Бергмана почему-то эта, в общем, обыкновенная история поражает, а у Аугуста даже не особенно затягивает.