March 14th, 2013

маски

"Преступление и наказание", "Званый ужин", "Юный Фриц" в "Коллекции Е.Марголита"

"Юного Фрица" Козинцева и Трауберга (1943) я видел, хотя и давно, но часто цитирую, благо строчки Маршака даже в политическом заказном памфлете блестяще зарифмованы. Но впервые обратил внимание, что наряду с Михаилом Жаровым в заглавной роли тут снималась Янина Жеймо - а это ведь совсем не то "Золушука" Кошеверовой или "Подруги" Арнштама, тут сатирическая короткометражка, девочку с косичкой, на которую маленький гестаповец нападает. Вообще когда большие художники берутся за распоследнюю заказуху, все равно нередко выходит что-нибудь интересное. Как здорово, например, придумана в "Юном Фрице" колыбельная, переходящая в марш, перерастающая в рев спокойная распевная мелодия - и это задолго до "Кабаре"!

Остальные две короткометражки не попадались мне прежде никогда. "Званый ужин" Эрмлера (1953), по совместному с Массом и Червинским сценарию - так, во всяком случае, сказал Марголит, в Кинопоиске указаны совсем другие имена авторов сценария - Михаил Гиндин, Генрих Рябкин, Ким Рыжов, а в титрах сценарист один - Н.А.Строев (при том что у всех остальных создателей фильма указан только один инициал, то есть это псевдоним и он подразумевает, что соавторов трое, и если вместе с Эрмлером, то версия Кинопоиска с марголитовской не совпадает совершенно) - обычная зарисовка, с сюрреалистическим эпизодам сна, в остальном мало отличающаяся качеством от большинства комедийных короткометражек и, впоследствии, сюжетов "Фитиля": герой Ильинского - рассчитывающий на повышение служащий, приглашает к себе на вымышленный день рождения начальство, но не может найти ключ и открыть гостям дверь. Любопытная деталь - на протяжении всего фильма, а он для короткометражки довольно длинный, герой размышляет, открывать или не открывать шпроты, решается открыть, раз уж такой великий случай, и все равно так и не реализует намерение на практике - а ведь даже я еще застал времена, когда банку шпрот ставили в центр праздничного стола, как будто это лобстер какой-нибудь...

"Преступление и наказание" Павла Коломойцева по Зощенко (1940) - тоже с Ильинским в главной роли, и тоже он играет служащего, нечистого на руку снабженца, которого вызывают к следователю. 1940 год, за хищение грозит "высшая мера" - и смех смехом, а страх картина передает нешуточный. В основе та самая новелла Зощенко, которая использована позднее в "Не может быть" Гайдая, но у Гайдая это просто комедия положений, водевиль с сюжетом, построенным на недоразумении. В картине 1940 года все совершенно по-другому. Ильинский в ожидании вызова к следователю - это не комичный расхититель, это сгусток страха перед необъяснимым, и оно действительно необъяснимо - ведь оказывается, что вызвали его как свидетеля по делу другого ворюги, но ясно, что очередь дойдет и до него самого, дело времени. У Гайдая упор на эксцентрике, а здесь - на самой ситуации и характерах. Жену расхитителя играет Мария Миронова - тоже очень любопытно, не так уж много она снималась в кино.
маски

"Бунтующая юность" реж. Мигель Артета, 2009

Майкл Сера - наиболее точное воплощение определенного подросткового типажа в сегодняшнем американском кино. (Хотя майку с надписью "Скотт Пилигримм против всех" я ношу не поэтому, просто подарили в свое время на пресс-показе). "Бунтующей юности", однако, далеко до "Джуно" - фильм намного грубее и при этом явно недодуман и недоделан, и все равно уже ради Сера его стоило посмотреть. Тем более, что у него здесь как бы две роли. Подросток-девственник Ник Твисп живет с 48-летней разведенной матерью и ее часто сменяющимися бойфрендами, пока не влюбляется в Шинни, дочку обеспеченных родителей, но фанатичных протестантов. Шинни при этом совсем не религиозна, а напротив, упертая франкофилка, поклонница Сержа Гензбура. И в качестве совета своему ухажеру она предлагает ему стать "плохим", тогда мать рада будет отделаться от него и отпустить на все четыре стороны. Так, пририсовав к своему фото французские усики, Ник порождает своего двойника, чье бунтарство и имидж явно навеяны франкофильскими вкусами девицы: дает ему имя Франсуа Диллинджер (Диллинджер, конечно. образ не из французской культурной мифологии, но к бунтарскому ассортименту прилагается до кучи). Франсуа, помимо того, что носит пижонские усики, ходит в белых брюках и курит тонкие сигареты. Вся храбрость, даже нарочитая отвязность Ника - это Франсуа, самому же Нику остаются сомнения и рефлексия. Что не мешает именно Нику устроить большой погром с пожаром у себя в городке, после чего мать действительно отсылает хулигана к отцу.

Отца, кстати, играет Стив Бушеми, одного из бойфрендов матери, козла-полицейского - Рэй Лиотта, а брата Шини, обаятельного наркомана-отморозка - еще один мой любимец, слишком быстро, в отличие от Майкла Сера, переросший подростову планку Джастин Лонг. Тем временем предки Шини отправляют ее обучаться во французский пансион, где Ник со своим новым дружком-индусом ее находит и снова учиняет ночной беспорядок - Шинни из пансиона выгоняют, а ее бывший приятель, пафосный качок Трент, сочиняющий претенциозные псевдоавангардные стишки, выдает Ника полиции. По счастью Ник - несовершеннолетний, и расстаются они с Шинни всего на три месяца, надолго его посадить за все случившееся нельзя, да и сексом они успели заняться - в школе их слишком быстро накрыли, но Ник догадался переодеться девушкой Карлоттой и заявился к Шини под предлогом вместе разучивать псалмы. Скверно, конечно, что фильм построен в основном на штампах, да еще надерганных из разных источников - и раздвоение, и особенно переодевание в подростковых драмах и комедиях отработано многократно (даже в советском кино, куда уж дальше! еще молодой Михаил Ефремов, причем с куда большим блеском, чем Сера, надо признать, разыгрывал нечто подобное). Да и бунтарский душок чересчур надуман, а то, что он ведет в тюрьму, пусть и на три месяца "всего", как-то не убеждает в правильности выбранной романтической стратегии. И анимационные вставки до кучи припаяны - ну по полной программе подглядывали, что сейчас носят и как работают, нет бы новое что придумать. С другой стороны, персонаж Майкл Сера своей непосредственностью объединяет это нескладное произведение в что-то вполне смотрибельное.
маски

"28 спален" реж. Мэтт Росс в "35 мм"

28 встреч в гостиничных номерах - 28 последних свиданий. Писатель и бухгалтерша случайно знакомятся, проводят вместе ночь и расстаются уверенные, что никогда не позвонят друг другу. С продолжением встреч уверенность колеблется, за время продолжающейся пунктирно связи она выходит замуж, он женится, за успехом первой его книги следует неудача со второй, он с женой переезжает и устраивается преподавателем в колледж, а у нее стабильная, но не слишком интересная жизнь, расстаться навсегда или окончательно соединиться - такие перспективы если и рассматриваются, то отвергаются.

Писатель больше смахивает на слегка потасканную, но все же неплохо сохранившую форму рекламную модель, и пучеглазая бухгалтерша рядом с ним выглядит серой мышью. Но поскольку "28 спален" - не порно и даже не комедия, но артхаусная драма (при таком раскладе я бы предпочел порно, ну в крайнем случае комедию), то сексуальные сценых, без которых, понятно, при таком сюжете не обойтись, максимально аккуратны, хотя пенис, о котором герой говорит подозрительно много, пару раз все же приходится ненадолго засветить, чтоб зрителю не стало совсем обидно. В основном же герои разговаривают о том о сем, а еще больше молчат - артхаусный же формат предполагает подтексты. Эксперимент, что будет, если бродвейскую мелодраму типа "Двое на качелях" очистить от сюжетных штампов и сопливой сентиментальности в очередной раз провален, потому что, как и следовало бы предположить заранее, без штампов и соплей совершенно ничего не останется, пустое место. Чисто формалистская, вторичная, манерно-претенциозная хрень, ни в малейшей степени не занятная.