January 23rd, 2013

маски

"Тучи над Борском" реж. Василий Ордынский, 1960

Один из самых неординарных советских фильмов 1960-х годов и, по-моему, единственный, где в центре внимания - религиозная проблематика. Карикатурные образы православных батюшек появлялись часто, в основном уродливые, особенно если сюжет связан с временем гражданской войны, а иногда даже милые (как в "Королеве бензоколонки", например: "Батюшка старовер?"-"Две по сто в одну посуду!"), но чтоб всерьез разбираться с религиозностью - вроде как и вопроса нет. Потому, вероятно, и в "Тучах над Борском" затрагивается не официальная и лояльная к КПСС (как, впрочем, и к любой другой власти) РПЦ, а совершенно неподконтрольные сектанты, по степени фанатизма, уровню мышления и склонностью к людоедским обрядам мало от православных отличающиеся, но все-таки откровенно "внесистемные". Учительница наблюдает, как комсомолка Оля Рыжкова (Инна Гулая) под влиянием парня-сектанта и его старших единоверцев все глубже погружается в мракобесие и безумие, но до поры опасается воздействовать впрямую. Старый сектант между тем апеллирует к Конституции, закрепляющей "свободу совести", и требует наказать за "оскорбление чувств верующих" комсомольца, ворвавшегося на сектантское радение и устроившего там в карнавальном наряде нечто вроде, как сказали бы теперь, "панк-молебна". Дело комсомольского активиста рассматривают на собрании, высказываются разные мнения (с позиций воинствующего атеизма выступает другая активистка, Рая, которую играет совсем молодая Инна Чурикова; вообще в фильме снимались многие известные впоследствии артисты, и Игорь Охлупин, и совсем юный Н.С.Михалков, но это в крошечном эпизоде), однако оскорбленная верующая пятидесятница, опасаясь греха гордыни, поспешно целует обидчику руку. Картина чрезвычайно интересная и сама по себе, и многими сопутствующими обстоятельствами начиная с того, что автор сценария "Туч над Борском" Семен Лунгин - папа нынешнего спеца по православным драмам с еврейско-интеллигентским душком. Но в целом она сделана в духе близком к тому, в котором выдержаны современные западные картины о т.н. "тоталитарных сектах", а их немало и некоторые очень сильные, для советского же кино произведение совершенно необычайное, хотя сектанты и показаны уродами, шарлатанами, склонными, помимо всего прочего, к садизму - несчастную Олю, чтоб избавить от греха, чуть было не угробили, ритуально распиная в амбаре, рассчитывая очистить от гордыни через муку крестную. Но то ведь сектанты. На РПЦ, самую мощную, опасную и омерзительную тоталитарную секту в современном мире, даже советский кинематограф не посягал.
маски

"Игра в смерть" реж. Бадди ван Хорн, 1988

Это еще не тот, не сегодняшний мудрый Иствуд, которого я так люблю, это Иствуд обыкновенный, инспектор Гарри Каллахан, ковбой в образе полицейского, и фильм - просто криминальная драма, хотя и с не совсем ординарным сюжетом. Каллахан засадил за решетку бандита, и вскоре на него совершается покушение. Логично предположить бандитскую месть. Но расследуя смерть актера и рокера от передозировки наркотиков (эпизодическая роль никому на тот момент не известного Джима Керри), снимавшегося в фильме "Отель Сатаны" режиссера Питера Свона (тоже совсем еще молодой Лиам Нисон), Гарри выходит на сообщество, связанных "Игрой в смерть", составляющих списки потенциальных именитых покойников, в которых инспектор находит и свою фамилию. Виновником, конечно, все равно окажется маньяк, тогда, в 80-е, на вещи смотрели просто и не видели за всяким злом, как сейчас, происки финансовых корпораций, повязанных с ЦРУ. Но киношный антураж придает картини определенную стилистическую специфику, многие сцены разыгрываются на съемочной площадке "Отеля Сатаны". Кроме того, инспектор кооперируется с телерепортершей (Патриция Кларксон), которой поначалу в сердцах разбил камеру. Хотя до романтической интриги их взаимоотношения не доходят, просто хороший мужик с пистолетом (а также с гарпуном, именно таким способом герой убивает маньяка) защищает, как полагается, неплохую, славную, но слабую бабенку.