August 12th, 2012

маски

листки из вещевого мешка (короб первый)

У Александра Ревзина, бессменного режиссера концертов "новой волны" и других мероприятий АРСа и не только есть любимая присказка - "слезы мешают говорить", но это Александр Давидович так шутит, а вот мне было совсем не до шуток, когда у стойки регистрации рижского аэропорта за полтора часа до столь тщательно, как мне думалось, подготовленного вылета в Цюрих вдруг выяснилось, что у меня нет билета. То есть билет есть - но на 30 августа, и он пропадает, потому что куплен по тарифу, не предполагающему замену или возврат. А на рейс, которым я собирался лететь, билеты хотя и остаются, но уже за 370 евро. Решал, отказываться от брони в отелях Цюриха и Лозанны (она не была проплачена и ее еще можно было похерить), а также от обратного авиабилета (но на тех же самых условиях, без возврата денег) или заплатить 370 евро и вместо предполагаемых 120 евро в один конец полететь-таки в Цюрих почти за 500, я решал рефлекторно, находясь в слишком глубоком шоке от случившегося, чтобы взвешивать факты и возможности рационально. Насколько решение оказалось верным - я вряд ли когда-нибудь определюсь окончательно, и денежки плакали в любом случае, но в тот момент я побежал в кассу и купил билет за 370 евро, вылетел тем самым рейсом, которым собирался, от Цюрихского аэропорта за 6.40 франков и пять-семь минут доехал до центрального вокзала, а от него минут за пятнадцать пешком дошел до отеля. Где выяснилось, что в номере под крышей на четвертом этаже (за семь ночей - ровно 666 франков, ни убавить ни прибавить, но от вокзала, а это самое принципиальное, действительно не очень далеко) есть даже ванна, без которой я еще мог бы обойтись, но нет вай-фая. То есть опять же, вай-фай есть, но платный - 6 франков в день. В контексте утренного "дефолта" 6 франков, они же 6 евро плюс-минус копейка - сумма пустяшная, но прикидывая, как бы мне не протянуть ноги в связи с непредвиденными расходами на авиабилет, находившийся у меня, как я считал, в кармане (при том что в самолете Эйр-Балтик не кормят и даже не дают воды попить, как в Райнэйре, но Райнейр и стоит гроши, а тут...), да и вообще - что за наглость требовать еще 6 франков с того, кто уже заплатил 666. Я подумал - найду вай-фай на вокзале, куда все равно собрался за проездным (музеи по понедельникам так и так не работают). Хренушки - на вокзале вай-фай такой же кодированный, как и везде, включая, что совсем уж дико, Макдональдс. Странно - в Москве повсюду бесплатный вай-фай имеется, в Израиле, наименее приспособленной для жизни (ну по крайней мере моей) стране из всех, где мне доводилось бывать, у меня в затхлой комнатушке среди трущоб, где живут в основном арабы-гастарбайтеры, вай-фай ловился на выбор, еще думай, к какому подключаться. А здесь, в Цюрихе, в центре Европы, с третьей попытке сумел на десять минут (дольше не позволяется, надо заново регистрироваться) поймать сеть в Старбаксе, да не в первом попавшемся - в том, что у вокзала, тоже не ловится, вот примерно посередине Банхофштрассе есть другой, там получилось, только заведение работает до восьми вечера всего лишь, и как там сидеть, ничего не покупая, тоже большой вопрос.
Collapse )
маски

листки из вещевого мешка (короб восьмой)

Вспомнил советских времен анекдот.
Художнику заказали полотно "Ленин в Цюрихе". Приходит комиссия принимать заказ, художник открывает картину, а на ней голый Троцкий вылезает из постели Надежды Константиновны. Члены комиссии настолько обалдели от увиденного, что единственный вопрос, который смогли задать автору:
- А где же Ленин?
- Ленин в Цюрихе!
Короче говоря, прожив в Цюрихе семь дней, а точнее, проночевав семь ночей (но два дня и один вечер я Цюриху все-таки посвятил), я перебазировался в Лозанну.
Collapse )
маски

и финн, и ныне дикой

Как же я завидовал, и не зря, получается, всем тем, кто славно долетев вместе со мной от Цюриха до Риги, отправлялся в город, да и тем, кто пересаживался на рейс до Таллинна - тоже: в прошлом году я прекрасно через Таллинн добрался до Питера, а оттуда, с пользой потратив день на пару с unknown body, доехал электричкой до Выборга по бесплатному билету. Но хотелось интересной жизни, чего-то нового - пожалуйста. Из скандинавских стран Финляндия - единственная, где до сих пор мне не доводилось бывать хоть проездом. Ну она, понятно, условно-скандинавская, но не в этом суть. И я подумал: ну все равно же мне в ту сторону - пусть будет на этот раз Хельсинки. А поскольку всего одна ночь - можно сэкономить на гостинице и обойтись хостелом.
Collapse )
маски

"Книга тундры" реж. Алексей Вахрушев ("Окно в Европу")

Открытие фестиваля только вечером, но уже днем стартовала документальная программа, и приехавший рано поутру сосед сказал мне: "это надо обязательно смотреть". А у меня так и не выработался с годами иммунитет против фразы "надо смотреть" - я пошел в библиотеку, где в этом году идет документальный конкурс (в прошлом эту программу показывали вместе с игровой в "Выборг-паласе"). У меня за спиной устроился Кирилл Разлогов. Я ему показываю на место ближе и по центру - Кирилл Эмильевич смеется: "Спать лучше в третьем ряду, а не в первом". Что значит опытный человек: век живи - век учись! Он и заснул почти сразу, а я вот не спал, и 100 минут, от звонка до звонка, смотрел документалку про чукчей. Подзаголовок к "Книге тундры" - "Повесть о Вуквукае, маленьком камне". Вуквукай - хранитель чукотской духовности, которая мало отличается от русской, он тоже считает, что надо жить среди снегов, ходить в шкурах, а детей нельзя отпускать в школу, иначе они потом не будут помогать родителям пасти оленей. Все это он высказывает на ломаном русском, которым говорят обычно чукчи из нетолерантных анекдотов. У меня вообще постоянно возникало чувство, что документалисты пользовались наработками Павла Пряжко, но его "Чукчи" отталкиваются от анекдотов про чукч, которые не дураки и мыла не едят, осознанно, а у Вахрушева наивные чукотские дети изъясняются подобным сленгом, будто стилизованным при участии студента литинститута, как бы спонтанно. На сем камне строит Вахрушев свою "повесть", которая делится на двадцать с лишним глав, оснащенных заголовками с претензией на эпичность. Добавляет эпики и закадровый текст, озвученный Алексеем Петренко. Невыносимо, однако. Но есть забавные эпизоды - например, как Вуквукай гоняет стадо оленей, нацепив на палку флаг РФ - видимо, среди белых снегов тундры другой цветной тряпки у оленевода под рукой не было. Хотя вообще-то у крайних жителей севера, то есть жителей крайнего севера, в распоряжении имеются и вертолеты, и трактора, и продукты им подвозят, детей вот в школу отправляют - Вуквукай против, дурной, говорит, закон, а школа хуже тюрьмы для чукчи, для чукчи тундра - лучшая школа, однако. Хорошо еще, что экран не передает, чем и как у чукчей в чуме (в яранге) пахнет - но достаточно посмотреть, как они шкуры выскабливают, чтобы запахи чукотской духовности вообразить. Времени для этого более чем достаточно - кино длинное, как чукотская ритуальная песня, и кстати, несмотря на языческие жертвоприношения оленей на груди у Вуквукая болтается крестик, что вкупе с российским официальным триколором на палке-погонялке напоминает, кто всех сильней от тайги до британских морей. Самое смешное, что анекдотический ломаный русский, на котором говорят документально-неигровые чукчи, еще и синхронно "переводится" на русский общедоступный. Получается зарисовка из этнографического музея с оглядкой на Флаэрти для канала "Дискавери". А если бы режиссер еще показал, как эти чукчи в своих шкурах совокупляются, сошло бы и для "Анимал планет".

После 100-минутного испытания чукчами без перерыва начался другой документальный фильм, тоже про духовность, но уже с русскими рыбаками, чьи пустые сети перемежались кадрами классического балета - я встал и ушел. У документального конкурса есть жюри под председательством Юрия Полякова, вот пусть он и оценивает, исходя из контекста.