July 14th, 2012

маски

лепа и нелепа

Аллегрова уже несколько месяцев "прощается", но, в принципе, все, что она могла сказать "на прощание", она сказала в Олимпийском, а Первый канал выпустил телеверсию. Дальнейшее напоминает анекдот про тех, кто прощается, но не уходит. Ну ладно концерт фанерный от первой до последней ноты (из аппаратуры, до того загромоздившей сцену, что с боковых мест не было видно, кто на ней находится, свое присутствие оправдывал разве что вентилятор, развевавший рукава черного платья Ирины Санны), я не Фандеев, мне этот момент принципиальным не кажется. Но ведь и эмоции фальшивые. Все вымучено и отрепетировано до слова, до жеста, до ужимки - и уже было показано по ТВ, ну даже неприлично копировать, тиражировать то же самое точь-в-точь. Балет работал только на паре номеров - зато как! На "Императрице" Аллегрову сопровождали танцовщики в париках, с натянутыми на рты дамскими трусиками, и орденами на голое, не считая ремней, тело - а говорят, в "Олимпийском" трэшак покруче был, это еще адаптированная версия. Боря Моисеев в лучшие годы не позволял себе подобного, а ведь Боря самоироничен, у Аллегровой же все как бы всерьез, как бы лирика. Плюс программы - умелое сочетание старых шлягеров и новых песен, не столь удачных, но все же и не позорных, как у большинства "уходящих натур", что не позволяет Аллегровой окончательно превращаться в "ретро". И сама она, в отличие от своего антуража, смотрится неплохо, но эмоциональная фальшь нестерпимая, и сочетание пошлятины оформления с дурной сентиментальностью таких песен, как "Улыбка папы", просто невозможная, а мне Аллегрова по старой памяти интересна, потому вдвойне обидно за нее и за себя.

С Розенбаумом проще - мое застарелое отвращение к этому пафосному мудаку нашло окончательное подтверждение. В прошлый раз, когда он выступал на Славянском базаре, а было это лет шесть назад, я на его концерт не ходил, он выступал поздно ночью, до пяти утра. Так что последний и, кажется, единственный раз на сольнике А.Я. был еще в Ульяновске, стало быть, лет двенадцать назад. С тех пор у него появилось в программе несколько новых песен, но в основном все те же щеглы, глухари да утки, а также бандиты и казаки, и много патриотическо-ностальгических опусов (лишнее напоминание, что у любовь еврея к России после того, как он отправил за границу всю родню, приобретает особенно возвышенно-бескорыстный характер). Ужасен Розенбаум не тем, что его песни примитивны в музыкальном отношении и безграмотным в литературном - этим как раз не удивишь, Розенбаум не отличается от большинства своих коллег по цеху, как по бардовскому, шансонному, так и по попсовому (кстати говоря, песенка "Поднимем" в трио с Лепсом и Кобзоном звучит куда как приличнее, чем в сольной версии, именно потому, что попадает в органичный для Розенбаума формат попсы, а как авторское высказывание кажется просто пошлой нелепицей). Ужас в том, что, в отличие от "Портофино" Жанны Фриске, хотя бы, Розенбаум претендует на то, что он что-то "несет", хотя несет он хуйню, и самое ужасное, что эту скверно зарифмованную хуйню я, при всем к ней отвращении, в силу особенностей собственной памяти знаю тверже, чем ее жалкий автор: Розенбаум, в начале седьмого десятка облезлый и обросший (с подбородка - за лысиной он пока еще следит) на все девяносто, путается "в показаниях", перевирает слова даже в "гоп-стопе", который, казалось бы, должен воспроизводить даже в состоянии альцгеймера, рефлекторно, а в некоторых вещах повторяет подряд один и тот же куплет дважды. Публика, конечно, считает, что причащается к высокому искусству, и доходит до того, что Розенбаум обращается к "подводникам" в зале (не понимая видимо уже совсем, где находится), а "подводники" ему отвечают - в жизни бы не подумал, что помимо бравого военно-воздушного флота, у Беларуси имеется еще и не менее героический военно-морской (в следующий раз медведи с прокламациями поплывут морем). Впрочем, способных оценить высоту поэзии и музыки Розенбаума не так много - примерно на треть амфитеатра набралось, у Аллегровой-то был переаншлаг, да и на ночном попсово-молодежном концерте - практически тоже.

Ночной концерт "Песни лета" меня вообще неожиданно порадовал. По крайней мере, он был незанудный, и Тимурчик Мирошниченко, мой давний знакомец еще по афинскому Евровидению, отлично его провел. Открывала Жанна Фриске с двумя номерами, ничего особенного, но балет у нее симпатичный. Потом Рыбак - выдохшийся окончательно, совсем мне не понравился. Зато Колдун, против ожидания, выступил хорошо, причем "живьем". Константин Легостаев - до сих пор в неплохой форме, и номер на старую, еще фабричных времен песенку "Мы с тобой летаем" очень яркий, эротичный, с плясками на двух койках (пока шел из-за кулис в зал, смотрю - кровати стоят, думаю: ночует что-ли кто прямо за кулисами? а это декорации, оказывается). Яжевика - полный отстой, но это единственный явный провал программы. Алену Петровскую, кажется, я никогда раньше не слышал - она работала на бэках у Ваенги, теперь сольно, толкуновообразная девица с псевдонародными песнями, но нельзя не признать, имела успех у публики. Эти все делали по два номера, Родригез - три, очень живенько, следующие - по одному. Среди всякой прочей однопесенной шушеры (непонятный быдловатый парень Алексей Гросс и лазаревообразный Иван Буслай) неожиданно блеснули литовцы - группа "мобильных блондинок" на высоких каблуках под названием "Пинап герлз" тоже ничего, но римейк "Выбирать свое чудо" на литовском не так меня порадовал, как оригинальная песня Лепы. Я когда увидел имя Лепы в списке артистов, посмеялся - что за Лепа такая, а Лепа очень интересная, и музыка неординарная, и образ яркий, текст лирики я не понимаю, конечно, но было жалко, что она одну только песню показала - я бы послушал больше. А Лазарев под конец, уже ближе к четырем утра, зажег так зажег. Как же Сережа вырос за десять лет - он самый профессиональный сегодня артист в своем поколении, четыре песни - а как будто отдельное полноценное выступление в рамках сборной программы, умница, на театральной сцене он с годами становится менее убедительным, а на эстрадной - лучше и лучше, прямо хочется на его сольник сходить.
маски

"Госпожа министерша" Б.Нушича, реж. Олег Лопухов

В Москве и под расстрелом не пошел бы на эту хрень, но вроде и делать нечего было - официальное открытие "Славянского базара" предполагает, что охрана тебе вывернет кишки наизнанку, а ради того, чтобы посмотреть на Саманту Фокс, проходить через такое неохота. В принципе, бывают антрепризы и более позорные, чем "Госпожа министерша" - и артисты отстойнее, и пляски уродливее, и ширмы более ободранные. Просто пьеса, пусть не шедевр и не классика в прямом смысле слова, но все же известная, ладная, имеющая удачные интерпретации в прошлом, сохранившиеся хотя бы частично в записи, наверное, заслужила более аккуратного обращения. Комедию обкорнали, одних персонажей выбросили, других отождествили. Чиновника, дающего новоиспеченной жене министра советы по поводу "высшего общества", и нового жениха дочери играет некий Тютин - говорят, сериальная звезда, но таких сериалов я не видывал, а на сцену страшно смотреть, когда он кривляется, грубо имитирует то "гламурные", то криминальные замашки. Талызина кривляется тоже, меняет один нелепый наряд на другой (особенно хороша шляпка с особняком на кумполе) чуточку поприличнее, но все равно ужас. Ее героиня, что в целом характерно для сатирических восточно-европейских комедий, задумала через спровоцированную интригу со служанкой развести дочь с мужем, но зятек оказался хитрее, подставил нового жениха, а потом тиснул в газетку памфлет, после которого министра выперли из кабинета - но от сюжета пьесы в спектакле остались ошметки, а от характеров - кляксы. На Марину Яковлеву страшно смотреть, особенно если помнить, какой она была. Остальных я просто не знаю - и слава Богу. Но ужас еще и в том, что одним "обрезанием" работа с текстом не ограничилась, его "актуализировали" самым страшным образом - не отказываясь от реалий Югославии 20-30-х годов, добавили фактуры и фразеологии последних десятилетий. Младший сын "министерши", привыкший бездумно кричать "долой", оказался пародией на нынешних "несогласных" любых мастей, а заодно на жириновцев, то есть все свалено в одну кучу - "разом нас богато" и "не врать и не боятся", без смысла и без вкуса. Тут впору спросить, "что хотели сказать создатели опуса", но они-то ничего не хотели сказать, они хотели немножко денег заработать. А вот когда в финале отставная министерша, обманутая в лучших своих начинаниях, кричит в зал "Долой правительство!" - не знаю, как в Москве (в Москве я правда не пошел бы на такое и под расстрелом, буквально), а в Беларуси это звучит сильно.
маски

Карина vs Карина

Предполагая, что конкурс в полном объеме мне посмотреть вряд ли удастся, впервые за свою личную историю "Славянского базара" пошел на концерт-презентацию участников в областную филармонию, где после короткой жеребьевки все двадцать конкурсантов спели по одному номеру, причем необязательно конкурсному, так что я уже заранее имею представление, кто и чего стоит примерно. Как обычно, почти все конкурсанты с самого начала хотели показать свои голоса, поэтому пели всякую заунывную нудятину, предпочтительно хитовую. Но голоса голосами, а интересных фигур среди конкурсантов совсем немного. От Беларуси - невзрачный и самый обычный мальчик Славич, от России и вовсе дико вульгарная бабенка под именем Анастасия (хотя была уже и, наверное, где-то есть прежняя Анастасия - неплохо было бы хоть ради приличия конкурсантке уточнить псевдоним), представленная артисткой Красноярского музтеатра, от Украины, правда, неплохая джазовая вокалистка Галина Конах, спела "Санни" в клубной манере. Прикольный живенький паренек от Македонии Бобан Мойсовски, голосистая кубинка Луселия с дыхалкой, будто у нее вместо легких кузнечный мех - исполнила "Я всегда буду любить тебя". Саша Сонг от Литвы вышел в той же шляпке, что был в Москве на Евровидении-2009. Саманта Тина из Латвии - ярко-крашеная в рыжий цвет девушка, но голос ее звучал глуховато, скорее всего, плохой дали звук, потому что в процессе саунд исправляли прямо на ходу. В конкурсе сразу две Карины - одна бесфамильная, от Эстонии, другая Газиянц - с такой вот фамилией, но от Узбекистана. Жюри, воздерживаясь от всяких комментариях по существу, ритуально заклинала, что уровень конкурсантов небывало высокий и выбирать будет очень трудно, а Дунаевский на персональном "Звезном часе" еще и подчеркнул в ответ на Соседкин вопрос, что никому подсуживать не будет точно. Но даже если и не будет - пока что я никого из 20-головой толпы участников конкурса для себя не выделил. Если оценивать голос - у кубинки фора, артистически же они все, кажется, примерно одинаково блеклые.
маски

Моисеев vs Моисеев

Бессмертный Герман на "звездном часе" с руководительницей ансамбля имени Игоря Моисеева и его солистами спросил, как те относятся, что их порой путают с другим Моисеевым - те покривились, а совершенно напрасно. Прекрасное совпадение, если совпадение, что те и другие моисеевцы выступали в один день практически подряд, только на разных площадках: Боря - в КДЦ "Витебск", бывшем КИМе, а народники - в амфитеатре.

Я уже видел клубный вариант новой Бориной программы - на поражающей воображение презентации альбома "Пастор" в ресторане "Сад":

http://users.livejournal.com/_arlekin_/2287644.html?mode=reply#add_comment

Но Сергей Савельевич Петров, ездивший на концерт в Тулу и в "Саду" также присутствовавший, встретив меня в облфилармонии на жеребьевке конкурсантов, сказал, что клубная и полноценная версии разнятся сильно. И это правда, при том что "Сад" давал свои преимущества, и не только с салатом из утки связанные - там обстановка больше располагала к включению в процесс. В КДЦ "Витебск" к тому же и со звуком дела обстоят не лучшим образом, но на моем личном впечатлении это не сказалось. Из нашего кружка ровно половина ушли после шестого номера, другая часть, ия в том числе, аплодировали стоя. О том, что упрекать Моисеева в выступлении под фонограмму глупо в принципе, лишний раз и говорить нечего (он, мол, просто рот открывает, да еще и несинхронно - но он не просто открывает, он так открывает, как, никто кроме Моисеева рта открывать не может), а стоит сказать, пожалуй, что не позволяет его шоу скатиться до формата буффонады, остаться в рамках эстрадного спектакля - это исключительно масштаб личности артиста. И скидки на подвиг, связанный с медицинскими проблемами - излишняя роскошь, они Моисееву не нужны. Да, ему трудно - но давно трудно, он все еще "просто мальчик", но давно уже не мальчик, у него есть определенные проблемы, они глаз не режут и не бьют на жалость, но заметны, а все-таки я бы их легко сбросил со счетов. Потому что программа "Танец в белом" порадовала меня, помимо всего прочего, одной важной вещью: Моисеев, как мне показалось в Москве, слишком радикально обновил свой репертуар, но в концерте наряду с песнями из нового альбома, ровного, любопытного, с несколькими потенциальными хитами, но не содержащего какую-то песню-"бомбу", пришлись ко двору и старые, и не только неизбежные, слегка поднадоевшие (регулярно обновляемые, но приедающиеся неизбежно) "Звездочка" и "Черный бархат", но и реанимированная "Голубая луна", и недокрученное в свое время "Небо на двоих". Второй момент - на редкость умно использованное видео, что большая редкость, так что и достаточно слабые песни, такие как, скажем, "Начни с себя", играют всевозможными красками благодаря постановочному решению и оформлению номера (особенно остроумно придуман момент, где танцовщики "фотографируются" с портретами Путина, Медведева и Бориса Моисеева за общей подписью "Я вернулся!" - тут уже что-то большее, чем самоирония, которой Боря отличался всегда) и вообще при несколько ограниченных собственных выразительных средствах Моисеев блестяще использует возможности как сценографического оформления, так и балета. После псевдосексуального, отвратительного трэша в концерте Аллегровой шоу Моисеева меня поразило своим непошлым эротизмом - балет и сам по себе отличный, но как выстроены танцевальные номера (а их удельный вес и значимость в программе по понятным причинам увеличилась), как они встроены в спектакль - отлично. Аскетичный бело-черно-красный колорит, который я отметил еще на московской презентации, в сочетании с видеопроекциями работает великолепно. Меня поначалу, когда я слышал о "новом Моисееве", слегка пугало, как бы Моисеев не потерял себя за всеми этими обновлениями - а он, наоборот, себя нашел.

На концертах Бориса Моисеева я бывал много раз, не пропустил ни одной московской премьеры его программ за последние десять лет, и на обычные, менее помпезные выступления в не самых престижных заведениях ходил, здесь мне сравнивать легко и делать выводы у меня основания есть. А вот, признаюсь не без стыда, ансамбль Игоря Моисеева не видел вживую никогда в жизни - разве что отдельные номера, как недавно калмыцкий танец в дурацком балетном гала, но целиком программу - мое упущение. Хотя и сюрпризом высокий класс балета Моисеева, понятно, для меня не стал - а позиционируется коллектив не как "ансамбль народного танца", но именно как "балет", и это справедливо. В хореографии Моисеева используются фольклорные элементы, но по сути это классический балет, где танцы встроены в сюиты, а сюиты в спектакли. Двухчасовая программа - разноплановая и в то же время целостная: кордебалетные номера (умопомрачительно построенная хореографически белорусская "Бульба") перемежаются с дуэтами (уморительно смешная эстонская "полька через ножку"), трио (калмыцкий танец и танец аргентинских пастухов "Гаучо" - трио чисто мужские, корейский - смешанное), квартеты (хореографическая картина "Воскресенье" - пантомимический мини-спектакль, где у каждого из четырех персонажей, двух девушек и двух парней, свой характер - и что меня удивило, танцовщики играют на домре и гитаре "живьем" - в то время как иные артисты, позиционирующие себя певцами и особенно певицами, живьем только признаются в любви к публике, а во всех остальных случаях пользуют фанеру). Номер "Партизаны" - это уже почти что цирк, его фишка - не танец, а трюк: персонажи в бурках словно летают по сцене. Финал концерта - "Яблочко" (часть сюиты "День на корабле") даже как отдельный финальный номер - классика жанра, но и сегодня смотрится свежо. И насколько все исполнено технично, а в то же время живо, эмоционально.
маски

люби меня холодную, люби меня голодную

После нескольких лет опалы Верка Сердючка реабилитирована - долго ее вырезали из эфиров, на нее клеветали, не давали делать концерты, но, кажется, волна прошла. Любой другой захлебнулся и утонул бы в мутном потоке, который на Сердючку сошел после того уже давнего Евровидения (хотя понятно, что история с "Раша гудбай"/"Лаша тумбай" - лишь повод, а суть дела в деньгах, как всегда), но Данилко сохранил придуманного им персонажа, позволил ему развиться, и в том числе музыкально. Собственно, концерт Сердючки поражает прежде всего музыкальным качеством, которое выводит его юмористической шоу на уровень совершенно уникальный. Не понимаю, как случилось, что до сих пор я никогда на сольных концертах Сердючки не бывал. Еще в Ульяновске в конце 90-х собирался - но тогда гастроли Данилко (у него была программа "Титаник. Плывущая страна" - почти чисто разговорная, Сердючка тогда мало или вовсе не пела) отменили, билеты не продавались (везде она шла на ура, но Ульяновск ведь - жопа мира). Потом в Москве в 2003-м у Сердючки проходил большой концерт в Лужниках, у меня и приглашение туда уже было на руках, но накануне концерта меня так сильно огорчили (в то время я еще способено был по-настоящему огорчаться), что я не следующий день не смог подняться с койки. Потом Сердючка долго жила в основном корпоративами - я видел как-то ее выступление на дне рождения Мити Фомина, но это же совсем не то, что сольник. В общем, хотя я практически идеально знаю музыкальный репертуар Сердючки и постоянно слушаю первые три ее альбома, а с Данилко имел удовольствие общаться лично и делать интервью (он человек интереснейший, но это тема отдельная), на спектакле Сердючкином оказался впервые. И не помню, когда последний раз испытывал подобную эйфорию на эстрадном мероприятии (это при том, что до Сердючки уже побывал на двух Моисеевых - и оба были хороши). Концерт начали в третьем часу ночи, в Витебске сейчас и днем холодно, а ночью подавно, а день выдался настолько насыщенный, что я не успел поесть - но голодный и холодный, под конец водолазку в трусы заправил и вместе с Феликсом и Соседкой плясал, впервые не знаю за сколько лет. Программа подается под маркой "театра Андрея Данилко", и шоу Сердючки - в самом деле театр, синтетическое музыкально-театрально-цирковое действо, но в то же время - эстрада в ее наивысшем, совершенном проявлении. Данилко потому так безошибочно попадает в аудиторию, что работает с ее подавленными комплексами, но воплощает их через подчеркнуто условного персонажа, настолько нелепого, что можно узнавать себя во многих проявлениях Верки - но невозможно себя с Веркой по-настоящему ассоциировать, то есть это такой психоанализ, но психоанализ безопасный, потому что травестированный (во всех смыслах слова). То же, что касается личных комплексов, относится и к комплексам общественным. Годы гонений Сердючку не напугали - поминать со сцены всуе фамилию Лукашенко - это по-белорусским меркам просто подвиг, в Беларуси и за самые осторожные намеки можно головы лишиться. Ну а более смешной пародии на Путина, чем делает Сердючка, как бы впроброс вспоминая его поведение на дне рождения Кучмы, пародируя, наряду с Путиным и Кучмой, также и Элтона Джона (легкими намеками, тонко, но невероятно смешно), я не слышал после позапрошлогоднего сольника Галкина, и если уж из телеверсии Галкина вырезали все упоминания о Путине, то как бы Сердючку, едва разрешив, не запретили в РФ снова. Тем более, что даже Галкин пародирует Путина как Галкин, а Данилко пародирует Путина как Сердючка, то есть от ее лица, через призму ее образа, с ее позициий на него смотрит и по ее меркам судит, используя ее специфическую риторику и ужимки - возникает невероятный стереоскопический эффект. Пока что планируется, что Сердючка заменит "новых русских бабок" в "Субботнем вечере", но это с осени и в качестве шоу-персоны. А я все-таки не могу отойти от музыкального впечатления. Даже старые песни звучат не так, как раньше - в "Я не поняла" открывается за гротеском лирика, забойная "Ха-ра-шо" превращается в медленную и тихую, почти интимную композицию, новенький "Розовый свитер" и тоже довольно свежая "Не проститутка", старые "Чита-дрита" и "Трали-вали", и до сих пор неизвестная мне, а, как я понимаю, очень давняя "Кыска Люба" - все здорово, но все равно это не концерт, а спектакль, многие сердючкины шлягеры звучат фрагментами, обрывками, намеками, поппурри, сквозное же действие строится по законам не музыкальной, а театральной драматургии, в формате стилизованного застольного разговора на празднике, где есть время пошептаться, и есть случай поплясать. Ох и поплясали же мы с Феликсом и Соседкой под "Смайлик" - кто бы видел!