April 25th, 2012

маски

4-й концерт, 4-я симфония, "Золушка" и "Египетские ночи" С.Прокофьева в БЗК, дир. Валерий Гергиев

Всего лишь тремя неделями ранее в том же БЗК "Египетские ночи" с Лондонским симфоническим оркестром делал Владимир Юровский:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/2246324.html?nc=2#comments

Требовалось чудо, чтобы версия Гергиева оказалась сильнее, и чуда не произошло. Но следует сразу оговорить, что Гергиев и Юровский, обращаясь к "Египетским ночам" Прокофьева, преследовали разные задачи. Юровский работал не просто с оглядкой, но с пристальным, глубоким вниманием к драматургической концепции Таирова. В сравнении с его, условно говоря, реконструкцией (не спектакля, конечно, но концепции) то, что предложил Гергиев - всего лишь самоделка, пускай и небезынтересная, по-своему любопытная. Чтецам досталось текста много меньше, чем у Юровского, и композиция - несопоставимо проще: в основном Пушкин, под конец чуть-чуть Шекспира. И снова Хаматова, только теперь в паре с Мироновым. Как ни странно, при всех возможных предубеждениях против Хаматовой невозможно не отметить, что ей удалось уловить и передать через поэтическую речь, особенно в шекспировском отрывке, прокофьевские интонации - возможно, сказался и ее богатый опыт, связанный с образом Клеопатры. Миронов декламировал выспренно - неправильно было бы сказать, что его работа оказалась неудачной, но из общей стилистики сюиты его выступление явно и резко выбивалось. Что еще обиднее, от сокращения текста совсем не выиграла музыка. Юровский в своей версии использовал куда более широкий, богатый, разнообразный музыкальный материал, Гергиев ограничился чисто симфоническими и только более или менее развернутыми, внутренне завершенными эпизодами, без участия вокалистов (а это сильно обедняет прокофьевские "Египетские ночи"), хотя прозвучали они хорошо, и вот это приятно, поскольку Юровского мне довелось слушать лишь в формате репетиции, так что о конечном музыкальном качестве в прошлый раз оставалось только догадываться.

Если в концерте, где заявлялись фрагменты из музыки к "Ромео и Джульетте" прозвучали всего три номера из сюиты, и принцип их отбора, не считая "Монтекки и Капулетти", остался для меня полной загадкой, то "Золушку" Гергиев подал как полноценную сюиту, целостную по музыкальной драматургии, очень достойно. Но все равно в плане музыки первое отделение оказалось, по-моему, более сильным. 4-й - наименее выигрышный из пяти, как мне кажется, фортепианных концертов Прокофьева, но и меньше других заигранный, так что все равно интересный. Алексей Володин сыграл его технически аккуратно и вместе с тем поверхностно, легковесно - сольный бис удался ему куда больше. А вот открывавшая программу 4-я симфония, тоже не самый благодарный материал (очень уж благостная, где-то даже простоватая), в исполнении гергиевского оркестра восхитила меня безупречным соединением мощи с изысканностью, силой без грубости и утонченностью без манерности.
маски

"1+1" реж. Оливье Накаш, Эрик Толедано

Говорят, фильм во Франции имеет какой-то немыслимый успех - возникает вопрос, что за публика ходит там в кинотеатры, и та ли самая, что голосует потом на президентских выборах, впрочем, вопрос в известной мере риторический. В российском прокате картину продвигают с такими усилиями, каких не тратят зачастую и на голливудские блокбастеры с участием суперзвезд. Неохота лишний раз думать и говорить о плохом, приятнее было бы рассмотреть картину вне социального контекста - но не получится, вряд ли ведь случайно, что два главных героя сопоставляются не только по принципам больной-здоровый, пожилой-молодой, богатый-бедный, но прежде всего - белый-черный, и никуда от этого не уйдешь, да если бы авторы хотели уйти - ушли бы, стало быть, таков исходный замысел.

Парализованный ниже шеи в результате неудачного полета на параплане богатей (франсуа Клюзе) ищет себе помощника, при том что у него в особняке штат обслуги и без того немаленький. На собеседование заявляется нахальный белозубый негр-уголовник с единственным и нескрываемым расчетом - получить подпись на справке, чтобы с двумя другими такими же подписями иметь право на пособие. Вместо этого богач негра нанимает, ну и, как водится, черпает от него и уроки жизни, и жизненную энергию. Почему-то предполагается, что энергичность чернокожего жулика, лентяя, хама и, называя вещи своими именами, ублюдка, должна вызывать умиление - у меня она вызывает омерзение. Жалко, такие поделки не обсуждаются в "Закрытом показе" вместо "Райских птиц" и "Одной бабы" - там бы "1+1" в момент разобрали с оглядкой на Ницше и Шпенглера, как аллегорию умирающей старой Европы, которой черные и всякие другие иммигранты придают новый импульс, хотя от паралича излечить ее и не в состоянии.

Паралитика в африканце устраивает в первую очередь то, что тот относится к нему без жалости, без скидок на его недееспособность. В самом же негре открывается бездна талантов - от художественного (смекнув, как хорошо продаются абстрактные полотна, он тут же принимается малевать, а бога пристраивает его мазню за бешеные тыщи и все до копейки отдает, естественно, новоиспеченному "творцу") до спортивных, а кроме того, негр быстро наводит в доме порядок, всех строит, и помощниц шефа, и его приемную дочь (своих детей-наследников у паралитика нет, в то время как у негра - пропасть родни, таких же уголовников, как он сам), и дочкиного бойфренда, всем дает просраться и понять, как надо себя вести, как одеваться, что думать и где гулять - его деятельность и в этом направлении воспринимается как нечто само собой разумеющееся, позитивное и благотворное. Классической музыки вот, от коей богач без ума, негр не понимает, в лучшем случае слышит в ней мелодии из рекламных роликов - но авторов (предполагается, что зрителей тоже) восхищает в нем и это: ну как же, свежая кровь, свежая культура, все старье - долой с парохода современности.

В сущности, кино при всей его художественной посредственности, очень честное: это не болезнь, это диагноз, и диагноз, верно поставленный. Другое дело, что обострение болезни, агонию, клиническую смерть авторы воспринимают и подают как выздоровление - но это уже вкусовой, точнее, идеологический момент. Единственное, с чем можно поспорить всерьез - с предложением порадоваться тому, как больная старуха Европа из последних сил пытается в параличе получить удовольствие от присутствия веселых витальных дикарей в ее никчемной жизни.

Образ благородного дикаря в европейской и, в частности, французской культуре возник не в связи с развитием либерализма, толератности и торжества прав человека до такой степени, что живущим в Европе африканцам дозволено побивать женщин камнями, ибо сие соответствует их собственным культурным нормам, которые имеют приоритет перед навязанными и чуждыми им европейскими понятиями - правозащитная идеология таким образом уже несколько десятилетий пожирает сама себя и скоро ее ожидает заворот кишок, но образу упомянутому - лет триста по меньшей мере, если отсчитывать от литературы Просвещения. Вот только негр из "1+1" какой-то уж очень неблагородный - самое обычное животное, вместо интеллекта - инстинкт, вместо морали - страх.

И то, что животное сильнее человека, что оно всегда выходит в противостоянии с человеком, как с более слабым, победителем - вполне естественно, тут европейские либералы демонстрируют достойное внимания единодушие с православными фашистами, взять хотя бы Н.С.Михалкова, чья "Цитадель" в других масштабах и на другом материале описывает ту же самую модель взаимоотношений. Или вот "Дирижер" еще одного православного режиссера Павла Семеновича Лунгина - прекрасный пример аналогичного подхода: чем существо биологически примитивнее - тем оно более живучее, а организмам посложнее надо приспосабливаться, опрощаться. Правда, Лунгину и даже Михалкову у французских коллег есть чему поучиться - до такого бесстыдства им далеко, и с рудиментами вкуса надо что-то делать, он же мешает добираться до сути. Зато у православных есть музыка митрополита Иллариона, а французам приходится в очередной раз пользовать фортепианные сочинения Сати - и как их самих не тошнит (Сати и еще Пярт - два последних прибежища бездарных режиссеров, у которых нет ни единой свежей мысли за душой, приходится прикрывать отсутствие музыкальным фиговым листком).

Выстраивая параллельные ряды: белый - богатый, но больной, старый, беспомощный, а также мнительный, неуверенный в себе, с одной стороны, и черный - бедный, но здоровый и молодой, не знающий сомнений и при всей простоте своего устройства хитрый, наглый, чувствующий себя во всем хозяином положения - авторы вроде бы стремятся показать, как эти параллели, пересекаясь, удачно дополняют друг друга. Но дебет с кредитом у них не сходится. Простая вроде арифметика в теории, однако ж при сложении двух натуральных единиц величина получается отрицательная. Выдуманная, высосанная из пальца (даром что "на реальных событиях" будто бы основанная в данном конкретном случае) мультикультурная идеология и в кино не убеждает, а уж по жизни остопиздела многим в Европе хуже горькой редьки, и только прекраснодушные мечтатели-интеллигенты продолжают дудеть в старую дуду, воспевать дружбу народов и ждать, пока пролетарии возьмут дела в свои руки. Возьмут, дайте срок - кино тогда уж не поснимаете в свое удовольствие. Впрочем, мы пока тоже не вагонетки с углем в уральских рудниках толкаем, а смотрим ихнее интеллигентское говно, в мягких креслах сидя, шампанское нам под это дело наливают (французское, кстати, шампанское - я на спец-показе от "Черешневого леса" сподобился с описанным кинопроизведением ознакомиться), да и отчего же напоследок не выпить, раз наливают пока что.
маски

"Укрытие" реж. Джефф Николс в "35 мм"

Тихая двухчасовая тягомотина на тему "пиздец подкрался незаметно". Конец света как бренд и конец света как банальность - фильму подходят обе характеристики. Бригадир бурильщиков (Майкл Шеннон) с женой (Джессика Честейн) и глухонемой дочкой живут до поры как люди, берут и выплачивают кредиты, планируют лечение и отдых, в общем, перебиваются, пока мужику не начинают сниться апокалиптические кошмары. Он задумывает превратить старый подвал в убежище, для чего использует технику фирмы, злоупотребляет доверием начальства, берет под залог дома ссуду и в результате лишается работы, а все вокруг считают его сумасшедшим, тем более, что он и впрямь потомственный шизофреник, его мать большую часть жизни провела в приюте для умалишенных. Тут как по заказу начинается гроза, семья прячется в готовом укрытии и разыгрывается кульминационная сцена: проведя ночь в подвале, жена предлагает выйти наружу, муж до последнего отказывается, а согласившись и открыв дверь, видит, что гроза прошла, пообламывала ветки деревьев, но ничего похожего на конец мира не наблюдается. Убедившись в собственной недееспособности, герой соглашается на курс лечения и для начала отправляется с семьей на пляжный курорт, где их и настигает предсказанный и предсказуемый пиздец.

Вот если б я из-за ентого кина на ночном сеансе опоздал к закрытию метро - вот где был бы пусть не пиздец, но большая-пребольшая неприятность. А концом света киношники пугают слишком часто, чтобы воспринимать этот мотив хоть сколько-нибудь всерьез. Поминутно рискуя получить бутылкой по голове от какого-нибудь русского, конца света вряд ли стоит бояться. К тому же только у Ларса фон Триера апокалипсис выглядит эстетически убедительно, в большинстве же случаев он связан с климатическим или экологическим коллапсом, а это не просто не страшно, но и не слишком увлекательно. Особенно французские кинематографисты на этот счет напрягаются, но и другие не отстают - на последнем фестивале ирландского кино, кажется, похожее что-то показывали (я не смог посмотреть), американцы тоже подхватывают инициативу, чтоб добро не пропадало. Не знаю, видел ли кто-нибудь из авторов поделок типа "Последняя любовь на Земле" или "Последний романтик планеты земля" Тарковского, но даже если не воздушно-капельным путем, то каким-либо другим образом эта моралистская зараза их не обошла. "Укрытие" в этом плане выгодно отличается тем, что его посыл скорее обратный тому, что у Тарковского в "Жертвоприношении": сыгранный Майклом Шенноном новый Ной старается вопреки всему спасти себя и семью, а мир пускай гибнет - в результате, правда, гибнет и мир, и Ной, утративший веру в дарованное ему откровение (немудрено, однако, утратить, если тайное знание приходит через дешевые кошмарные страшилки, о которых здоровый взрослый мужик, отец семейства, господний раб и бригадир писается в постель). Такого рода фильмы, даже талантливо сделанные, совсем неумные - "Укрытие" скорее наоборот, неглупое, но недостаточно талантливое (несмотря на добротный сценарий и отличных актеров), его проблема не философского, а чисто эстетического свойства, на уровне не содержания, но формы. Потому что "правильное" кино про конец света должно длиться не два часа, а намного дольше, картинка - непременно черно-белая, никакого сюжета, минимум диалогов, построенный не более чем на бесконечно повторяющихся трех нотах саундтрек и упаси боже от хоть сколько-нибудь узнаваемых артистов. Но такой фильм недавно в прокате уже шел:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/2236265.html