March 9th, 2012

маски

Новый концерт Максима Галкина, телеверсия

Ну я примерно так себе все и представлял - мало того, что запись октябрьского (!) концерта, первого за четыре года сольника Галкина в Москве, показали не вечером 31 декабря, как всегда бывало прежде, но только сейчас, 8 марта, так еще и в урезанном виде.

Прежде всего, само собой, выкинули "политический" блок - а это минут двадцать в самом начале концерта, не меньше. Невиннейшие, лояльнейшие приколы над Путиным и Медведевым, никакой, боже упаси, крамолы, к тому же половина шуток - из старых программ и уже звучали раньше с той же самой сцены Кремлевского дворца - а все равно низзя, и не просто что-то подредактировали, а тупо отчекрыжили весь кусок целиком, от первого до последнего слова! Полагаю, Максим предвидел это, поэтому всю "политику" выдал сразу, чтобы потом не возвращаться к теме и дабы не усложнять работу телевизионщикам. Но это ладно, не только политический юмор пошел в расход, а много чего по мелочи, в том числе песенка "Два пролета", остались только "На недельку для второго", открывающая программу, и "Это любовь", завершающая, и некоторые совсем уж "безопасные" с точки зрения любой цензуры моменты.

В частности, по ТВ не показали репризу про мальчика Додика и собаку Роксаны Бабаян - не то чтобы она феерически удачная и без нее никак, но и ничем не хуже многого другого, как и дико смешная история про выступление Бори Моисеева на Дне милиции - ну конечно же, все это пошло в расход. Правда, тут проблема не только в политической цензуре, чьи плоды очевидны: за всю программу фамилия Путина звучит однажды, точнее, два раза подряд в номере от лица Вячеслава Зайцева, пародии на старую версию "Модного приговора" - и все. Но в рассказе про еврейского мальчика Додика политики нет уж вовсе никакой, сама Валерия Ильинична Новодворская не углядела бы в нем намека на сатиру, и кстати, Новодворская по-прежнему в репертуаре Максима присутствует, но фигурирует в той же пародии на Зайцева, что и Путин.

Галкин работает в жанре, нехарактерном для русскоязычного юмора в принципе и современного в особенности, близкого к т.н. "стендап комеди", а он заведомо рассчитан на камерный, клубный формат, в кремлевских масштабах уже что-то теряется, а в телеверсии и подавно - монтировать концерты Максима для ТВ, должно быть, очень трудно, в них самое интересное заключается не в отдельных, самодостаточных приколах, а в логике сквозного действия, как бы спонтанной, да во многом и действительно не отрепетированной, не наигранной - любое выступление Галкина, тем более огромный двухчастный сольник, при минимальном интерактиве - всегда общение со зрителем, и без этого живого общения нечто важное пропадает непоправимо, всякий концерт удобнее, комфортнее смотреть в записи, Галкина - только из зала.

С другой стороны, помимо объективных трудностей, подход режиссера и монтажера телеверсии не идет на пользу результату - публику в зале показывают чуть ли не больше и не крупнее, чем артиста на сцене: когда тот же прием используется в песенных сборниках, он оправдан, но не в разговорном монологе продолжительностью два с лишним часа - помимо Орбакайте, Буйнова с Достманом, мордатой спекулянтки, которая торгует у Кремля и Консерватории, но сама всегда ходит на концерты по оставшимся билетам, камера раза три засекла и нас с мамой, чего я никак не ожидал: мы сидели хоть и в вип-партере, но сбоку, почти у самого края (последние годы я с Максимом практически не общался, но спасибо ему, когда попросился на концерт, приглашения он мне очень любезно сделал на тот день, на который я хотел, то есть мог, потому что те дни были совершенно безумные: "NET", "Сезон Станиславского" с "Гамлетом" Някрошюса, и еще концерт Лолиты в Крокусе, которым, увы, пришлось пожертвовать, а если бы пошел на Галкина в первый из двух дней, но и с последним спектаклем "NETа" пролетел бы), нас по всем законам телесъемки не должны были "заметить" - но камера так много снимала зал, что, наверное, все присутствовавшие хоть раз да увидели себя по телевизору.

Зато по ТВ также можно было посмотреть в одной программе дуэты и с Гальцевым, и с Аскаровым, которые записывались в разные дни - мы ходили во второй вечер и видели Аскарова, а Гальцев с Максимом разыгрывали импровизацию на тему встречи Красной шапочки с бабушкой в первый (не могу сказать, что это высшее достижение Галкина и Гальцева даже в совместном творчестве, их дуэты "Юрий Куклачев и кот Агафон", и еще в большей степени "Путин и Елизавета Вторая" намного остоумнее, но раз теперь Путина совсем нельзя, то остается беспроигрышная Красная Шапочка), в телеверсию вошли оба.

Никак не могу согласиться с теми, кто утверждает, будто Максим как юморист потерял форму и уже не тот, что прежде - они просто, для начала, не понимают, о чем говорят, наверняка и "прежнего" Максима Галкина не знают как следует (а я, между прочим, ни одного его московского сольника за десять лет не пропустил, и все потом пересматривал в телеверсии тоже), оттого и "нового" не способны оценить. Впрочем, у "нового Галкина" есть непреодолимая репертуарная проблема - нет достойных объектов для пародий. Политика, стало быть, не дозволяется, на ТВ так уж точно, да и со сцены не особенно (я помню, как на концерте в Витебске неожиданно для всех, но прежде всего для местных жителей Максим заговорил про Лукашенко - и опять-таки, ничего совсем уж криминального, но там это в принципе невероятно дело, а теперь, выходит, и тут), а в шоу-бизнесе, на музыкальной эстраде мало того что ярких новичков не появляется, так ведь еще и старые либо уходят, забываются, либо, увы, умирают.

Из новых музыкальных пародий в "новом" концерте присутствуют Елка и Стас Михайлов с Еленой Ваенгой - все, расчет окончен. Плюс Диана Арбенина, но пародия новая, а объект - не очень, и так со многими другими. Жанна Агузарова и Маша Распутина, по-моему, если и не забыты по сей день, но как раз благодаря пародиям Максима. Остальных или никто не знает, или пародировать невозможно - до того безликие, что зацепиться нечего. Делал Максим несколько лет назад пародию, к примеру, на Бьянку - но это же смешно (в смысле - грустно): кто такая Бьянка, чтобы ее Галкин пародировал?! Или, например, в концерте Максим показывал пародию на Ефрема Амирамова - но многие ли способны сегодня распознать в этой пародии, которая сама по себе очень удачная, оригинал? В телеверсию она, естественно, тоже не вошла. Хорошо еще Александр Серов не с концами забыт, посвященный ему номер не вырезали пока - надолго ли?

Вот и получается, что главным объектом пародии для Максима становится его собственная персона, а также его, скажем так, семейно-дружеский круг, и медийная мифология, этим кругом порожденная. Да, творчество сводится, по сути, к автопародии, но что же делать, если для юмориста уровня Максима Галкина едва ли не единственным достойным и доступным объектом иронической рефлексии оказывается сам Максим Галкин и фигуры, с ним напрямую связанные, а зачастую в связи с ним прежде всего и интересные - такая вот сложилась ситуация на эстраде, в шоу-бизнесе и вообще по жизни. Не слишком веселая ситуация - а Максим все же и в ней находит источник вдохновения, так это достижение его личное, показатель творческого развития и роста, вовсе не падения.