January 13th, 2012

маски

"Таис" Ж.Массне, дир. Ян Латам-Кениг ("Крещенская неделя" в "Новой опере")

Никогда раньше не слушал эту оперу целиком, хотя самая популярная и часто исполняемая музыка Массне - именно симфонический фрагмент из нее, подающийся обычно как "Размышление". В музыкальной драматургии оперы этот эпизод ключевой - Таис, язычница и гетера, в этот момент делает выбор в пользу жизни духа и умервщления плоти. Естественно, исполнение не было ровным, поскольку солисты слишком разного уровня. Но исполнительница заглавной партии порадовала сверх меры - нашлись и критики, однако и они, отмечая, что для ее голоса партия слишком высокая, отдали Соне Йончевой должное. А мне она понравилась просто очень - по-моему, прекрасно спела, и не просто спела, но создала образ, причем чисто музыкальными средствами. Кое-какие попытки театрализовать концерт были предприняты - с помощью света и заимствованных из других постановок театра конструкций, в финале уходивших под сцену, а также видео, на котором изображение Венеры (небесного тела, но и символа богини, которой служила Таис до принятия христианства) сменялось крестом), они не раздражали, но и ничего особенного не добавляли. Зато вокал у девушки - на редкость пластичной, даже если она какие-то верхние ноты и не совсем вытягивала. Партнер ей достался тоже приличный, но остальные, конечно, сильно уступали обоим, поэтому лучшими моментами оказались два дуэта в последнем акте. Оркестр тоже порадовал аккуратной работой, в общем, фестиваль открылся удачно.
маски

"Елка. Точки расставлены" (телеверсия на ТВЦ)

Уже одно то, что по какому-никакому, но метровому телеканалу показывают целиком клубный концерт Ёлки, говорит о многом - и про этот канал тоже (эфирная политика ТВЦ во многих отношениях совершенно непредсказуема, тут выходят откровенно профашистские православные агит-шоу, и наряду с ними документальные фильмы Леонида Млечина противоположной идейной направленности, каких нельзя представить и на Первом канале, не говоря уже про "Россию" или антикультурную шумаковскую "Культуру"), но главным образом, про Ёлку. Не одни только Стас Михайлов с Еленой Ваенгой пробились на экран вопреки существующим в шоу-бизнесе и спаянному с ним ТВ установкам, Ёлка тоже, и сам факт уже радует. Другое дело, что концерт в целом мне не то что не понравился, но показался скучноватым. Хотя у Елки есть и репертуар, а не просто полтора хита на бис в загашнике (она еще почему-то не пела "Девочку-студентку", с которой лично я ее заметил впервые и которая в свое время так полюбилась "самой" Алле Борисовне), и шоу (но, правда, мельтешение балета на тесноватой эстраде "Арены" скорее раздражало, чем украшало), и платья, умеренно-экстравагантные, и сама по себе она интересная, не одними только песнями. Но драматургию концерта она не держит. Очевидцы (я очень хотел пойти на ее сольник, однако в тот день меня и в Москве не было, а если и был - там столько всего навалилось, что непонятно, куда идти и под какой поезд бросаться) ругались и плевались, но не такие, чтоб заслуживали безоговорочного доверия, и я думал - может, они чего-то недопоняли. А может и я чего-то недопонял. В любом случае здорово, что концерт записали и выпустили в эфир. В нем было несколько моментов занятых, в том числе дуэт с Павлом Волей - тоже неплохая песня, но они ее еще и удачно ее подали, сымпровизировали, уж на что я Волю на дух не переношу, а тут он пришелся ко двору. А в целом, конечно, точки пока ставить рано - есть что развивать и куда двигаться дальше.
маски

"Контрабанда" реж. Бальтазар Кормакур

Непроясненной природы и цели кинопроизведение - вроде лихой криминальный боевик, но хромающий на обе ноги, для жанрового экшн-фильма с хеппи-эндом в нем есть моменты, несообразно жесткие с общим благостным посылом, как будто авторы хотели сделать "как взаправду", но потом испугались, что зритель не поймет. Марк Уолберг играет потомственного контрабандиста, его папаша только что загремел в тюрьму, но сын уже давно завязал, у него жена (Кейт Бейкинсел) и двое подрастающих сыновей. Однако младший брат жены словно решил поддержать семейную традицию, и сразу опростоволосился, при таможенной проверке сбросил в море чужой кокаин, "босс" (Джованни Рибизи) обещает всю семью перебить, и тогда шурину приходится взяться временно за старое, чтобы спасти родственника и своих близких, которых он, уходя "на дело" в Панаму, оставляет на попечение лучшего друга, тоже завязавшего контрабандиста и алкоголика (Бен Фостер), не подозревая, что друг-то и стоит за всем этим делом. В Панаме разворачивается сюжет в сюжете и как бы фильм в фильме - пока меньшой брат ходит за наркотиками, которые герой вовсе не хотел брать, планируя ограничиться неразрезанной партией фальшивых долларовых бумажек, их разводят, кидают и снова разводят, втягивая в ограбление, при котором все местные партнеры, включая их заводилу-отморозка (кажется, это был Диего Луна, а может и нет, в бороде трудно опознать), погибают, но чудом всем контрабандистам удается вовремя вернуться на судно, где их ждет еще масса злоключений. Тем временем друг-предатель нападает на жену своего подельника, та бьется затылком о раковину и он ее бездыханное тело совсем уж было успел закатать в бетон, да муженек вовремя подоспел, позвонил по телефону, услышал практически уже из-под бетона звук мобильника (!), достал жену - а она и жива оказалась, в больнице очухалась, ну друга натурально замели в тюрьму, где ему предстояла "теплая" встреча с папашей главного героя, а самое при этом забавное, что за доллары контрабандисты получили три миллиона, а за грязную тряпку, случайно прихваченную из Панамы в угнанном у тамошних бандюкганов в фургоне - все двадцать, потому что тряпка оказалась... полотном Джексона Поллока, официальной стоимостью в 140 миллионов долларов США. "Не тем я бизнесом занимаюсь" - печально вздыхает наркоторговец, и криминальная драма окончательно трансформируется в криминальную комедию. Вот как хочешь, так и понимай: тяжела и неказиста жизнь контрабандиста - партнеры кидают, друзья предают, а уж таможенники как лютуют, однако при хорошей хватке, с опытными напарниками и умением быстро реагировать на форс-мажоры можно неплохо нажиться, задолго до старости заработав на домик возле океана, если прежде того в бетон не закатают.
маски

"Черное золото" реж. Жан-Жак Анно

Два арабских султана, а точнее два вождя племен, после поражения в войне одного и победы другого заключили мир по поводу ничейной и абсолютно безжизненной пустыни под названием Желтый пояс: в залог того, что эта земля не принадлежит никому из них, проигравший скрепил свою клятву Аллаху, отправив в крепость победителю двоих маленьких сыновей. Вскоре залетные американцы обнаружили в пустыне нефть, и султан-победитель, похоронивший к тому времени умершую от холеры жену, решил на ней разбогатеть, дабы догнать и перегнать Америку в области здравоохранения и заодно образования. Но самым нефтеносным районом оказался пресловутый Желтый Пояс, а второй султан, твердый в мусульманской вере, не захотел пускать на нейтральную территорию иностранцев с их шайтан-машинами.

Жан-Жак Анно снимает кино в манере, в какой могли бы его снимать в 19 веке, если бы к тому времени уже изобрели. Как приключенческий фильм "Черное золото" - нормальная, смотрибельная, достаточно увлекательная картина, которая за два с лишним часа не успевает наскучить. Но затруднительно вписать ее сюжет в историю 20 века, хотя именно в 20-м веке он разворачивается. Такое ощущение, что Анно игнорирует, и осознанно, все, что предшествовало нефтеразведовательной деятельности в Аравии, и тем более то, что за ней последовало. Из двух сыновей-заложников старшего, старомодного и воинственного поклонника соколиной охоты, убивают при попытке убежать из плена, а младший, не бравший в руки оружия книгочей, становится несмотря на брак с дочерью врага, причем брак по большой любви, верным сыном своего "правоверного" отца, и вместе с еще одним своим братом, единокровным, медиком и вольнодумцем, собирает армию племен, покоряет султанат тестя и как бы смеха ради, но и не без корыстного расчета, отправляет его в Хьюстон представлять свои интересы перед американскими нефтепромышленниками.

Карнавальности этой интриге добавляет и то, что султанов-врагов играют Марк Стронг (упертого, но честного и прямого - он запрещает своим подданным принимать лекарства, а в качестве транспортного средства признает только верблюдов) и Антонио Бандерас (прогрессивного, но хитрого и своекорыстного - он владеет автомобилями и самолетами, а также броневиками, строит больницы и библиотеки), а их сын и зять соответственно оказывается достойным наследником обоих, соблюдая предписания ислама, но позволяя иностранцам разрабатывать нефть. Бывший в плену библиотекарем, он превращается в лихого воина и ему покоряется пустыня, что в фильме подается как большая победа, которая на пользу всем - и оседлым арабам, и бедуинам-кочевникам, и американцам. Как будто Анно живет на Луне, и начитавшись Верна с Киплингом, все так себе и представляет, без тени иронии и полностью всерьез. В его кинематографе и средневековая Европа, и современная Азия, и уж само собой Сталинград всегда отдают привкусом клюквы, но клюквы вкусной, богатой витаминами. "Черное золото" тоже не лишено этих достоинств, но сама тема уж больно горячая, чтобы взирать на нее словно с Луны и делать вид, что все хорошо, прекрасная маркиза, и мусульмане на нефтяные деньги примутся как подорванные строить больницы да библиотеки, а о войне с "неверными" и думать забудут. Если что в картине и может показаться убедительным - то, как ни странно, тот фантастический момент, что библиотекарь-интеллектуал, едва взобравшись на боевого верблюда с оружием в руках, тут же припоминает вековые-навыки предков, одним махом разбивая наголову и колонну броневиков, и самолет из ружья подстреливая, и с пробитой пулей головой, когда его брат-медик уже признал мертвым, встает целехонький и как ни в чем не бывало ведет дальше свою разношерстную армию: да, сколько бы денег не получил от Запада дикарь, сколько бы книжек он не прочитал и какой техникой не овладел бы, ничто не сможет превратить животное в человека - в это поверить можно. Остальное же остается смотреть как занятную сказку в духе "тысячи и одной ночи", тем более, что "ночей" у нас в запасе остается все меньше.

А вот чего невозможно из фильма понять совсем и чему совершенно нельзя поверить даже как условности авантюрного сюжета - так это развязке любовной линии, которая у Анно, конечно же, присутствует тоже. Влюбленный в свою жену-принцессу, пусть ему ее и навязали с политическими целями, юный воин-библиотекарь встречает в своих боевых странствиях по пустыне женщину из того же кочевого племени, принцессой которого была его мать, захваченная когда-то отцом-султаном. Эту женщину сначала он вызволяет из рабства, потом она ударом кинжала в спину мстительному убийце спасает жизнь своему освободителю, и вроде бы всех их отношения Жан-Жак Анно ведет к лямур-тужур, но девушка цокая копытами удаляется в свои пески, а юноша возвращается к жене, которая к тому же оказывается беременной. Непонятно здесь только одно - зачем ему делать такой мучительный выбор? Анно, конечно, судит - пока еще - своими, европейскими мерками, но герою как истинному последователю Аллаха не возбраняется иметь не то что двух жен сразу, а гораздо больше - так в чем проблема?
маски

"Я, Франсуа Вийон, вор, убийца, поэт" реж. Серж Мейнар

Возможно, те, кто считает, что по телевизору нечего смотреть, смотрят исключительно канал "Культура", где смотреть после того, как пришел Шумаков и навел там православные порядки, действительно нечего. Особенно в плане кинопоказа, по которому "Культура" уступает любому дециметру. Теперь вот "Культура" удивила мир особенным реалити-шоу - по примеру метровых "старших братьев", но с псевдо-просветительским уклоном:известные люди, артисты и писатели, учат в студии английский язык (зачем же такие полумеры? снимали бы сразу "Звезды в монастыре", хоть поржать дали бы повод). А принципы отбора кинорепертуара, если не считать "Культа кино" Разлогова (к нему могут быть свои претензии, но там, по крайней мере, просматривается какая-то "художественная политика", а не только идеологический заказ), просто ставят в тупик. Ну допустим, фильм "Рождество" взяли, потому что он про Рождество - и уже неважно, насколько он бездарный, топорный, вообще непригодный к употреблению, даром что импортный. Но целую неделю вечерами втюхивали разномастные (в разных странах и в разные годы снятые, но сравнительно недавние и одинаково никчемные) кинобиографии писателей и художников. Я попытался посмотреть первую из этого цикла - про Вийона, и не стал бы про нее вспоминать вовсе, если б не участие Дени Лавана. Звезда фильмов Каракса 80-х, сегодня он и снимается вроде немало, но как будто незаметно. Тут у него крошечная и проходная ролька, на три эпизода - играет он стражника Безона, злодея, который преследует поэта-разбойника и вообще всех подряд, ну просто выродок, и стонут от него и простые горожане, и студенты, и преподаватели. Лавану - пятьдесят, и если в молодом возрасте специфическая внешность работала на него, то теперь - против, вряд ли в 80-е, после "Дурной крови" и "Любовников с Нового моста" он стал сниматься бы в такой херне. Настолько плоско и тупо подать биографию Вийона - надо постараться. Телефильм при этом совсем свежий, 2010 года, и представляет собой экранизацию книги некоего Жана Теле, а история Вийона в нем рассказывается от первого лица: поэт отмокает в ванной и сочиняет мемуары, однако в финале, после очередного помилования, исчезает без следа. То есть что с ним случилось между тем, как он засел в лоханке за воспоминания и его "исчезновением", то ли не придумал писатель, то ли французские телевизионщики не досняли. В главной роли - тоже достаточно известный актер Франсис Рено, не суперзвезда, но в кое-каких картинах за последнее время снимавшийся. Но его, по крайней мере, привлек персонаж, а Лаван, видимо, теперь уже совсем не имеет возможности выбирать, иначе зачем ему участие в таких проектах?
маски

"Милашка в розовом" реж. Ховард Дойч, 1986

Кому верить - неясно, непосредственно в фильме режиссером называют Джона Хьюза, а на кинопоиске - Ховарда Дойча, и это значительная разница, поскольку первый - создатель огромного числе нетленок типа "Один дома", "Бетховен" и "Кудряшка Сью" (все это уже сильно позднее "Милашки"), а у второго в активе - "Байки из склепа", но сценаристом в любом случае числится Хьюз, а сценарий тут вряд ли изначально был выдающимся. Кондовая, традиционная школьная мелодрама о девушке из бедного квартала и богатом парне, который стесняется своей любви к ней, о безработном отце, переживающем уход матери, и о комичном недомерке, составляющем богачу-красавцу конкуренцию - с главным для такого рода кино вопросов: кто с кем пойдет на школьный бал - и, конечно, с взрослыми актерами в ролях учеников. Сегодня благопристойная и благонамеренная "Милашка..." кажется и морально устаревшей (все герои и вообще все ученики школы - белые, ни одного негра, ни одного латиноса, не говоря уж об азиатах-мусульманах, а у "бедной" девушки ее безработный папа едет, точнее, отказывается ехать на собеседование на собственной машине - сегодня все были бы разноцветные, бедняки превратились бы в бомжей или наркоторговцев, а богачи - в наследников нефтяного бизнеса, и уж конечно, никакого примирения, тем более любовного, не случилось бы), и эстетически ("Милашка в розовом" - часть сора, из которого растут, не ведая стыда, современные подростковые комедии, наследуя, впрочем основные формальные особенности: набор типажей, сюжетно-композиционную структуру с непременным балом в финале и т.п.).