November 1st, 2011

маски

"То лето страсти" реж. Филипп Гаррель в "35 мм"

Не сказал бы, что фильм невозможно смотреть физически - смотреть с чем сравнивать, и надо понимать заранее, что из себя представляет стиль Филиппа Гарреля. Его "Просто любовники" были про 60-е и черно-белыми, но не шли в прокате, а показывались только в рамках ММКФ и потом много раз по ТВ1000:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/913441.html?nc=4#comments
http://users.livejournal.com/_arlekin_/914705.html

в "То лето страсти" - про наши дни и цветные, но все остальное, начиная с Луи Гарреля в главной роли и заканчивая призывами к революции против капиталистов за счастье трудового народа из уст ленивых, зажравшихся, не занимавшихся физическим трудом ни минуты за всю свою жизнь богемных леваков, живущих в прекрасных квартирах и сытно обедающих за чужой счет - то же самое. Ну еще в "Просто любовниках" речь шла как бы об одной паре, а в "Лете страсти" - как бы о двух, хотя конфигурация в четырехугольнике постоянно меняется. В самом начале фильма Фердинанд, персонаж Луи Гарреля, разбивается на машине, тоже, кстати, недешевой, насколькоя могу судить - впрочем, еще его дед-миллионер был коммунистом, у европейских миллионеров это очень даже просто, а Фердинанд - художник, и женат на итальянской актрисе Анжель, которую, как на грех, играет Моника Белуччи, старая и толстая до такой степени, что даже неожиданно, и это единственная неожиданность за весь фильм продолжительностью час сорок. Но коль скоро главный герой разбился уже в самом начале, право рассказчика присваивает себе его друг, актер, пробавляющийся съемками в эпизодах, а остальное время посвящающий революционной борьбе, которая в основном выражается в призывах к мировой революции и бунту против буржуев за бокалом доброго красного вина (опять-таки не за свой счет) и безуспешным попыткам торговли революционной периодикой, многотиражкой "Восстание". У актера-революционера тоже есть сожительница, и она ревнует его к Анжель, а Анжель гуляет от Фердинанда, но тот тоже ходит к проституткам, ведь все они - люди свободные, современные, недогматичные, однако жутко ревнивые собственники, когда доходит лично до них, и Фердинанд собирается обвинить Анжель в неверности, чтобы не отсудила при разводе половину состояния, но не успевает. Разбивается он, кстати, не насмерть, в больнице его успевает навестить актер-приятель-рассказчик, но потом его все-таки хоронят и на этом тягомотина заканчивается. Страсти в ней нет и проблеска, революционный пыл тоже выдохся лет сорок назад, Луи Гарреля приятнее видеть трахающим молодых гибких пареньков (в "Все песни только о любви"), а не старых толстых теток (даже если это Моника Белуччи), но сказать, что все это невозможно смотреть - я бы не сказал. Можно смотреть все, что угодно, надо только понимать, что смотришь, и лучше, если заранее.
маски

"The diceman", театральная компания "Спутник Шиппинг", реж. Виктор Бодо ("NET")

Год назад Виктор Бодо неожиданно прогремел со своим "Часом, когда мы не знали друг о друге", хотя мне и тот спектакль показался милым, но средним, особенно на фоне программы прошлогоднего фестиваля, беспрецедентно богатого на выдающиеся события:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1881684.html?mode=reply#add_comment

"Дайсмен" - еще более средний и совсем не такой милый, хотя что-то совсем плохое про него сказать трудно. В нем прежде всего подкупает текст, которого много, который трудно считывать с субтитров, тем более, что проектор пару раз по ходу отказывал - тем не менее качество текста невозможно не оценить, он остроумный и хорошо выстроен. В спектакле присутствует и внятный сюжет - тоже немало. Представление начинается как театрализованный суд над психиатром, а превращается в подобие психодрамы. Герой-врач - благополучный семейный человек, в своей работе использующий метод "дайс-терапии": он предлагает подбрасывать кубик и в зависимости от числа, которое выпадет, выбирать ту или иную стратегию поведения, причем с поступками зачастую весьма эксцентричными. Это до поры весело, но приводит к серьезным последствиям. Дайс-терапия, вопреки обычному стремлению психиатров собрать личность воедино, единую личность разрушает, взамен делая человека свободным. Ценность такой свободы и исследуется в спектакле. К сожалению, средствами на уровне студенческого КВН, с элементами синхробуффонады, транс-шоу и прочими нехитрыми примочками, которые не только утомляют, но и отвлекают от текста, самой интересной составляющей спектакля, что для спектакля, и в особенности "нового европейского", строго говоря, ненормально.
маски

"Серебряная рыбка", А.Йонсдоттир, Национальный театр Исландии, реж.Т.Сигурдссон ("Большая перемена")

Рассчитанный совсем на малышей (официально - от трех лет, но по-моему, среди зрителей и груднички попадались), спектакль тем не менее порадовал и такого старого ворчуна, как я. Исландцы (а среди исполнителей - действительно сплошь потомки древних скандинавов, что редкость для сегодняшней северной Европы) не просто сделали симпатичную сказку в технике "черного кабинета" с забавными куклами-рыбами на сюжет про серебряную рыбку Синди, которая, точнее, который, захотел стать золотой и отправился в путешествие, встречая по дороге других рыб, осминогов, китов (причем осьминог прикольно пляшет, а кит, нуждающийся в помощи - у него в зубах сеть застряла - подмигивает огромным глазом), а выяснил, что достаточно быть и серебряной рыбкой, но честной и смелой - они еще и очень удачно свое представление адаптировали для показа в Москве. На роль рассказчицы - продавщицы магазина аквариумных рыбок, которая со своими подопечными беседует, когда подкармливает, а они знай пускают пузыри и плещут в ответ водой (рыбки настоящие, но нехитрые технические приспособления позволяют имитировать интерактив) - пригласили актрису театра им. Вахтангова Елену Сотникову. Но в основном персонажей озвучили по-русски сами, кое-что подкорректировав с учетом местных культурных реалий и в тексте. Вышло пресимпатично.
маски

"Другие" Ж.П.Сартра, проект "Театральный марафон", реж. Яков Ломкин

На выходе из "Серпуховской" три очень разновозрастные девушки метались с криками: "Ну где же тут театр?" - и собирались уже ловить машину, непонятно только, какую и куда при одностороннем движении на Большой Тульской и мертвых пробках на Люсиновской. Послал их по адресу, не спрашивая даже собственно адрес, потому что и так понятно, не в филиал Малого люди собрались, а на встречу с большим и настоящим искусством, оттого и истерят в предвкушении - ну и сам пошел туда же. Странно вспоминать, что еще пару лет назад тот же самый Максим Аверин, на которого теперь очереди в женский туалет выстраиваются аж от металлоискателя при входе, в полупустом крошечном театральном зальчике Музея Пушкина (не ГМИИ, а того пушкинского музея, что на Пречистенке, в переулке) играл скромные, не слишком выдающиеся, но для своего формата приемлемые спектакли по Гоголю, и никто от "Кропоткинской" не спрашивал, где тут Пушкин, где Гоголь, где вообще что. Причины перемен слишком хорошо известны - идут уж конечно не на Сартра, да и не на Аверина, идут на "Глухаря", а последствия их испытал в том числе и на собственной шкуре, поскольку в одном из недавних номеров вместо моей "звезды у экрана" повсюду встал Аверин, начиная с обложки, как будто бы назначенный временно "главным редактором" (ну это типа фишка была такая, я до конца не понял, в чем прикол, но судя по очередям в женский туалет, маркетинговый ход был продуман и реализован архисвоевременно). Но возможности актера Аверина я, по счастью, знаю не только в формате ментовского сериала и антрепризных или музейных театральных опытов, он интереснейший актер, участвовавший в том числе и в спектаклях, которые, надеюсь, останутся в новейшей истории театра. Про режиссера Якова Ломкина этого не сказал бы, хотя с его творчеством, и актерским, и режисерским, тоже некоторым образом знаком. Поэтому так любопытно было взглянуть на французский атеистический экзистенциализм глазами православного еврея. Эту пьесу любимого автора Валерии Ильиничны Новодворской чаще ставят именно в антрепризахУ , начиная с 90-х, чем в репертуарных театрах (на моей памяти был только спектакль у Беляковича "Ад - это другие" на Юго-Западе, да и тот чуть ли не с советских времен шел, а по тогдашним меркам и Сартр с Камю считались прорывом) - очень она для антреприз удобна: действующих лиц мало, место действия одно, и текст короткий, как ни раздувай, а на полтора часа без антракта от силы, не длиннее. В спектакле Ломкина по темной сцене разбросаны красные подушки, а сверху, с крючьев свисают три надувных резиновых черных дивана, которые потом персонажи переставляют с места на места в различных конфигурациях. Вместе с Авериным играют его постоянная партнерша (в том числе и по скромным опусам в Музее Пушкина, не только по "Сатирикону") Агриппина Стеклова, выдающаяся актриса, не в пример Аверину не слишком преуспевшая на сериальном поприще, но совершенно грандиозная на сцене, и даже на этой, с красными подушками, в том числе. Персонаж Аверина - журналист, замучивший своим образом жизни жену, Стеклова играет почтальоншу, простецкую бой-бабу с лесбийскими наклонностями, оставшаяся роль выпала Елене Бирюковой, и эту героиню Ломкин представил гламурной блондинкой, каковой никогда в жизни не хватило духу, да и не пришло бы в голову топить новорожденного ребенка, как предписывает сюжет пьесы. У Сартра эта троица изводит друг друга дознаниями и признаниями - но не такова православная духовность, чтоб довольствоваться словесами пустыми, православные - доки по части физических истязаний, вот и действущим лицам спектакля предлагаются садистские игрища с последущим как бы очищением, если я верно истолковал режиссерский прием: на видеопоекции после начальных слайдов с тюремными фото и дальнейших символических картинок появляется босховская живопись, причем акцент делается на изображение суда Божьего. Какой уж божий суд мог иметь в виду маркист-маоист Сартр, пусть домысливает Яков Ломкин сам вместе с папой (Сергей Ломкин как раз и есть оператор видеоряда к постановке), но определенно взаимомучительство героев публике облегчения не приносит. Прямо во время действия уходят тоже, не пачками, но заметно, а я слыхал, как после православный зритель обсуждал увиденное - недовольные тетки за духовность не говорили, но жаловались: декораций мало и все время темно.
маски

"Время" реж. Эндри Николл

Потратил время, но посмотрел-таки фильм до конца. Хотя бы ради Килиана Мерфи это стоило сделать, тем более, что именно его персонаж тут самый интересный: Мерфи играет "стража времени" и гоняется за главными героями, он как бы плохой, то есть на стороне плохих, но среди плохих он тем не менее лучший. А те, кого играют Джастин Тимберлейк и Аманда Сейфрид, ну до того хорошие, что просто пробы ставить негде.

Парень встречает у себя в "гетто" блондина из числа "избранных", кому доступна жизнь вечная, но тот мечтает о самоубийстве и сам провоцирует т.н. "часовых", то есть бандитов, ворующих время, а герой по доброте душевной его спасает, и перед самоубийством "избранного" получает в подарок сто лет жизни с гаком. Но не успевает передать ни минуты матери, и она, красивая и молодая, умирает у него на руках. Вообще занятно, что в мире, выстроенном Николлом, люди не просто перестают стареть в 25 лет, но также не толстеют, не болеют, а консервируются во всех отношениях, включая нравственность и интеллект - то есть человек нестареющий прекращает свое развитие окончательно.

Между прочим, любопытное наблюдение, заслуживающее отдельного фильма - очень эффектно, например, смотрятся жена, теща и дочь главного буржуина как ровесницы (но что-то подобное, правда, уже было - в основном в фантастических комедиях типа "Смерть ей к лицу"). Герой же "Времени", имея сто лет, пересекает границу гетто и отправляется к богатеньким в Нью-Гринвич, где, моментально забыв об утрате родной мамаши, влюбляется в дочку магната, спекулирующего временем. И вместе они становятся чем-то средним между Бонни и Клайдом, с одной стороны, и основателями "Фракции Красной Армии" - с другой. Причем если классические Бони и Клайд хотя бы расплатились за бандитизм в итоге, то эта чета робингудов, взяв на вооружение пистолеты и лозунг "грабь награбленное" (в фильме он звучит буквально как "взять украденное - это не кража", то есть практически цитата из вождя мировой революции), громит хранилища времени, одно за другим, и похищает капсулу с миллионом лет из папашкиного сейфа.

Довольно лихо, хотя, если задумываться над деталями, крайне небрежно, с массой сомнительных поворотов, выстроенный авантюрный сюжет служит лишь подпоркой для призыва к анархии и фактически пропаганды левацкого террора, что, впрочем, весьма комично звучит в упаковке коммерческого голливудского продукта и в исполнении высокооплачиваемой поп-звезды. Живующие в нью-йоркских пентхаусах или в особняках с видом на Тихий океан интеллектуалы, стряпающие это дело для продажи по всему миру, я полагаю, вполне искренни в своем стремлении к справедливости, которое в координатах заданного сюжета означает: никто не должен жить вечно за счет жизни других. Но мне трудно представить, что Джастин Тимберлейк спит и видит, что какой-нибудь бездомный беженец подселится к нему в дом и станет, даже не работая на благодетеля, потягивать по утрам его апельсиновый фреш - на такого энтузиаста враз нашлась бы управа, и построже, чем не в меру честный, на свой лад романтичный страж в исполнении Килиана Мерфи. А жизнь полагать за друзи своя - ужели готов?
маски

"Лев Прыгунов: по ту сторону камеры"

Какой удивительный документальный фильм сделали про Льва Прыгунова - я просто обалдел, включил случайно, а бросить не смог, досмотреть до конца. Актер вроде бы и популярный, и с репутацией, но какой-то сугубо советский, а в постсоветское время игравший в совсем уж отстойных каких-то криминальных боевиках. А в этом документальном фильме он представлен как хороший знакомый Бродского и Рейна, сам читает свои стихи - ну его стихам далеко до стихов Бродского, а живописное его творчество, с которым тоже фильм знакомится, и тем более вызывает вопросы, но такая ясность, трезвость, адекватность взгляда на жизнь, особенно на прошедшую жизнь, для, что называется, "актера советского кино" - редкость, и не знаю, действительно ли Прыгунов таков, каким его показали создатели документального портрета, или это их художественное достижение. Смотреть было в любом случае интересно. Про Романа Прыгунова упомянули вскользь, хотя карьера сына, такая рваная, неровная и по-своему очень показательная (два полнометражных фильмах, один из которых, "Одиночество крови", подвергся обструкции критиков на ММКФ-2003, другой, "Индиго", совсем не такой плохой, на мой взгляд, тоже особого успеха не имел, а еще был клип для Земфиры, реклама), вообще акцент был сделан не столько на личную историю, и даже не на чисто профессиональную, актерскую, сколько на взаимоотношение персонажа, Льва Прыгунова, с культурно-историческим контекстом эпохи, о которой он к тому же написал книгу - в фильме говорят, что необычайно интересную.
маски

"Все путем" реж. Кирк Джонс, 2009

Больной старик по фамилии Гуд (Goode), похоронивший любимую жену, наносит визиты-сюрпризы своим взрослым детям, обнаруживая, что одна дочь - лесбиянка с ребенком, от другой ушел муж, оставив сына, его собственный сын-музыкант играет на ударных в оркестре, а вовсе не дирижирует им, как рассказывал, а сын-художник, которого он так и не увидел, умер в Мексике от передозировки наркотиков. Старика играет Роберт де Ниро, сына-музыканта - замечательный Сэм Рокуэлл, дочку-лесбиянку - Дрю Берримор, дочку-разведенку - Кейт Бекинсейл, и нет никаких объяснений тому, что эта картина у нас не выходила в прокат. Она, конечно, простецкая и до жути слезливая, тем более, что отец постоянно видит своих детей маленькими, разговаривает с этими воображаемыми детьми, но об их взрослых проблемах, и это бьет на жалость особенно сильно. Но поразительно, что в такого рода сентиментальности не чувствуется фальши - наивность, может быть, но не ложь. В финале сопли переливаются уже через край, отец понимает, что дети обманывали его из любви, что не хотели расстраивать, а он сам виноват, что требовал от них слишком многого, в отличие от покойной жены, любившей детей, какие уж выросли, а погибший сын-художник все-таки стал художником благодаря отцу, и дождь льет с неба, и дети собирают тарелки, бегут в дом, и все, в общем, хорошо, душевно, вери гуд - но не раздражает, потому что без претензий. И еще любопытно, что выдающееся в художественном отношении произведение всегда самодостаточно и лишено учительского, проповеднического пафоса, а если, к примеру, кино и может кого-то чему-то научить, ну там не придираться к детям или не врать родителям - то как раз подобное, вероятно, и учит.
маски

"Я один", компания "АКТА", Франция; "Фокус", театр-студия "Паноптикум", СПб ("Большая перемена")

Трое мужчин, одному из которых эти упражнения никак не по возрасту, работают с тремя картонными фигурками, схематично обозначающими человечков. Слова и выражения, которые при этом употребляются - простейшие, как из учебника "французский для начинающих", да и те распадаются на слоги, фонемы, так что не слишком удачные попытки что-то проговаривать по-русски были совершенно излишни, тем более, что понятнее происходящее от этого не становилось. Основной исполнитель - наголо бритый афрофранцуз, достаточно подвижный, но сегодня этим не удивишь и трехлеток. Он в основном и работает с картонной фигуркой, пока один из его партнеров моделирует саунтрек, а другой на компьютере рисует светом - подобные приемы можно наблюдать сегодня нередко, и как элемент более-менее внятного высказывания, например, в спектаклях Крымова, они производят должный эффект, но в "Я один" это всего лишь аттракцион, бессмысленный, утомительный и в конечном счете жалкий. На экране природный пейзаж сменяется урбанистическим, если актер с фигуркой-картонкой за экраном, они вписываются в пейзажи своими тенями, если перед - рисовальщик-компьютерщик добавляет к ним световую штриховку, но даже намека на осмысленность всех этих действий я не обнаружил, если не считать почерпнутого из аннотаций, что сначала маленький герой был один, потом у него появился братик и еще братик - но это всего лишь названо, обозначено и никак не реализовано в действии.

Питерский "Фокус" при всей его вторичности после "Я один" скорее порадовал, хотя жанр "Жанти для бедных" слишком хорошо уже освоен. Запредельное путешествие героя в клоунской маске и его уменьшенного двойника-марионетки, встречи с волшебными персонажами, медузами, насекомыми, все это выполнено в технике "черного кабинета", иногда очень забавно - когда туловище героя отделяется от ног, а ноги пляшут самостоятельно - а финал с появлением на заднике марсианского красного шара и темных фигур под оркестровку "Погони" из "Неуловимых мстителей" очень яркий (не думаю, правда, что публика моложе тридцати способна уловить, в чем тут прикол, а официально представление рассчитано на детей от 7 лет), но слишком уж напоминает "Край земли" и "Неподвижных пассажиров" Филиппа Жанти, и по форме, и по общей концепции, а по уровню, конечно, не дотягивает. К тому же "Паноптикум" фигурировал на сайте "Большой перемены" поначалу, а теперь подается как "Театр, имени которого нельзя называть", что мне, само собой, напоминает про "любовь, которая не смеет, по имени себя назвать", и это тоже довольно-таки сомнительно - я-то привык называть вещи своими именами.