July 24th, 2011

маски

"Буря" реж. Джули Теймор в "35 мм"

Вульгарное фэнтези - но я и не ждал ничего другого, это было понятно из ролика. Зато и после просмотра совершенно непонятно, в чем же заключался концептуальный смысл смены пола главного героя - только ли для того превратили Просперо в Просперу, чтоб ее сыграла Хеллен Миррен? Ну так не стоило, роль Миррен - обычная, нормальная, не позорная, но и не выдающаяся. А адаптированный сценарий все равно изобилует логическими противоречиями, которые режиссер то ли не смогла, то ли не пыталась прикрыть, вроде того, что Миранда говорит: мол, до сих пор не видела женщин, или Калибан утверждает, что видел только одну, Миранду - а Проспера, что же, не женщина?

Не особенно яркий, но смазливый и юный, уже потому трогательный Фердинанд (Рив Карни), забавные Тринкуло и Стефано (Рассел Брэнд и Альфред Молина удачно сыграли эпизодических гротескных персонажа), но совсем невыразительные короли (Крис Купер, Алан Камминг), невнятный Калибан-Джимон Хунсу - чернокожий, покрытый коростой (черному вроде по сегодняшним понятиям положено сочувствовать, но в отличие хотя бы от "Венецианского купца", где образы можно трактовать по-разному, Калибан - однозначно чудище, так что сказочка выходит неполиткорректная), и ну абсолютно никакая Миранда (Фелисити Джонс). Ординарные, в духе малобюджетных киносказок, компьютерные спецэффекты, применительно к шекспировской "Буре" имеют вид ну просто удручающий. Обиднее всего за Бена Уишоу: возможность видеть его - радость редкая, но тут он, дорисованный и размноженный на компьютере бесполый голожопый Ариэль, отталкивает или, в лучшем случае, вызывает жалость.
маски

"Последний мамонт Франции" реж. Гюстав де Кервен, Бенуа Делепен в "35 мм"

Редкий французский фильм обходится без Жерара Депардье, но впервые за много лет он сыграл роль действительно выдающегося масштаба. Его патлатый и пузатый пенсионер на мотоцикле, колесящий в поисках справок и расчетных листков за долгие годы работы, а вернее сказать, в поисках собственного прошлого, чем-то напомнил мне персонажей совсем молодого Депардье из фильмов Бертрана Блие, только тут он и в самом деле не просто "мамонт" (кличка главного героя, и так же называется его старый мотоцикл), как в оригинальном названии, а "последний мамонт Франции", как в русскоязычном" - такая глыба, такой матерый человечище!

Картина начинается с того, что героя провожают на пенсию со скотобойни, где он работал последние годы - "прием" в его честь с чипсами и двумя бутылками шампанского выглядит крайне убого, а требования бюрократов могут показаться избыточными, но прелесть фильма как раз в том, что "Мамонт" - в последнюю очередь социальная сатира. В нем абсурдистский юмор, придающий сходство с фильмами Блие, соединяется с психологической драмой, и так непринужденно соединяется, что невозможно разграничить. Серж отправляется собирать документы, но выясняется, что работал он вышибалой в баре, учеником мельника и т.д. - порядки в баре изменились, вместо мельницы стоит центр интернет-обслуживания, в общем, не только бумажки по большей части безнадежно исчезли, но само прошлое осталось только в неверной памяти.

Главное событие из его прошлого - гибель невесты на мотоцикле, и она, окровавленная, постоянно является ему в видениях на дороге (эту, в общем, не очень выигрышную роль исполняет Изабель Аджани). После того случая Серж хотел руки на себя наложить, пришел в магазин, попросил нож, продавщица поинтересовалась, какой ему нужен и зачем, он ответил, что хочет зарезаться, а она предложила подождать пять минут до окончания ее смены - так Серж нашел жену.

В роли жены - Иоланда Моро, великолепная драматическая клоунесса, которая, как и Депардье, идеально точно попадает в эстетику фильма. С женой связана отдельная, хотя и пунктиром проведенная, сюжетная линия: узнав, что мужа на дороге развела и ограбила какая-то бабенка, продавщица с подругой отправляется, вооружившись мешком и лопатой, мстить за потерянный мобильный телефон, и только проделав определенный путь, спохватывается, что где искать обидчицу, она не знает.
Помимо главных персонажей нелепыми чудаками кажутся и все эпизодические, он одного из бюрократов, которому на рабочем месте делает минет воображаемая секретарша, до парня, промышляющего сбором монеток на пляже с помощью металлоискателя, и выражающего недовольство, когда Серж к нему присоединяется (Бенуа Пульворд в своем привычном амплуа истеричного, зацикленного на одной мелкой проблеме парня - см. "Таможня дает добро", где у него главная роль, но примерно того же плана). Аферистка, выдающая себя за калеку, чтобы развести героя (не на секс, а на жалость - прелестный поворот событий, много, кстати, говорящий о характере персонажа Депардье) - тоже колоритна.

Но самые замечательные, помимо главной пары, люди в этом кино - родственники Сержа, его престарелый кузен, с которым они ностальгически мастурбируют друг другу, понимая, что так хорошо, как было 45 лет назад, уже не будет, и, конечно, аутичная племянница, изготавливающая престранные скульптуры из мягких игрушек и живущая на пенсю отца, брата Сержа (братья поссорились тридцать лет назад из-за наследства) и всем рассказывающая, будто отец женился и уехал, а на самом деле он закопан в саду. Девушка требует называть ее Мисс Минг, и под этим же именем фигурирует в титрах - я зацепился за эту подробность, но кто такая Мисс Минг, не знаю.

При всех элементах сатиры, черного юмора и даже некрофилических мотивах "Мамонт" - кино беззлобное, неагрессивное, и если бы этот эпитет не был так дискредитирован, можно было бы сказать - доброе. В прямом и самом лучшем смысле - гуманистическое, однако без фальшивого пафоса, без надрыва и без спекуляций на модных интеллигентских штампах как то защита прав потребителей, трудная жизнь рабочих и пенсионеров, бюрократическая заорганизованность и бездушие чиновников - этого в "Мамонте" нет или почти нет.

Пожалуй, лучший европейский фильм, который добрался до нашего проката за последнее время. Никого не обманывающий насчет того, что жить легко и приятно, но формулирующий, устами героини Иоланды Моро, вполне "позитивный" (еще один дискредитированный эпитет) посыл: "жизнь - паршивая штука, но жить можно".