February 1st, 2011

маски

Николай Луганский в КЗЧ, Елена Ревич, Борис Андрианов, Вадим Холоденко в "Мастерской"

Никогда не бывал на сольных концертах Луганского, но достаточно много видел и слышал телевизионных версий его выступлений и отношение к нему у меня сложилось двойственное, хотя бесспорно, что Луганский - музыкант настоящий, не ярмарочный шарлатан, как некоторые. Живой сольник мне понравился больше, чем я ожидал, при том что еще и программа была при всей цельности несколько однообразная - только 19-й век, только романтики - но оказалась очень насыщенной (в первом 50-минутном отделении - "Венский карнавал" Шумана и шесть пьес Брамса 1892 года, второе - шесть пьес Шопена плюс бисы - потянуло на целый час) и даже разноплановой. Луганский играет не бездумно, у него есть вкус и хорошая техника, чего ему не хватает, как мне показалось - точности, не технической, но стилевой, проще говоря - ему недостает "стиля", даже, может, не в собственно музыкальном смысле, а в целом - как артисту, личной индивидуальности.

Сразу из КЗЧ поехал в "Мастерскую", тоже на концерт, но совершенно иного плана, и более иного, чем я мог ожидать. Насколько я понимаю, у Елены Ревич и ее постоянных партнеров есть уже сложившаяся программа, название которой дало одно танго Пьяццолы - "Кафе 1930". Программа, рассчитанная на клубный формат, включающая, как сами музыканты определяют, произведения "кабацкой" музыки разных стран и эпох - то есть все вроде бы правильно, и место, и обстановка, и то, что слушатели во время концерта не только едят, пьют и носят свои пиджаки, но также вслух разговаривают, а еще курят, и официанты шныряют с подносами, и где-то падают и бьются тарелки, и урчит кофемашина... На самом деле в академических залах на традиционных концертах или спектаклях ситуация практически та же, ну разве что официантов нет и никто не курит, зато дети беснуются, а в остальном - едва ли не хуже: недавно в "Эрмитаже" на спектакле "Меня убить хотели эти суки" одна старая сука рядом со мной четыре часа кряду задыхалась от кашля, казалось, что она вот-вот окочурится, и я уже почти желал ей этого, но в редкие минуты передышки старуха лезла в сумку и, шелестя мешком, доставала мандарины, чистила, делила на дольки и с остервенением их сосала, после чего снова принималась кашлять и задыхаться. В то время как в исполнении "кабацкой" музыки в кабаке определенно есть внятный культурологический смысл. И все-таки меня слишком многое раздражало и отвлекало - значительная часть публики, среди которой, разумеется, полуживых старух не было, а все больше тетки и дядьки под полтинник либо мажоры в районе тридцати, вступающие в диалоги типа "Вы из Одессы?"-"Я из Франции!", явно не готова была оценить уровень исполнения, в лучшем случае - репертуар, но тогда качество музыки теряет смысл, по-моему. К тому же в концерте, интересном по программе и совершенно неформальном, было много сумбура, долго искали ноты, делали перестановки, заполняли паузы конферансом, иногда уместным и остроумным, иногда вымученным и нудным.

Первый блок программы - несколько танго Пьяццолы, в том числе "Гранд танго", которое дуэтом исполнили Вадим Холоденко и Борис Андрианов (правда, в "Мастерской" нет рояля, хотя пианино вроде не самое плохое). Далее - по нарастающей - "Утомленное солнце" Ежи Петербургского, фортепианное соло "Наварра" Альбениса. Когда альтист Новиков вместе с Холоденко заиграли некую китайскую вещицу, сочиненную якобы бродячим музыкантом, насильственно лишенным зрения, пришла белая кошка и запрыгнула ко мне на колени. С баянистом Юрием Медяником Холоденко играл "Карусель", Борис Андрианов - "Привет любви". Потом вышел Паперный с гитарой и Карен Шахгалдян и в формате "сейшна" с остальными участниками импровизированного ансамбля сыграли Чардаш Монти. Шахгалдяна я слышал впервые - был момент, когда его рекламными листовками была оклеены все московские столбы, но по этому выступлению судя, кабак - самое подходящее для него место, прыгает он играючи легко, конферансом владеет отменно и на армянских свадьбах наверняка имеет успех, а вот говоря, что "все ноты играть необязательно", похоже, не шутит (но, может, я страшно ошибаюсь, и он так исполнит Шенберга, что только руками останется развести - увы, пока не представляю такого). "Мурку" не играли, ограничились "Цыганочкой" (Ревич изобразила "с выходом"), номер из мюзикла "Скрипач на крыше", еще всякие заводные пьески, танго "Ревность" и танго из фильма "Запах женщины" (автора не объявили, сам не знаю - а интересно, кто писал музыку к картине), пару номеров на бис, вступлением к одному из которых стала изображенная Холоденко главная тема 1-й части 2-го концерта Рахманинова - все это при живом Павле Карманове и в присутствии Ильи Кухаренко.
маски

А.С.Пушкин "История Пугачева"; М.Ю.Лермонтов <Вадим>

Практически в одно и то же время Пушкин и Лермонтов обратились к периоду пугачевщины. 20-летний Лермонтов сочинял романтический авантюрный роман, который так и не дописал, а зрелый Пушкин взялся за исторический труд. Слог молодого Лермонтова - выспренный и попросту смехотворный, изобилует штампами, уже для его времени старомодными, Пушкин свое исследование пишет сухими и точными фразами, сознательно избегая всяческой беллетризации. Тем не менее кое-что общее этих совершенно различных текстов есть: и у Пушкина, и у Лермонтова не Пугачев оказывается в центре внимание, и в этом смысле николаевское название труда Пушкина "История пугачевского бунта" по сути точнее, ближе к теме.
Collapse )
маски

"Детки в порядке" реж. Лиза Холоденко

Когда в гетеросексуальной паре кто-то заводит гомосексуальный роман - это драма, когда наоборот - комедия, но режиссерше на весь хронометраж понимания этого нехитрого правила не хватило. Сначала все очень забавно: Аннет Бенниг и Джулиана Мур - лесбомамы двух подростков с приличествующими ситуации именами, 18-летней Джонни и 15-летнего Лазера. Та, которую играет Беннинг, у них за мужика, и к тому же любит выпить. Лазер хочет разыскать своего биологического отца и с помощью совершеннолетней сестры находит его - роль досталась супермачо Марку Руффало. Папаша, как ни удивительно, рад, что его сперматозоиды дали такие чудесные плоды, но дружба с детьми перерастает в связь с одной из их матерей, той, что рожала младшего (то есть спермой они пользовались одной и той же, но в разное время, как я понял). И с этого момента немудреная, но не самая безобразная комедия превращается в мелодраму, от которой просто воротит, несмотря на то, что помимо основных звезд, в фильме снимался в роли Лазера симпатичный и небездарный Джош Хатчерсон ("Затура", "Мост в Террабитию", "Путешествие к центру земли", "История одного вампира").

В принципе, ничего уж такого особенного по части сюжета в фильме нет - современная драматургия нередко предлагает любовные треугольники и более сложной конфигурации, чем донор спермы и две лесбиянки, а что касается героини Аннет Беннинг, которая тут оказалась пострадавшей стороной - то действительно, лесбиянки как никакой другой из четырех полов зациклены на моногамии (хотя по моему опыту проживания с парой лесбиянок в одной квартире гей-порно с ласкающими друг друга качками, в отличие от парочки из фильма Лизы Холоденко, мало их заводит, мои соседки, во всяком случае, предпочитали клипы Земфиры и фильмы с участием Чулпан Хаматовой). Я даже могу представить, как одна говорит другой с упреком: "Ты уже не лесбиянка!" - мол, как же низко ты пала. Но если вся эта история затеяна только ради того, чтобы блудная лесбиянка вернулась к своей партнерше, решив сохранить крепкую семью - как-то мелко выходит. Детки, кстати, действительно в порядке - они всю кашу заварили, но дальнейшая интрига их коснулась мало. Да еще Матизен пришел на пресс-показ с какой-то теткой и они, как дома перед телевизором, возмущались, будто ожидали увидеть "Фанни и Александр", а им показали "Клава, давай".
маски

"Бурлеск" реж. Стив Энтин

Если "Бурлеск" и можно поставить в один ряд с "Кабаре", "Шоугелз", "Миссис Хендерсон представляет" или хотя бы "Студией 54" - то на последнее место, но когда в фильме снимаются Шер и Кристина Агилера, понятно заранее, что сюжет не главное, достаточно набора штампов: Алиса, официантка из Айовы (Агилера) приезжает в Лос-Анджелес и становится звездой клуба "Бурлеск", которым владеет на пару со своим бывшим мужем похожая на немолодого транссексуала Тесс (само собой, Шер), но клуб на грани банкротства, предприимчивый девелопер уже спроектировал будущий небоскреб, который займет его площадь после закрытия; у девушки также личные проблемы - симпатичный бармен, который даже не гей, предлагает ей разделить с ним съемную квартиру, пока его невеста-актриса работает в Нью-Йорке, но невеста все в Нью-Йорке да в Нью-Йорке, а дело-то молодое, ну и полюбили парень с девушкой друг друга. Авторы еще и перетрудились, придумав маленький, но любопытный ход со спасением клуба от продажи под снос: пообщавшись с застройщиком, девушка, совсем как в сказке или библейской притче (ну Юдифь да и только!) выведала, что можно купить не только землю, но и воздух над ней, а напротив клуба как раз строятся элитные апартаменты, и с их владельцем Тесс и Алисе удается договориться - а раз есть деньги на выплату закладной, девелопера - побоку. Можно было, в общем, и совсем без сюжета обойтись, все равно главное его содержание - музыкальные номера, у Шер - всего два, но очень хорошие (я даже снова зашел в зал на первые пятнадцать минут следующего сеанса), у Агилеры - больше, и она неплоха, если сравнивать с некоторыми другими звездочками-лохушками, а ее главная конкурентка, зазвездившаяся алкоголичка в исполнении Кристен Белл, хоть и не поет, но выглядит отлично. Совсем мне не понравился, правда, Кэм Жиганде, с его отрепетированным прищуром и фальшивым обаянием, и Стенли Туччи в роли управляющего-гея тоже как-то не очень смотрится. А в остальном - фильм-концерт, немного затянутый, но ничего. И в конце все так благостно, даже управляющий-гей, всегда пробавлявшийся связями на одну ночь, нашел парня, которого захотел задержать как минимум до обеда.