January 23rd, 2011

маски

"Девушка и революционер" И.Симонова в театре "Практика", реж. Владимир Агеев

Игорь Симонов, возможно, и не самый значительный из современных драматургов, но очень своеобразный и не похожий ни на кого другого. Его пьесы по многим признакам - "новая драма", но в полной мере отнести их к "новой драме" невозможно. Хотя и "продолжателем традиций" его не назовешь. Симонов - пример того, что писать нужно, "не думая ни о каких формах", а судить - по результату. Как и "Небожители", на мой взгляд, "Девушка и революционер" - пьеса несовершенная, но стоит иных более "совершенных" в своем роде. На сцене, заставленной и заваленной книжными стопками - Евгений Стычкин и Агния Кузнецова. Его персонаж - мужчина средних лет, называющий себя Иосифом Сталиным, ее героиня - молодая девушка, которую он называет Надеждой Аллилуевой.

Вся богатая сценическая сталиниана в текущем театральном репертуаре состоит сплошь из фантасмагорий, где Сталин - фигура не историческая, но мифическая, а различаются постановки только приемами и отчасти задачами: "Вечерний звон, или Ужин у товарища Сталина" Иона Друце в версии Сергея Юрского строится на приеме введения в действие двойника, "Полет черной ласточки" Хотянского и Гуручавы в постановке Владимира Агеева, как следует уже из подзаголовка, предполагают взгляд на последний день жизни Сталина "под углом сорок градусов", "Сон Гафта, пересказанный Виктюком" - как тоже ясно следует из заглавия - сновидение, к тому же описанное и разыгранное в стихотворной форме. В "Девушке и революционере" у Агеева степень условности ничуть не меньше, и задается она с самого начала, хотя только в конце становится понятно, что герой Стычкина лишь воображает себя Сталиным, будучи не то писателем, не то публицистом, а его спутница, озабоченная ситуацией на финансовых рынках бизнесвумен, подыгрывает ему. Но этот "рамочный сюжет", на самом деле, ничего не объясняет, а только все портит, он лишний в этой конструкции. Мало того, я бы вообще оборвал пьесу и завершил спектакль на одной из пластических "ремарок", предшествующих известию о взятии Зимнего и низложении Временного Правительства - этот кусок мне тоже показался, мягко говоря, необязательным. А вот все, что до того происходит между двумя действующими лицами посреди стопок книг - необычайно интересно.

Иосиф Сталин и Надежда Аллилуева поздним октябрьским вечером 1917 года занимаются любовью и рассуждают о политике, об истории, но самое важное - о народе и власти, и о революционерах, борцах за благо народное. Рассуждают с позиций дня сегодняшнего, в руках у них - ноутбук и видеопульт, которым можно "нащелкать", среди прочего, проект "Имя России", где о Сталине с пиететом высказываются Рогозин и Михалков. Но при этом не выходя из образов людей, живущих в 1917 году и еще смутно представляющих, что случится в будущем, да и настоящее воспринимающих опосредовано - а надо помнить, что Сталин 1917 года еще не был тем Сталиным, которому по сей день как идолу поклоняются 150 000 000 православных фашистов, этот условный Сталин - пока что теоретик и мечтатель, но уже по тому, как и о чем он мечтает, да и по тому, как он обращается с девушкой, то лаской, то насилием воздействуя, о нем многое становится ясно. Сталин, то есть тот, кто считает себя Сталиным, с пренебрежением говорит о "бронштейнах-хинштейнах", и точно знает, что русскому народу нужно - народу нужна не свобода, о которой талдычат в швейцарских кофейнях "бронштейны-хинштейны", народ должен сначала испугаться власти, способной запрещать и убивать, чтобы потом ее полюбить, и, освобождившись от свободы выбора, стать счастливым.

Такое понимание "счастья народного", в чем-то очень точное и мудрое, автору пьесы, однако, не хочется разделять с героем, отсюда, вероятно, и "рамочная" надстройка, позволяющая взглянуть на него под иным углом. То есть помимо чисто композиционного несовершенства, "Девушка и революционер", как и "Небожители", не чужда интеллигентским благоглупостям, что делает пьесу, при всей ее сложности и глубине, несколько, скажем так, наивной. Зато спектакль, при всем том, может служить образцом безупречного режиссерского вкуса - никакого "реализма", но нет и клоунады, постановка балансирует на грани фарса, но в фарс не впадает, и все-таки это драма, драма отчасти публицистическая (я еще по поводу "Небожителей" заметил, что волей-неволей Симонов продолжает в драматургии линию Генриха Боровика), но в большей степени человеческая - благодаря прежде всего режиссеру и актерам.

Кстати, именно в подвале на Большом Козихинском я когда-то впервые увидел Стычкина - вместе с тоже никому не известной Чулпан Хаматовой он бегал в детском утреннике Театра Луны "Фанта-Инфанта".
маски

"Торжественная месса" Бетховена в КЗЧ, Симфоническая капелла России, дир. Валерий Полянский

По любому выходило, что надо либо пропускать ради Бетховена театр, либо опаздывать на концерт, но несмотря на то, что накануне мне приснился очень плохой сон в связи с "Практикой", я давно решил, что "Девушку и революционера" увидеть мне так или иначе нужно, а Бетховена я не особенно люблю. Но все-таки рассчитал, что смогу прийти к середине - и вышло удачно, потому что подгреб как раз к антракту, приглашение мне оставили на входе, а в первом отделении играли только две части "Торжественной мессы", остальные три - во втором. И при всем предубеждении против Бетховена и его ложного пафоса, которого в этом сочинении тоже хватает, я не пожалел, что пришел - хор и оркестр были очень хороши, солисты - не всегда, но тоже, впрочем, неплохи, и меццо Кузнецова, и тенор Долгов. Причем лучше всего удались две последние, медленные части, а оркестровый эпизод в четвертой прозвучал отменно.
маски

"Красавчик-2" реж. Тиль Швайгер

Правильно я в свое время сделал, что не пошел смотреть второго "Красавчика" в кинотеатр - можно было бы и по телевизору не смотреть, как и следовало ожидать: режиссерского таланта у Тиля Швайгера не больше, чем у Михаила Пореченкова, а актерского пожалуй что и меньше. При том что первый фильм был не так уж плох, пусть сам по себе Швайгер меня и не прикалывает совсем:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1199703.html?nc=4

Ко второму "Красавчику" физиономия Швайгера приобрела еще более полное сходство с кирпичом, а напарник его персонажа по первой части не только лучше сохранился, но за истекший период еще и успел сыграть одну из главных ролей в фильме "Дружба!", поэтому кто тут красавчик и что с этой "красотой" делать, не понимает уже ни сам Швайгер, ни его компаньоны. Отсюда - отсутствие идеи, на которой хоть как-то могла держаться якобы романтическая комедия. И как следствие - превращение фильма в случайный набор эпизодов, либо отвратно-пошлых, либо претенциозно-нудных.

Персонаж Швайгера как познакомился в первой части с детсадовской воспитательницей Анной, так с ней два года и живет. Но будучи мужчиной и в связи с этим, по всем понятиям европейской политкорректности, существом ущербным и порочным от природы, не соответствует ее воспитательному идеалу: любит спать дольше, чем положено, отказывается выносить мусор, да еще и ревнует, а сам позволяет флиртовать с ним бывшим подружкам с большими сиськами. Анна сиськами похвастаться не может, зато у нее тоже есть бывший дружок, волонтер, как будто помогавший голодным негритятам в Африке, что сытыми тетками в Европе очень ценится - друг этот фактически переезжает к Анне и ее бойфренду, который вроде бы "красавчик", но уже не юн и, комплексуя, пытается закрасить морщины маскирующей косметикой, подумывая также всерьез о пластической операции.

Параллельно рассказывается история бывшего напарника героя и его незадавшейся карьеры ловеласа - тому не помогают даже рекомендации в школе флирта. Однажды парню повезло и его склеила сексоманка - так он умудрился покакать в ее отсутствие, и что еще хуже, в отсутствие в доме воды, а потом не знал, куда деть какашку, спрятал в пакет, а пакет забыл в квартире, захлопнув дверь - и как ни грустно, это, пожалуй, самый смешной момент в картине, все остальное еще хуже. В том числе эпизод, когда Тиль Швайгер, обиженный на подругу, переодевается в женское платье, отправляется на костюмированный бал, там напивается и просыпается в постели у незнакомого мужика - вероятно, расчет был на то, что Швайгер в образе Джинджер будет выглядеть смешным, но он выглядит нелепым и только. А потом, когда комедия окончательно сходит на нет, а фильм продолжается и взаимоотношения парочки рассматриваются уже всерьез, как в суровой мелодраме про вечную войну полов, делается просто невыносимо на все это смотреть.