January 18th, 2011

маски

Нино Рота, МГАСО, дир. Фабио Мастранжело в КЗЧ

Обычно я на такие концерты не хожу - киномузыка, да еще под шапкой "симфонические шлягеры" - меня слово "шлягеры" и в эстрадном-то формате отталкивает, где оно более уместно, а в академическом - и подавно. Но я подумал, что монографический концерт, посвященный творчеству Нино Рота - это интересно само по себе, а уж коль скоро дирижирует Фабио Мастранжело - стоит потратить вечер.

Мастранжело я слышал уже не раз, причем с разными коллективами, в том числе даже с оркестром Екатеринбургского оперного театра в балете Полада Бюль-Бюль оглы, а также прошлой весной в БЗК - тот концерт оставил самые благоприятные впечатления:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1707422.html?mode=reply

Киномузыку Нино Рота, правда, Мастранжело играл с оркестром Когана - не лучшим, мягко говоря, симфоническим коллективом, и это было слышно, особенно что касается медных - временами становилось не по себе от их звучания. Но в целом концерт определенно удался и благодаря удачно выстроенной программе, и, в первую очередь, благодаря дирижеру.

В первом отделении, которой открывала увертюра из "Укрощения строптивой" (Дзефирелли), а завершал номер на тему любви из "Ромео и Джульетты" (тоже Дзефирелли), главным "блюдом" оказалась сюита "Дорога" из музыки к одноименному фильму Феллини, прозвучавшая, на удивление, как масштабное, в том числе и по продолжительности почти получасовой, эпическое полотно, как симфоническая поэма, к тому же изумительно оркестрованная. Во втором играли "Хрустальную гору" (ничего не знаю о фильме с таким названием), танцевальные фрагменты из "Леопарда" Висконти, органично сложившиеся в целостную полько-мазурочно-вальсовую бальную сюиту, и, само собой, сюиту из музыки к "Крестному отцу". Можно, впрочем, пожалеть, что тема из "Ромео и Джульетты" звучала в оркестровом варианте с фортепианным соло - не так давно в концерте хора Минина я слушал ее как Песню Ромео для солирующего тенора, и в таком качестве та же, казалось бы, мелодия сильно выигрывает.

Когда в первом отделении как бы между делом прозвучал финал из "8 1/2", сразу стало понятно, что его же Мастранжело исполнит на бис в заключение концерта, можно и не хлопать - но я все-таки аплодировал вместе с залом, потому что Мастранжело заслуживает оваций. Он отлично чувствует игровую природу партитур Нино Рота, умело и умно оперирует темпами, отыгрывает его стилизаторские находки, одновременно подчеркивая и современность звучания его музыки как музыки именно 20 века, пусть и вдохновленную образами Шекспира или Лампедузы, точно так же он осмысленно, рационально балансирует между сугубо "итальянским" колоритом и универсальностью мелодических тем, подчеркивая, что между англо-саксонским и романским началами в "Укрощении строптивой", в "Ромео и Джульетте", в "Крестном отце" нет конфликта (в связи с сюитой из "Леопарда" уместно, наверное, вспомнить, что для Висконти и Бертолуччи идеальным воплощением старого итальянского аристократа оказался Берт Ланкастер), что все это производные от единой трансатлантической западной культуры, которая сегодня летит к чертям под фанфары. Плюс к тому Мастранжело - обаятельно артистичный, соединяет талант тонкого музыканта и самоироничного шоумена, что и так-то встречается редко, но главное, мало кому из предпринимающих попытки работать в сходном формате подходит по типажу, темпераменту и уровню профессиональной подготовки.
маски

"Неадекватные люди" реж. Роман Каримов

Адекватность - понятие относительное, это общее место. К примеру, я первые полчаса каримовского фильма посмотрел в четверг между "Прошлой ночью в Нью-Йорке" и театром, а остаток досматривал в ночь с понедельника на вторник, для чего специально второй раз приехал на Теплый Стан - вроде бы неадекватное поведение, но, а) по крайней мере, я видел фильм так или иначе целиком и от начала к концу, в порядке задуманном автором, а бывает и наборот, или в еще более сложных вариантах, когда ухватишь кусок из середины, потом глянешь начало, или забежишь в зал на самый конец, а что-нибудь между делом еще и пропустишь, если вспомнить, как я "Фильм Социализм" смотрел - сам Годар ни в жисть не додумался бы его подобным образом смонтировать; и б) я ж поначалу рассчитывал, что получаса мне хватит за глаза, по-быстрому пойму, что за говно, и успокоюсь ощущением выполненного долга, а оказалось, что не такое уж и говно, захотелось посмотреть полностью. Ну и не шедевр, правда, тоже. Кажется, я примерно понимаю теперь, к какому результату стремился автор-режиссер, а заодно по совместительству и композитор, и если не ошибаюсь в своей догадке, то в полной мере достичь желаемого ему не удалось, однако направление мысли тем не менее у него было вернее, и что для меня еще важнее, совпадающее с моим собственным (не в пример "Сатисфакции" Матисон-Гришковца, которая, как это ни удивительно, с четверга выходит еще более широким экраном, чем "Неадекватные люди").

Главный герой картины Виталик - из Серпухова. Для новорусской киномифологии Серпухов - топос символически-двусмысленный, поскольку подразумевает географическую близость к Москве и вместе с тем непреодолимую от нее удаленность социо-культурно-историческую (см. также "Кислород" Вырыпаева). Виталик уже не мальчик, и у него тяжелая душевная травма - в аварии, когда он был пьяным за рулем, погибла любимая девушка. В Москве Виталик работает не совсем понятно кем в крупном женском журнале и живет по соседству с матерью-одиночкой, воспитывающей девочку-подростка Кристину. На работе его домогается начальница средних лет, дома - юная соседка, а заодно и ее подружка-ровесница. Шефиня Марина (неожиданная и очень безжалостная по отношению к исполнительнице работа Юлии Такшиной) - неудовлетворенная стерва с замашками насильницы, которые она и воплощает применительно к Виталику буквально, выделяя его из коллектива и фактически насилуя. Кристина - в меру отмороженная девица, за ней волочится куда больший отморозок, но горе-ухажеру дядя Виталик невзначай ломает ногу, что сильно поднимает его в глазах девушки, а для парня становится поводом частично пересмотреть взгляды на жизнь. У Виталика также есть знакомый психолог Павел Козлов, автор книг, крупный ученый - и вместе с тем еще одна жертва Марины, впрочем, добровольная: она как его клиентка и он как ее доктор проводят сеансы совместной терапии, заключающиеся в том, что руководительница дамского глянца лупит закованного в наручники доктора хлыстом к обоюдному их удовлетворению. А Нина, подружка Кристины, толстушка и потаскушка в душе, но с нереализованными фантазиями, безуспешно кидается то на Виталика, то на его увечного конкурента, оттого она груба и зла на язык - правда, Кристина и в этом может ей дать фору.

Интересны "Неадекватные люди", понятно, не сюжетом, хотя он, право, довольно любопытен и, между прочим, до самого финала трудно предугадать, куда, не к какой даже развязке, но в какой жанр вырулит история. Фильм Каримова - то, что обычно с гордостью обозначают как "кино про нормальных людей", имея в виду, что речь не о блокбастере про некую виртуальную реальность, а про то, что окружает зрителя сразу по выходе из кинозала. Но в отличие от большинства остальных произведений, проходящих по тому же разряду, картина Каримова могла бы этому описанию соответствовать в полной мере - что само по себе редкость, а учитывая, что такое "кино про нормальных людей" в данном случае называется "Неадекватные люди" - еще и парадокс. Очевидно, что парадокс этот - осознанный, и это дополнительно подкупает.

Фильм и снят нарочито ненавязчиво, иногда кажется - даже слишком нарочито, в смысле - слишком ненавязчиво, и сыгран актерами либо малоизвестными и незасвеченными в провальных блокбастерах (еще один и, пожалуй, главный парадокс российского кино: чем больше денег вложено - тем меньше отдача), либо не скомпрометированными кинематографом, но с хорошей театральной репутацией. Последние обычно при ближайшем рассмотрении практически всегдаоказываются актерами театров Фоменко либо Женовача, в данном случае - Мастерской Фоменко: и Илья Любимов в роли Виталика, и Евгений Цыганов, играющий горе-психолога. Ничего не знаю про Ингрид Олеринскую в роли Кристины, хотя она и показалась мне смутно знакомой, и еще более знакомым - Артем Душкин, играющий незадачливого ухажера главной героини и проводящий большую часть роли в гипсе на костылях, но в финале выполняющий свою самую важную функцию: он на своей машине подвозит Кристину из Москвы до Серпухова, куда после разговора с соседкой-мамашей сбегает Виталик, восполнять выпивкой пустоту существования, разверзнувшуюся после вынужденного увольнения и расставания как с начальницей-"вампиршей", так и с приглянувшейся соседкой-школьницей. Вопреки сомнениям, что на улицах Серпухова трудно отыскать отчаявшегося человека, не зная адреса, Кристина с приятелем моментально на него, пьяного, наталкиваются - и комедийная мелодрама превращается в рождественскую сказку, апофеоз которой приходится аккурат на Хеллоуин.

Скромный пафос картины сводится к тому, что люди, которые производят впечатление неадекватных, на самом деле - обычные, просто им не хватает простого человеческого счастья. Но Каримов просто не знает, где искать по-настоящему неадекватных людей. Он бы по театрам и концертам походил, посмотрел, кто там собирается - быстро потерял бы веру в человечество. В титртах и на рекламных листовках упоминается также Влад Топалов, но при всей моей личной к нему симпатии его указывают в целях исключительно рекламных (и полагаю - напрасный труд), на самом деле он играет минутный эпизод - певца в клубе на корпоративной вечеринке, посвященной презентации журнала, в котором работает главный герой и его не в меру активная начальница и куда приходят Кристина с подругой. Такшина пытается отобрать у Топалова микрофон, чтобы спеть заплетающимся языком песнь неразделенного влечения к персонажу, самому, может быть, адекватному из предложенных русскоязычным кинематографом за обозримый период.