January 14th, 2011

маски

"Да я хочу да" по Дж.Джойсу в ЦДР, реж. Алексей Багдасаров

Много хорошего слышал об этом проекте и давно собирался сходить - но и некогда было, и сомневался: ну что там, моноспектакль, без сценографии - в сравнении с монументальным "Улиссом" в Мастерской Фоменко, где ту же роль Молли Блум замечательно играет Кутепова. На самом деле Ольга Прихудайлова вместе с Багдасаровым создает образ, принципиально отличный от кутеповского. Ее Молли выглядит, пожалуй, как растрепанная лохушка - но при этом актрисе удается взглянуть на нее со стороны, глазами автора, и ее монолог, если использовать удачное выражение одного знатока Джойса, "не поток сознания, но камни, по которым можно перебраться через этот поток". В нем нет ни надрыва, ни экстаза - но есть ироничная рефлексия.
маски

"Происхождение" реж. Джон Эмиел

С легким сердцем я пропустил этот фильм на ММКФ, отчего-то посчитав, что британская картина с участием Пола Беттани и Дженифер Конноли про Чарльза Дарвина и его семью в какой-никакой прокат да выйдет, к тому же фестивальный показ был только один и он совпадал сразу с несколькими другими, как мне тогда показалось, гораздо более важными. Поэтому когда я узнал, что "Происхождение" идет одним экраном в "Художественном", стартовав с 31 декабря, то есть в дни, когда выпросить пригласительный нет прежде всего технической возможности, потому что не у кого, никто из тех, кто способен помочь, не работает, у меня случилось истерика - Настя оказалась свидетелем и может подтвердить. Предыстория этим не исчерпывается, потому что вроде бы договорившись накануне последнего дня проката по поводу своего посещения, я решил почитать рецензию на Афише.ру, откуда узнал, что картина представляет собой классическую викторианскую мелодраму, где речь идет исключительно о семье Дарвина, а обо всем, чем Дарвин знаменит, в ней нет ни слова. И, разумеется, потерял к картине интерес - но вроде бы уже было поздно давать обратный ход. Теперь могу только предполагать, ограничился ли рецензент "Афиши" рекламной нарезкой, смотрел ли фильм на быстрой перемотке или вовсе не взглянул, а написал от фонаря. Кино оказалось именно таким, какого я ожидал от фильма про Дарвина с названием "Происхождение". Между прочим, насколько я понимаю, "Creation" можно перевести и как "Сотворение", так что изначально в концепции картины заложена двойственность, причем многоплановая, поскольку речь идет как о происхождении/сотворении мира, так и о том, как создавался главный труд Дарвина "О происхождении видов".

Сценаристы использовали простой и не самый свежий, но очень эффектный ход: точкой отсчета в сюжете фильма становится смерть Энни, любимой дочери Дарвина. После того, как она умерла, простудившись на пляже и долго проболев, он теряет интерес к работе, к жене, к остальным детям, которых у него и без Энни немало, и сам тяжко заболевает. Его болезнь носит двоякий характер - как физический, так и душевный. Он постоянно видит мертвую дочь и общается с ней. Разговоры Дарвина с Энни - главный конструктивный прием, на котором держится драматургия фильма. Через них герой возвращается в прошлое, к прежним путешествиям, они же становятся стилистическим контрапунктом, так как позволяют совмещать реальный план киноповествования с воображаемым, который разыгрывается в сознании Дарвина - благодаря чему в реалистическую как будто бы картинку постоянно вплетаются сюрреалистические эпизоды, вплоть до оживающих в банках с формалином зародышей.

При всем том семейные проблемы Дарвина - лишь фон, хотя и важный, во многом предопределеющий разрешение основного драматургического конфликта. И тем не менее этот основной конфликт лежит в совершенно иной плоскости. Шарлатанские теории эволюции, естественного отбора, борьбы за существования и проч., очевидно, противоречат не только взглядам жены Дарвина и общепринятым социальным установкам, но и, что принципиально, его собственному мировоззрению - до определенного предела. С одной стороны, на Дарвина давят радикально настроенные единомышленники, требующие, чтобы он завершил труд, написал книгу и нанес смертельный удар по религии, по вере в Провидение и Божий Промысел, с другой, жена требует от мужа, чтобы он отказался от действий, противных ее вере. Это противоречие замыкается на факте смерти Энни. Дарвин, будучи ученым-естествоиспытателем, наблюдает, как в природе одни животные убивают других ради собственного выживания, смерть наиболее слабых таким образом является позитивным фактором т.н. "эволюции". Но когда это смерть твоего собственного ребенка, очень трудно вписать его в теорию "эволюции", одновременно отвергая религиозные представления о том, что происходит с человеком после биологической смерти. То есть "наука" оказывается бессильной в данном случае - это приводит Дарвина к глубокому личному кризису. "Ты убил Бога!" - говорит ему один из друзей, и говорит с восторгом, но сам Дарвин реагирует с ужасом.

Вопросы, порожденные теорией "происхождения видов", выходят далеко за рамки узко-специальных, важнейший из них даже не в том, создан ли мир Богом за шесть дней или возник в результате миллионов лет революции, но происходит ли все, включая боль, страдание, смерть человека, по воле Его или же в силу т.н. "естественных" причин, иначе говоря - есть ли в существовании каждого отдельного индивида высший, пусть и скрытый от непосвященных, смысл, или смысла нет, точнее, весь этот смысл сводится к тому, что слабый должен уступить место более сильному и это нормально, правильно - "естественно". Ситуация Дарвина усугубляется тем, что он женат на кровной родственнице и у него как у "естественника" имеются все основания полагать, что именно здесь кроется причина слабого здоровья у его потомства. Конфликт семейный и мировоззренческий развивается в фильме в контексте историческом и идеологическом - упоминаются Мальтус (тоже, кстати, женатый на кузине), Уоллес и другие мыслители, задававшиеся сходными вопросами в ту же эпоху. У Дарвина есть и опыт наблюдений за дикарями, которые несмотря на попытки их перевоспитать и "цивилизовать" при первой возможности сбрасывали одежки, отказывались от Христа и голыми бежали к соплеменникам-язычникам, и, с другой стороны, за обезьянкой, оказавшейся в лондонском зоопарке, заболевшей и умиравшей на руках у смотрителя совсем по-человечески.

Что такое человек - животное, пусть и высшее, но возникшее в результате "естественного отбора", или все-таки венец Творения, уникальное, не имеющее аналогов в живой природе порождение Божие, созданное по Его образу и подобию - проблема в фильме ставится именно таким образом. Решается она, правда, довольно плоско, и это сильно портит картину, сделанную в целом на высочайшем уровне кинематографической культуры и мастерства, не говоря уже о том, что Беттани и Конноли оба просто чудесные. Дарвин находит в себе силы примириться со смертью дочери, вспомнить, что у него есть семья, и закончить труд. Жена, которой он первой предоставляет на суд завершенную рукопись "О происхождении видов", считает возможным, не потому, что переменила взгляды, но опять-таки из любви и соображений сохранения семьи, отдать книгу в печать.
маски

"Три богатыря и шамаханская царица" реж. Сергей Глезин

Казалось бы, идея должна была себя исчерпать ну самое позднее после третьей части "богатырской" трилогии. Но "Шамаханская царица", где встречаются герои всех прежних мультиков, включая и бабку, которая ходит кверху задом, смотрится так же свежо, как и первые опусы. И не потому, что наблюдается какое-то развитие мысли. Просто в отсутствии на ТВ программ типа "Куклы", а "Мульт личности" их заменить не может, "Богатыри" выполняют функцию телевизионного скетча, который в силу внешних обстоятельств оформляется в хронометраж "полного метра" и выходит в кинопрокат. "Поеду в Осколково, там будут учить, как готовить сани летом" - говорит Аленка, на время оставляя свое берестяное делопроизводство.

Собственно анимационных достоинств у фильма немного - он добротно-традиционный и не более того, однако несмотря даже на то, что вроде бы разные серии снимали разные режиссеры, "авторского" начала не ощущается. Но то, как живет нарисованная Киевская Русь под управлением малахольного Князюшки, его подручного Боярина и силовиков-богатырей, у которых ума немного, да и жены их колотят почем зря, вполне способно вызывать интерес, котого хватит еще не на одну серию. Теперь вот некая Шамаханская царица, старая колдунья, чтобы омолодиться за счет плодов, которые вырастут, только если полить чудесное дерево слезами красавиц, решила женить на себе Князя. Тот, само собой, моментально подпал под ее чары, богатыри-недоумки чуть не провалили свое дело, но выручили старички, жены - а в этом фильме они вместе выступают: Любава, Аленка и Настасья Филипповна - и, конечно, "волшебные помощники" - и тоже втроем: ослик Моисей, верблюд Вася и говорящий конь Гай Юлий Цезарь. Точнее, вчетвером, или, смотря как считать, вшестером - еще же и Змей Горыныч, которому надоело выступать в роли священного животного при буддитском монастыре и потянуло к родным осинам. Кстати, трехголовый Змей куда как органичнее смотрелся бы на российском гербе, чем двухглавый орел.
маски

"Владимир Мартынов. Человек.doc" в театре "Практика"

Из 10 персон проекта "Человек.doc" Мартынов для меня, несомненно, представляет наибольший интерес - при том что его теоретические изыскания по поводу конца эпохи композиторов и традиционного концертного музицирования, как мне кажется, наилучшим образом опровергаются его же собственной практикой, а к его не просто увлеченности, но вовлеченности в православные дела я не могу относиться иначе как скептически, и это в лучшем случае, при том что, помимо прочего, я не до конца понимаю, насколько он и в теории, и в практике серьезен.
Моноспектакль, где Мартынов как бы играет самого себя в постановке Боякова и Алферова на основе текста Забалуева и Зензинова, но, разумеется, сугубо "документального", на этот главный вопрос мне ответа не дал. Мартынов в течение полутора часов, иногда прерываясь на короткие фортепианные экзерсисы (построенные на повторении одного и того же "вопрошающего" мотива), рассказывает о себе, о детстве, о своих взглядах на историю музыки. Слушать, несмотря на отсутствие внешних эффектов, очень интересно - и про композиторский дом, в 50-60-е годы воплощавший рай земной, про библиотеку, где ноты из собрания Мясковского пахли иначе, чем из собрания Асафьева, и про кафе "ФаСоль", где в 90-е хотя бы висела табличка "стол для композиторов", а потом ее сменил транспарант "стол для администрации" (я, кстати, некоторое время назад там был - не помню вообще никаких таких табличек). И вся эта сугубо частная история вписывается в историю мировую, начиная с ветхозаветных времен и библейского прародителя всех музыкантов, и вплоть до встречи 16-летнего Мартынова с приехавшим в СССР Стравинским, которую организовал папа будущего композитора, занимая в тот момент серьезный пост в секретариате Союза композиторов.

Понятно, что говоря о том, что поведав начинающему музыканту о предконцертной диарее, которая позднее проявилась якобы и у самого Мартынова, Стравинский таким образом дал ему некое "шаманское" благословение, герой, вероятнее всего, иронизирует, хотя бы отчасти - снижает, так сказать, пафос. Равно как и с эпизодом о покусанной осетинской девочкой, которая в немецкой группе била маленького Володю, а тот однажды исхитрился и цапнул ее за задницу зубами - необычайным образом этот момент ассоциативно увязывается с "Королевством кривых зеркал" Губарева и привычкой маленького героя докапываться до смысла вещей, "зеркально" прочитывая слова задом наперед, так что запись в дневнике "укусил Асю", понятая как "юсали суку", свидетельствует о том, что эту "суку" в каком-то ином измерении "юсали" за то, что она себя плохо вела, и таким образом герой оказался отмщен. Повествование о состоянии, предшествующем "белой горячке", когда герой-рассказчик слышит фантастическую музыку ("как 5-я симфония Прокофьева, только лучше оркестрованная"), а потом к симфонии присоединяется хор, поющий текст "есть такие люди, есть такие люди, алкоголики, алкоголики" тоже трудно понимать однозначно, но, во всяком случае, ирония здесь определенно присутствует. А вот когда дело доходит до того, что семь белых клавиш соотносятся с планетами, а пять черных - со стихиями в китайской философии, и вообще черно-белая фортепианная клавиатура представляет собой редуцированную китайскую модель мироздания - такие умопостроения в пелевинско-вырыпаевском духе могут и в тупик поставить. У Пелевина или Вырыпаева, по крайней мере, подобные объяснительные модели - лишь форма для выражения мысли, и форма заведомо ироничная, если не сказать - "стебная". А ну как Мартынов - всерьез? С православных станется!
маски

"Очищение" реж. Барри Берман, 1999

Банда черных подростков врывается в частный магазинчик одинокого еврея и устраивает пальбу. Все, кроме самого маленького негритенка, успевают сбежать, а того у порога магазина вылавливает мать-таксистка. Втиснув в машину раненого мужчину, она отправляется в Луизиану к матери, от которой сбежала 15 лет назад, рассчитывая, что подстреленный там выздоровеет, а сына удастся спрятать от полиции.

Криминальная драма быстро перерастает комедию, а комедия не сразу, но зато уж без остатка, трансформируется в мелодраму. Дома у таксистски - старая мать, ее приятель Шугар (Сахар) - 102-летий неграмотный знахарь, сын раба, и два брата - один алкоголик, другой умственно отсталый в результате травмы. Еще в городе ее детства живет счастливо с женой и двумя детьми симпатичный белый плантатор, с которым когда-то у героини был роман. Подстреленный еврей (его играет Берт Рейнолдс), у которого восемь лет назад умерла жена, а еще раньше сын погиб во Вьетнаме, входит в семью черных как свой, хотя героиня пытается его убедить, что те просто до сих пор боятся белых.

Из фильма следует, что боятся белых не зря - они по прежнему во всем виноваты, и даже в том, что черные подростки стреляют по евреям. Во всяком случае, чувствительные евреи в этом убеждены на все сто, и продолжают предъявлять счет рабовладельцам за несчастную долю чернокожих, хотя, казалось бы, Америка прошла довольно долгий исторический путь от хижины дяди Тома до Барака Обамы. Впрочем, все эти криминально-мелодраматические перипетии подаются в фильме с юмором, все персонажи оказываются в глубине души добрыми, а некоторые еще и мудрыми, несмотря на массу забавных, почти анекдотических ситуация, как, например, в связи с лечением огнестрельной раны препаратом из толченых паучьих лапок. Но когда я смотрю такое вот кино, я, кажется, начинаю понимать, что имеет в виду Н.С.Михалков, когда, насупившись, тупо повторяет: "как бы нам страну не прохихикать".
маски

"Дети портят отношения" Ж.Летраза в Театре им. В.Маяковского, реж. Семен Стругачев

Я помню пьесу Летраза "Крошка, или Дети портят отношения" практически с детства, знаю, в частности, что смысл несколько коряво звучащего названия не в том, что какие-то дети друг с другом поссорились, но в том, что дети портят своим появлением отношения между родителями, и меня всегда удивляло, что симпатичная французская комедия в то время, когда антрепризы под разными названиями пачками выпускают поделки Камолетти, Людвига и, в лучшем случае, Куни, совершенно не востребована театрами. Я-то смотрел еще спектакль Петра Монастырского, который ставил "Крошку" сначала в Самаре, которая тогда называлась Куйбышевым, а потом в Ульяновске, который называется так до сих пор. В спектакле Стругачева, как ни удивительно, использованы не только некоторые режиссерские решения Монастырского (а сценография, если уж на то пошло, до боли напомнила мне о декорациях спектакля "Любовный напиток" того же театра им. Маяковского, где десять лет назад играли Гундарева и Симонова - не исключено, что их достали из загашника и употребили в дело, чтоб, значит, добро не пропадало), но и песенки, памятные мне по тем давним временам - правда, свою любимую, рекламную, про икру - "Икра, икра, икрааааа.... Ешьте ее с утра!" - я в новой версии так и не услышал, но все остальные - "Как хорошо, когда мы все помыты...", "Спи, моя крошка..." и, конечно, "Париж, Париж, любовь моя", звучат, правда, в записи - в ульяновском спектакле под плюсовую фонограмму шли только ансамблевые номера, а сольные - живьем. Ну да не в этом дело.

Печально, что пьеса, производившая в провинциальных театрах на рубеже 80-90-х впечатление чего-то очень свежего, а присутствуя в афише по соседству с "Невестой из Парижа" или "Гусаром из КГБ" Рацера с Константиновым ("Гусар...", впрочем, в Ульяновске не шел - но, наверное, это был единственный провинциальный театр, который проигнорировал столь знаковый "шедевр" эпохи) - казавшаяся еще и вполе достойным, кроме шуток, произведением, по меркам 2011 года и на столичной сцене смотрится, мягко говоря, не вполне уместно. Двадцать лет назад водевильные перипетии вокруг нежеланного поначалу ребенка (несовершеннолетний сын преуспевающего мыловара верит, что его подружка родила ему недоношеного сына, сестра, чтобы спасти брата и убедить отца выдать ее замуж за его верного помощника, уверяет родителей, что это ее ребенок, а на самом деле отец - бывший компаньон папаши, желающий сам жениться на его наследнице - ну не "Горе от ума", прямо сказать, несмотря на некоторое сходство интриги) могли сойти за ироничный привет иной жизни, несбыточной мечте о недосягаемом Париже, в духе знаменитого примерно в те же годы монолога Клары Новиковой "Не пойдем сегодня на пляж". Теперь, учитывая опыт "Моей прекрасной няни", все сводится исключительно к комедии положений, не привязанной ни к каким социальным или культурным реалиям, и Семен Стругачев как режиссер не пытается придать водевилю хотя бы видимость интеллектуального лоска, а как актер, играющий главную роль, работает грубее остальных. При том что как раз исполнительский ансамбль постановку до некоторой степени вытягивает - и Галина Беляева, и молодой Всеволод Макаров в роли юного Жака, и особенно Ольга Прокофьева в роли тети Полины. В ульяновском спектакле двадцатилетней давности тетю Полину играла Лия Ефимовна Радина - актриса уже очень немолодая и солидной комплекции. Прокофьева, стройнейшая дама "без возраста", играет принципиально иной образ - не просто вредной на вид, но добродушной внутри старой девы, но и в полном смысле девушки, которой помимо нерастраченного материнского инстинкта, не чужд также и нерастраченный женский пыл - во всяком случае, своей племяннице Кристиане такая Полина вполне могла бы при желании составить конкуренцию.

Меня так или иначе, увы, подобный опус не слишком радует - хотя в своем роде он далеко не постыдный. Но меня смущает, что это еще один шаг назад, туда, откуда современный драматический театр вроде бы осторожно выбирается. Шаг уверенный и успешный - нет никаких сомнений, что, в отличие от понятой узким кругом "специальной" публики и, как теперь уже официально объявлено, приказавшей долго жить "Турандот" Кости Богомолова, "Дети портят отношения" будут идти долго и на аншлагах при дорогих билетах. В то же время это, на мой взгляд, все же не так ужасно, как идущие на той же сцене "Три сестры" Чехова с вставными частушками "мягкие, пуховые сисочки у ей, у ей". На "Трех сестер" я бы даже маму не отправил, а на "Дети портят отношения" она пошла вместе с тетей, которая у нее сейчас гостит - и вне всяких сомнений, они остались довольны, хотя я и не уточнял, с тетей я уже несколько лет не разговариваю.
маски

спокойной ночи и удачи: "Доброе утро" реж. Роджер Мичелл

Всегда бы кинопремьеры устраивали после десяти вечера - может, я бы почаще тогда на них ходил. Но премьера "Доброго утра" на ночь глядя была разовой акцией, приуроченной к тому же к "старому Новому году" - это во-первых, а во-вторых, я и на нее все равно опоздал. Пока закончился спектакль, которые еще и задержали на двадцать минут, потому что народищу набежало как грязи и не могли никак всех рассадить, пока он шел, пока закончился, пока я вместо того, чтобы побежать на метро, дождался 31-го троллейбуса, пока доехал до "Горизонта" - пропустил начало, не говоря уже о предварявшем сеанс фуршете. Вообще уже не хотел ехать, тем более, что фильм вроде бы уже стартовал в прокате, но подумал - поеду, терять-то нечего. Вход был уже заперт, но открывший мне охранник, а потом и подбежавшая незнакомая девушка, не смогли меня убедить в том, что я опоздал, и вынуждены были пропустить, а места в зале нашлись, и как оказалось, я не так уж много потерял. В смысле - кино неплохое, но в целом понятное и без первых минут.

В утреннюю программу берут бойкую девушку на должность исполнительного продюсера, а по-нашему говоря, редактора, и она считает, что спасти проект сможет приглашенная звезда. Майк 40 лет проработал на ТВ, но в т.н. "серьезных" передачах, а тут ему предлагается вести полуразвлекательное-полуинформационное шоу с вкраплениями прогноза погоды и кулинарных сюжетов. С прежней работы его поперли, деньги нужны, и мэтр соглашается, но покладистым характером он не отличался и в лучшие годы, а теперь, исполняя работу, которая ну совсем ему поперек горла, он говнится сверх меры. С напарницей по эфиру Колин, бывшей мисс Аризона, у Майка, суперзвезды политического интервью, тоже натянутые отношения, и в студии то и дело летят искры. Девушка-редактор, однако, не сдается, и несмотря на завязавшийся роман, готова всю свою жизнь положить на то, чтобы поднять рейтинги и спасти шоу от закрытия. В то время как Майк со своими прежними замашками не желает "снижать планку", бойкая девица использует все средства, чтобы привлечь зрительское внимание - в частности, она заставляет корреспондентов и ведущих вместо наблюдения и анализа участвовать в событиях лично: кататься на горках, делать татуировки на заднице, целоваться с лягушками, танцевать в детской балетной группе и читать рэп с "50 центов". Своего она добивается - шоу оживает, а ее саму приглашают поработать на более крупную телесеть. Она же готова отказаться, потому что ощущает "Доброе утро" своим детищем. Но Майк продолжает вредничать, и она соглашается. Тогда склочный старик неожиданно размякает и, повязав передник, демонстрирует в эфире свои кулинарные таланты, употребляя при этом ненавистное ему слово "пушистый" - и энтузиастка дает обратный ход.

"Доброе утро" - кино, может, и не великое, но достаточно смешное, и не за счет сюжета, не за счет ситуаций, но за счет текстовых реприз, они, на мой вкус, не слишком остроумны, но точно сконструированы и дают нужный эффект - смешат. При этом интеллигенты должны прийти в ужас, потому что, по сути, герой Харрисона Форда (а это он в дуэте с Дайан Китон сидит с мрачным видом в эфире "Доброго утра") совершает страшное грехопадение - и профессиональное, и личное, нравственное, поскольку, вопреки своим заверениям, "снижает"-таки "планку" и разменивает талант политической журналистики на кулинарные шоу и, в лучшем случае, всяческий "инфотеймент" - и это в стране, где пока еще политическая журналистика в каком-то виде теоретически существует. Здесь же пускай и утреннее, но все-таки "серьезное" ТВ превращается в телеальманах всевозможной пошлятины и уродства, в духе проекта "Чудаки". Так что неслучайно, должно быть, один из центральных каналов подсуетился и поручил дублировать фильм своим штатным ведущим. Меня, например, это не смущает, напротив, веселит. Другое дело, что, насколько я задним числом понимаю, не персонаж Харрисона Форда в "Добром утре" - главный герой, но девушка-редактор, это ее история - и, соответственно, ее триумф, а не поражение престарелого мэтра. Помимо профессионального, героиня добивается еще и личного успеха, заполучив парня, о котором остальные девушки только и мечтали - несмотря на то, что Майк, руководивший женишком редакторши в былые времена, продолжает называть его "синьор Задолбыш".

Против ожидания после фильма, закончившегося практически ровно в полночь, снова выкатили шампанское с мандаринами и бутербродами. В вип-зоне, говорят, давали еще и виски, и соки наливали - но мы со знакомыми, которых я встретил после сеанса, не стали на этот счет дергаться. Мандарины публика так быстро рассовала по сумкам, что я их и не попробовал, но сэндвичи шампанским запил за милую душу.