August 14th, 2010

маски

Выставка "Страницы частной оперы С.Мамонтова и С.Зимина" в Бахрушинском музее

Если бы я знал, что выставку продляют еще раз, то, может, и не спешил бы так, но закрыть ее должны были еще в июле, я уже успел смириться, что пропустил, и когда ее все-таки оставили, решил не откладывать. Экспозиция довольно скромная, занимает всего один зал, "шаляпинский", но насыщенная предметами, достойными пристального внимания. Если спускаться в зал из основной экспозиции, на лестнице сталкиваешься с портретом Саввы Мамонтова кисти Репина, 1880 года. Пара фотографий напоминает о том, что Мамонтов занимался железнодорожным строительством. Но основная эскпозиция, конечно, связана с эскизами к спектаклям и фотографиями из осуществленных постановок. В стеклянных витринах выставлены костюмы Шаляпина для ролей Мефистофеля, Мельника и наплечник Бориса Годунова - но кое-какие из них можно было видеть раньше, в том числе в постоянных экспозициях. Интереснее же разглядывать эскизы, в особенности если можно сравнить разные изобразительные решения одних и тех же произведений оперного жанра разными художниками, или, если не сравнивать, то сопоставлять: эскизы декораций Поленова к "Борису Годунову" (1898) или экскизы костюмов молодого Федоровского к той же опере (1908); лубочный эскиз декорации Васнецова к "Жизни за царя" (1898) или умопомрачительный, чуть ли не в экспрессионисткой технике выполненный вариант того же Федоровского (1913). Эскизы Федоровского к "Снегурочке" (1910), особенно похожая на матрешку Весна-Красна - целый цикл замечательных, оригинальных рисунков. Вдвойне ценны вещи, напоминающие, что частная опера ставила не только общеизвестные ныне хрестоматийные произведения. Понятия не имею, что из себя представляет "Алая Роза" Кроткова, и сама фамилия автора ни о чем мне не говорит, но эскиз Васнецова к афише этой постановки - замечательный. Что за опера "Царь Саул" Мусоргского - тоже никогда не слышал. "Гензель и Гретель" Гумпердинка совсем недавно поставлена в Москве вновь, но эскизы Поленова к спектаклю 1896 года позволяют взглянуть на нее иначе. Забавно, что к "лирическим сценам" под названием "Призраки Эллады" Поленов писал музыку, а сам Мамонтов - слова, хотя оба прославились отнюдь не как поэт и композитор. Коровинские эскизы к "Снегурочке", поленовские - к "Орфею и Эвридике" Глюка, врубелевские - к "Рогнеде" Серова и к "Царской невесте". Странно было бы, если бы в "шаляпинском зале" не уделили особое место фигуре Шаляпина, хотя у него в Москве есть и персональный мемориальный музей. Портрет Шаляпина кисти Кузнецова в самой дальней части экспозиции как будто "рифмуется" с открывающим изображением Мамонтова. В витринах, помимо костюмов - кубок Глинки, передаренной Шаляпину родственником композитора. Некоторые образы Шаляпина, запечатленные на фото, почему-то дублируются - например, Варяжский гость из "Садко", возможно, по недосмотру кураторов. Художественная составляющая выставки богаче и занимательнее собственно театральной - но это как раз делает проект более широким по тематическому охвату и более привлекательным.
маски

"Сердцеед" реж. Паскаль Шоме

Французская романтическая комедия - жанр-приговор, однако неправильно те думают, кто считает, будто все сюжеты уже давно сочинили и осталось только их заново пересказывать. Я, например, не припомню случая, чтобы речь шла о частной, точнее, семейной фирме, специализирующейся на разлучении пар, которые "заказчики" посчитали неравными, бесперспективными или по каким-либо еще причинам неудачными. Может, аналогичные фабулы где-то уже использовались - тогда пусть меня поправят, подскажут, я ничего подобного не помню. С другой стороны, лав-стори заскучавшей принцессы и нищего авантюриста - классический стандарт, после Одри Хепберн и Грегори Пека нечто подобное и играть-то вроде бы неприлично, коль скоро миру явлен такой идеал. Ромен Дюри и Ванесса Паради, к тому же - типажи ну очень сильно на любителя. Они к тому же еще и "усовершенствованы" наоборот, в том смысле, что в обычном своем "формате", в интеллектуальных экзистенциальных драмах, на худой конец, в мелодрамах, Дюри выглядит еще более-менее ничего, а в "Сердцееде", небритый, патлатый, потасканный, мятый и во всех отношениях неприглядный, он с трудом тянет на воплощение девичьих грез, при том что именно такого плана персонажа он в фильме играет - его герой призван разжалобить, впечатлить и влюбить в себя "заказанную" девушку, дабы та позабыла про своего "неугодного" заказчику жениха, и как ни странно, ему это до поры удается. Что касается Ванессы Паради - в черно-белом варианте у Патриса Леконта она смотрится как дива, но глядя на нее в "Сердцееде", можно подумать, что последние двадцать лет она пила не просыхая, а на съемки пришла после укола. И тем не менее: она - дочь цветочного магната, который к тому же мафиози, а он - авантюрист, вместе с сестрой и ее мужем отбивающей на заказ девушек у неугодных кому-то парней. Естественно, герой влюбляется в "клиентку", естественно, у них все непросто - та вот-вот выйдет замуж за идеального мужчину, молодого, красивого, богатого, умного и любящего. Естественно, ничего из этой свадьбы не выйдет, невеста сбежит в решающий момент и влюбленные воссоединятся, расскажут друг другу правду и, возможно, впоследствии будут счастливы - но это уже за кадром. В кадре же - цветут магнолии Монако, цветут не ведая печали (и хотя Монако - тоже стандарт для таких случаев, но Паради все же предпочтительнее Тоту). Однако то и другое не очень интересно, а вот что меня привлекло непосредственно "в кадре" - это такие "мелочи", как то, что папа невесты, мафиози и криминальный авторитет, на самом деле оказывается кредитором главного героя, и тот, стараясь любой ценой заплатить долг бандитам (а за ним по пятам следует православный убийца-серб, готовый вытряхнуть душу из несостоятельного должника по приказу босса), не знает, что на самом деле должен своему будущему родственнику. И, безусловно, фраза "мы научили дельфинов произносить ваши имена" войдет в мой виртуальный карманный словарик афоризмов на каждый день - звучит почти так же трогательно, как "слезы мешаеют говорить" из репертуара Александра Давыдовича Ревзина.
маски

"Под кроватью" по Ф.Достоевскому в Театре "Эрмитаж", реж. Михаил Левитин

Обычно спектакли "Эрмитажа" идут часа по три с половиной, и я не был готов к тому, что "Под кроватью" с антрактом уложится в час сорок. Жанровый подзаголовок постановки - "игра на нервах" - при этом все равно оправдывается, причем уже в первые минуты. Персонаж Арсения Ковальского церемонно вышагивает из-за сцены и застывает надолго, до такой степени надолго, что зрители, - а речь идет о самых обычных зрителях, не премьерных, не фестивальных, но в основном таких, что гуляли жарким вечером по саду "Эрмитаж" и зашли в театр с расчетом, что там работает кондиционер - успевают и поаплодировать, и "браво" покричать, и повозмущаться, и продемонстрировать вслух свое убогое остроумие, а персонаж все стоит в чванливой позе, и ничего другого на сцене не происходит. В то же время "Под кроватью" - едва ли не самый живой из спектаклей, которые мне доводилось видеть в "Эрмитаже". Стилистика и интонация гротескного Достоевского, его "скверных анекдотов", уловлена и передана довольно точно, на стыке натурализма и предельной условности. В первом действии железная решетка служит обозначением моста, на котором якобы нервничает обманутый муж. Во втором из этой и парной решетки в сочетании с сеткой конструируется кровать-батут и кульминация разыгрывается уже с помощью этой, тоже условной, но вместе с тем и функциональной декорации.
маски

"Башмачкин" О.Богаева, реж. Владимир Мирзоев

Если "После занавеса" Каменьковича для проекта "Телетеатр" хронологически предшествовал премьере театральной постановки того же режиссера той же пьесы в Мастерской Фоменко, его только показали после серии превью, то "Башмачкин" Мирзоева для телевидения явно позже снимался, чем выпустили и уже успели забыть театральную версию пьесы Богаева "Акакий А.Башмачкин". И если у Каменьковича телеверсия насыщеннее приемами и смыслами (сужу по тому, что слышал про театральный спектакль - сам не видел пока) благодаря участию в проекте молодых художников, учеников Дмитрия Крымова, то Мирзоев, могу только предполагать, сам, осознанно, старался избежать ошибок, допущенных при работе над театральным проектом, во всяком случае, стремился к какому-то совсем иному результату. И хотя вроде бы исходный материал тот же и актерский состав похожий, даже Анна Чурина, родимая, неизменная, на месте (эту уникальную в своем роде актрису один критик остроумно и точно охарактеризовал так: "единственное, что про нее можно сказать наверняка - она блондинка"), результат совершенно другой. Ну понятно, что иначе, богаче, интереснее, разнообразнее организовано пространство - при том что я смотрел "Акакия А.Башмачкина" в Студии на Поварской, где пространство и само по себе - весьма своеобразное, но в телеспектакле появляются винтовые лестницы и вентиляционные трубы, всевозможная прочая атрибутика, и все изысканно, с наворотами, запечатлено камерой - кстати, оператором на проекте подвизался человек, с которым мне доводилось работать в паре и общаться в период моего недолгого, странного и бесславного сотрудничество с порталом "Опен спейс". После премьеры спектакля на Поварской, а главную роль тогда играл Захар Хунгуреев, я подумал, что обещанный Стычкин своим "медийным лицом" окончательно развалит режиссерский замысел:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1125290.html?mode=reply

В телевизионном "Башмачкине" Стычкин появляется - но совсем не в ожидаемых объемах. Вообще телеверсия в сравнении с театральной как будто еще больше дробится на отдельные сцены, мотивы, образы, каждая картина тут приобретает завершенность и отдельное "официальное" заглавие. "...Тексты бесконечно загадочны, число персонажей ограничено
простыми числами и, чтобы воплотить эти галлюцинации на подмостках, требуется
настоящее вдохновение..." - объяснял мне в интервью Мирзоев свое пристрастие к пьесам Пинтера:

http://www.chaskor.ru/article/vladimir_mirzoev__demokratichnee_tolko_malevich_4287

К "Башмачкину" эта формула с трудом применима в силу немалого числа действующих лиц, зато с галлюцинрациями тут полный порядок. Мирзоев отказывается от некоторых специфически театральных ребусов, но заменяет их, не без помощи оператора, на другие. Но у них точно так же нет окончательной, единственно верной, известной хотя бы режиссеру, разгадки.
маски

"Челси со льдом" реж. Абель Феррара в "35 мм"

После того, как я угробил два часа своей и без того никчемной жизни на повторный просмотр корейского "Ха-ха-ха" - кстати, еще один опус режиссера был показан несколько лет назад на фестивале корейского кино и помимо столь же невнятного впечатления вызвал еще и те же самые ассоциации, от "новой волны" до Куросавы, то есть постановщик продолжает работать в привычном ему формате, да и почему нет, если за это дают призы на кинофестивалях:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/952611.html

В первый раз я вынужден был уйти с "Ха-ха-ха" ровно на середине - причем фильм, на который я пошел, был не в пример достойнее. А досмотривать до конца отправился не столько даже из спортивного интереса, сколько от безысходности - дома жарко и мухи кусачие, а в кинозале все-таки кондиционер. Но право, лучше мухи, чем вот такой корейский артхаус, бессмысленный и беспощадный. Ладно, думаю, отдохну на Ферраре. Тем более, что когда "Челси со льдом" показывали на закрытии фестиваля "Завтра", я сидел в другом зале на польских "Штучках", о чем нимало не пожелел, хотя потом возникли подозрения, что "Челси..." до московского кинопроката не доберется уже - все же прошло почти два года с тех пор, плюс к тому выход фильма, намеченный на июль, уже откладывался. Но выпустили, и я посмотрел.

Рассчитывал почему-то на два часа, оказалось - меньше полутора, но это, как говорят в таких случаях, главное достоинство картины. Не единственное, нет - это было бы слишком несправедливо. Отель "Челси" - крупная гостиница на Манхеттене, где в разные годы, и особенно в 70-80-е, жили известные художники, кинематографисты, актеры и просто творческие люди, некоторые - десятилетиями в одном и том же номере. А теперь новый корпоративный менеджмент теснит богему, выселяет прежних обитателей и вообще старается "оптимизировать" бизнес. Так что пафос режиссера - только отчасти ностальгический, что еще до некоторой степени интересно, а в большей степени - обычный антиглобалистский, антикапиталистический, левацкий, интеллигентский, тупой до безобразия. Понятно, что "богема" жила, зачастую не оплачивая счетов, и ведя себя при этом не слишком "благопристойно" по буржуазным меркам. Понятно также, насколько это близко лично Ферраре - достоточно вспомнить его собственное поведение в статусе председателя жюри фестиваля "Завтра", когда он четыре дня напролет не просыхал. И то, что место, отмеченное именами Марка Шагала и Джулиана Шнабеля, Милоша Формана и Итана Хоука, а также десятков других, достойно внимания и своего места в истории как города, так и мировой культуры - понятно тоже вне всяких сомнений. Но почему продвинутые представители "бомонда" считают себя вправе распоряжаться им за чужой счет - вот этого я не понимаю напрочь. Мало того, в отеле произошло убийство, или, как пытаются оправдать случившееся его защитники, неудачная попытка двойного самоубийства: юный рокер, алкоголик и наркоман, слетавший с катушек под одобрение старших товарищей, то ли сам зарезал свою подружку и оставил истекать кровью до утра, то ли она зарезалась, а он не заметил. И это далеко не единственный труп за славную историю "Челси" - смертей, в том числе насильственных, там было немало. Феррара и о них говорит с каким-то извращенным, патологическим умилением - он и его герои слюняво вспоминают при этом По, Верлена и т.п. Конечно, Милош Формал или дочь Джулиана Шнабеля, тоже художница - персоны, появление которых в кадре любопытно в любом случае, а Форман к тому же травит весьма занятные байки, вспоминая между делом, как поселился в "Челси" после выхода своего первого американского фильма без копейки денег. Но возмущение режиссера тем, что происходит ныне с "приютом комедиантов" - возмущение откровенно и очевидно неправедное - и его самого в невыгодном свете представляет, и приятный ностальгический оттенок убивает.
маски

"7 дней до потопа" бр. Пресняковых в театре им. К.Станиславского, реж. Владимир Петров

Премьера анонсировалась на прошлый сезон и с участием Сергея Шакурова в главной роли. Отсутствие Шакурова, и это было ясно заранее, спектаклю пойдет только на пользу, а теперь я и вовсе не представляю его в этом ансамбле.Хотя сказать, что в окончательном своем - на момент официальной премьеры - виде спектакль вышел образовым, тоже было бы сильным преувеличением. Начать с того, что пьеса - далеко не образцовая, и даже у Пресняковых не лучшая. Они, как водится, обыгрывают хрестоматийные сюжеты, в данном случае - библейский Всемирный потом. Герой по имени Йон - новый Ной (кстати, пьеса с таким названием была написана лет сорок назад для радио швейцарцем Урсом Видмером, не говоря уже про голливудские комедии типа "Эван Всемогущий", которые Ноя любят и всячески модернизируют мотив "ковчега" в самых разных жанрах, отнюдь не только комедийных). В супермаркете некий мерчандайзер (трехминутная роль Леры Горина) всучил ему пакетик чипсов под "рекламную акцию", а в нагрузку еще и томик "Над пропастью во ржи" Сэлинджера. Вернувшись домой к сыну-подростку и молодой второй жене, Йон в пакетике обнаружил "выигрышную фишку", свидетельствующую, что компания по производству чипсов готова подарить ему яхту. Уверовав в свое спасательское - "спасительское" - предназначение, герой начинает готовиться к потопу. Идет к первой жене, актрисе, но понаблюдав за репетицей ее следующего спектакля, спасать ее передумывает. Затем получает разрешение от властей на покупку животных в зоопарке, который, как по заказу, распродает свой звериный "штат" - по настоянию "зеленых" и к ужасу самих зверей их условия содержания признаны бесчеловечными. Но денег у Йона после покупки чипсов и нескольких кило листьев коки для дня рождения сына хватило только на одно животное, гориллу Артура (эта роль досталась Константину Богданову, которому вообще везет на зооморфных персонажей). Тем временем на дне рождения сына отрывается полицейский, наевшись листьев коки, он начинает проповедовать и учить. Да что там полицейский, если даже в горилле Артуре просыпается проповеднический дар и заговаривает горилла человеческим голосом: что, мол, лодка, человеческий организм почти весь из воды состоит, а лодка - душа ваша собственная, вот и спасайся, кто может! Но душа - хорошо, а яхта, однако, уплыла - представители компании вместо обещанной яхты, прикрываясь кризисом, подсовывают обычную моторную лодку. Йон готов уплыть и на лодке - но ему в попутчики по спасению набиваются и бывшая жена, и представители чипсового бренда, и чиновник, выдающий разрешения, и полицейский... Впрочем, они для начала не хотят допустить, чтобы Йон в лодку влез - думают, что как только он на нее ступит, так дождь и хлынет. Йона трудно переубедить, поэтому сын-подростков просто убивает его из пистолета. Но на место Йона готова заступить мудрая горилла и дать человечеству шанс погибнуть, чтобы возродиться заново. Где здесь заканчивается стеб и начинается морализаторство, определить трудно, во всяком случае, по спектаклю. Что еще хуже, стеб, пусть даже такой пустой и туповатый, в духе удобопонятных притч, пережить еще можно, а вот морализаторский агит-плакат, да еще с обезьяной в качестве нравственного образца - труднее. Надо отдать должное актерам - и Максу Шахету, который каким-то чудом находит нужную грань между реализмом и абсурдом в пьесе, где сами авторы затруднились бы отделить одно от другого (и это им вовсе не комплимент), Полина Райкина дает сильный крен в гротеск, но выглядит убедительно, дебютант Илья Бочарников в роли сына тоже неплох, Юрию Дуванову, Татьяне Майст и многим прочим достались крошечные роли, но меньше повезло тем, кто играет обитателей зоопарка - этот эпизод, открывающий второй акт, честно говоря, оставляет самые большие сомнения по части вкуса и стиля - тут, увы, не обошлось без накладных хвостов, чем, помнится, пыталась пленять публику театра Станиславского еще Татьяна Ахрамкова в "Мучениках любви". В целом же "7 дней до потопа" пытается казаться вещью более сложной и более серьезной, а вместе с тем и более смешной, нежели является таковой по факту.