March 10th, 2010

маски

"Я вас люблю" реж. Клод Берри, 1980

В жизни героини Катрин Денев по имени Алиса было четыре главных мужчины, разных по характеру и роду занятий. Обычное дело, и особенность фильма разве что в том, что эпизоды совместной жизни Алисы с каждым из них перемешаны в последовательности по видимости произвольной, выстроены не по хронологии, а по ассоциации. И все заканчиваются расставаниями, но каждый роман оставляет след. Мужчины-актеры - подстать партнерше: Жерар Депардье, Жан-Луи Трентиньян и, в роли музыканта-отморозка, разумеется, Серж Гензбур.
маски

"Жаркое американское лето", реж. Дэвид Уэйн, 2001

Надо же - задолго до "Дня святого Валентина" Брэдли Купер, записной голливудский красавчик (чересчур приторный на мой вкус) уже сыграл гея в скромной малобюджетной молодежной комедии про летний лагерь. Герои "Жаркого лета", правда, не столько подростки, сколько вожатые, сами, впрочем, еще не вполне вышедшие из тинейджерского возраста. Помимо однополой парочки, среди них обнаруживаются и полупомешанные интеллектуалы, и, наоборот, туповатые мачо. Причем такого мачо играет Пол Радд. Прелестная, остроумная, на удивление свободная от жанровых и сюжетных штампов авантюрная комедия.
маски

"Па-ра-да", реж. Марко Понтекорво, "Бывшие" реж. Фаусто Брицци ("Новое итальянское кино" в "35 мм")

Как-то между делом я успел если не в полном, то в приемлемом для себя объеме освоить нынешнюю программу "Найса". При том что один и, возможно, наиболее интересный фильм программы, "Лекцию 21" Алессандро Барико, я видел еще полтора года назад в конкурсе фестиваля "Завтра":

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1239207.html?mode=reply

А из фильмов, которые хотел увидеть, пропустил только "Морскую фиалку" Донателлы Майорки.

"Па-ра-да" смотрел не с начала, но и общий пафос, и сюжет картины восстанавливаются из любого 10-минутного фрагмента. История молодого полуфранцуза-полуараба, приехавшего в начале 90-х в Румынию и перевоспитавшего кучку беспризорников с помощью цирковых представлений, основана на реальных событиях. Но как раз "реальный" ее аспект вызывает у меня массу сомнений (не по части достоверности - я верю, что такое могло быть, и не такое бывает, да и не волнуют меня вопросы на уровне "было-не было"; а просто сама постановка проблемы смущает - перевоспитание искусством, воздействие добром на зло и т.д.), в вот эстетически картина производит достойное впечатление. Не шедевр, нет - счастливая развязка, сколь бы точно она не соответствовала историческим реалиям, не убеждает - продажные полицейские и мафия, эксплуатировавшая малолетных воров и проституток, грозившая убить клоуна-педагога, неожиданно отступает, просто исчезает из поля зрения режиссера и все, шоу продолжается - и это вот и есть хэппи-энд. Но кино по-настоящему трогает. Успех Понтекорво прежде всего в том, что об уродливых сторонах жизни он рассказывает красиво, не засахаривая картинку, но и не превращаяя ее в помойку, не педалируя натуралистические и физиологические детали, не бравируя изображением детских трупиков (хотя одна из девочек, сбежавшая из приемника, была найдена изнасилованной и убитой) и прочих прелестей жизни в коллекторе.

С "Мятежной сицилийки" Марко Амента я вынужден был уйти через несколько минут после начала и не без сожаления, кино хоть и опять на материале, связанном с мафией, но прежде всего, как было понятно уже с первых кадров, не социальное, а скорее экзистенциальное по проблематике. Зато успел к началу "Бывших" и с удовольствием провел два часа. "Бывшие", или "Ex" в оригинале, сделаны по стандартной схеме ромкома - несколько переплетающихся сюжетных линий, завязанных на Дне святого Валентина. Но тут и проявляется итальянская специфика. В отличие от недавнего голливудского "Дня святого Валентина", все любовные пары "Бывших" - исключительно гетеросексуальные, а двумя полюсами притяжения микросюжетов становятся суд и церковь. Причем священник, который должен повенчать молодую пару, оказывается бывшим возлюбленным невесты и в итоге уводит ее у жениха, попутно расставаясь с саном - но показано это тонко, аккуратно и непошло, хотя и с юмором: герой запросто беседует с Христом и объясняет ему, почему предпочитает служению семейную жизнь с любимой девушкой. Девушка, кстати, тоже не промах, ведет дневник, где своим парням выставляет оценки, и по ее шкале жениху достается "три с минусом", а священнику - "пять с плюсом". Второй знаковый персонаж этой сложносочиненной истории - судья, который, разводя других по долгу службы, сам оказывается на грани развода и проходит всю процедуру уже в качестве "жертвы", причем дело слушает судья-женщина, с которой у него, как можно заключить из некоторых показаний, тоже была связь. Лучший друг судьи, вдовец-психолог, завзятый бабник, только после гибели бывшей жены узнает и понимает, как много для нее значил - глаза ему открывают взрослеющие дочери, у старшей уже есть мальчик, и самые острые комические моменты фильма связаны с тем, когда дочь-подросток просит у отца презерватив, а ее парень говорит, что на ужин не останется, потому что после секса ему захочется спать. Кстати, важный практически для всех европейских фильмов о конфликте поколений момент: дети и подростки оказываются мудрее, взрослее своих родителей. Они, родители, из поросли, взрослевшей на результатах "революций" 1960-х годов и выросшей ограниченными эгоистами, в погоне за личными удовольствиями просравшими и собственную жизнь, и всю европейскую цивилизацию. Их дети зачастую еще более циничные, а иногда более скучные, но и более здравомысляющие, это они учат родителей, а им самим учиться у старших нечему. В "Бывших" этот мотив доведен до гротеска в сюжетной линии, связанной с одной разводящейся парой, которые не могут поделить маленьких детей - в том смысле, что ни отец, ни мать не хотят их брать, потому что дама увлечена шоппингом и маникюром, отец - спортом и сексом, а детки интересуются искусством и любят оперу, с родителями же хотят "развестись", и судье приходится "приговорить" маму с папой к совместной опеке и принудительному общению с их вундеркиндами. Самая же трогательная и чистая романтическая линия связана с персонажем Малика Зиди, туроператором, чья невеста получает назначение в Новую Зеландию. Оба на День святого Валентина решают бросить дела и прилететь на свидание, оба по недоразумению подозревают друг друга в измене и совсем уж "сказочным" образом встречаются на полпути по дороге обратно в аэропорту Гонконга, целуясь на встречных эскалаторах.
маски

концерт-симфония для альта и виолончели с оркестром А.Рыбникова в БЗК

Основной интерес в программе открытия фестиваля "Viva cello", несомненно, составляла мировая премьера симфонии Рыбникова, но и первое отделение порадовало. Тем более, что вариации на темы рококо Чайковского в последний момент заменили на виолончельный концерт Сен-Санса, тоже вещь заигранная, но Чайковский в комплекте с любыми другими авторами, в том числе куда менее выдающимися, воспринимается плохо, и тенденция формировать из его произведений монографические программы, как это делают Плетнев или Гергиев, абсолютно правильная. А Гутман сыграла Сен-Санса блестяще, и хотя дирижер из Башмета - как из меня балерина, оркестр был на высоте. Башмет дирижировал и симфонией Гайдна "Пассион", а я при всей моей любви к Гайдну никогда ее раньше не слышал, вещь просто великолепная и для Гайдна нехаратерная, в ней нет его обычной легкости, по форме она ближе к барочной сюите, по духу - к романтической поэме.

Симфонией Рыбникова во втором отделении дирижировал уже Сладковский, солировали Башмет и Андрианов. Музыка очень хорошая, пускай и написанная с явными оглядками на "старших товарищей": в первой и четвертой частях слышно влияние Шнитке, во второй - Шостаковича. Но в целом цикл превосходно выстроен по композиции, вторая часть - самая "модерновая", третья и четвертая, в особенности третья, наоборот, "классические", точнее, "неоромантические". В первой простые мелодические мотивы, яркие, внятные, эффетные, вплетены в достаточно сложные, но не "заумные" гармониями. Вообще по языку эту вещь вряд ли можно назвать "современной", но по духу симфония-концерт Рыбникова - музыка 20-го века, и не 21-го, а именно 20-го.
маски

сломанный хребет

По первой части "Хребта России", совместного телепроекта Леонида Парфенова и Алексея Иванова, все более-менее ясно насчет если не содержания последующих трех серий, то специфики формата, то есть насчет того, к чему пришел Парфенов через двадцать лет после того, как начал делать 10-минутные еженедельные выпуски "неполитических" новостей под названием "Намедни", от которых остался один лишь звучный бренд. "Хребет..." смотрится если и не столь увлекательно, как "Живой Пушкин" или "Российская империя", то все же занятно. Он информативен и информация, наполняющая его, что называется, "хорошо разыграна" - подана через действие, через личность, с удачным испльзованием графики, анимации и фрагментов игрового кино. Но метод аналогий и экстраполяций, ставший некогда фирменной "фишкой" Парфенова, не просто приедается от многократного и чисто формального использования, он выхолащивается, за многими хлесткими формулировками вроде "Пушнина - нефть 16 века" или "Ермак - русский Колумб Урала" уже не просматривается реального содержания, от метафор и парадоксов остается одна только оболочка, как фантик без конфетки. А Парфенов как будто не замечает этого, во всяком случае, становится заложником собственного метода, и одна сомнительная аналогия тянет за собой другую, еще более сомнительную: так из утверждения "Ермак - русский Колумб Урала" следует "Ермак - в одном лице и Колумб, и Кортес". Но это - вопрос стиля. По сути же Парфенов, всегда умевший внести в бесстрастное внешне повествование ноту либерально-интеллигентской иронии, теперь, не отказываясь от иронии вовсе, то и дело впадает в православно-державный пафос, и толкует про двуглавого орла, вторая голова которого нашла, куда смотреть, благодаря покорению Сибири. Вместе с Ивановым Парфенов мешает мифы и исторические факты (которые суть те же мифы, только признаные на более официальном уровне), и вроде бы разграничивает их, но как-то неконкретно, обтекаемо, так что не всегда понятно, где заканчивается демистификация и начинается ремифологизация. А утверждение, что, мол, Алексей Иванов - "самый значительный русский писатель 21 века", звучит и вовсе глупо в конце первогодесятилетия, да еще по отношению к Алексею Иванову. И кто, интересно, Иванова "назначил" в "самые значительные русские писатели"? Сам ли Парфенов додумался или кто-то сверху подсказал? Во всяком случае, независимо от того, как воспринимать статус Иванова как писателя, утверждение Парфенова симптоматично для его нынешнего состояния - и по содержанию, и, в первую очередь, по стилю. Так и влечет его поговорить о чем-нибудь "русском" и "значительном". Ведь, как все русские патриоты, Парфенов отправил семью подальше от любезного сердцу православного отечества, а жизнь за границей - дорогое, наверное, удовольствие.
маски

Алла Демидова в "На ночь глядя"

Слушать Демидову интереснее, чем смотреть на нее в кино или на сцене. Впрочем, еще интереснее Демидову читать:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1180335.html?nc=23

Она и на этот раз, в отсутствие кино- и театральных премьер, рекламировала очередную книгу "Письма к Тому" - переписку с профессором Гарвардского университета Томом Батлером. Слово ее - не актерское, а писательское - емкое и многозначное. Я ее новую книгу пока еще и в руках подержать не успел, но уже одно название: "Письма к Тому" - прочитывается вслух двояко, если, к примеру, поставить ударение на последний слог. А Демидова и сама подтверждает такую догадку с прочтением, подчеркивая в интервью: писала от одиночества, во время гастролей за границей, нуждаясь в собеседнике. При этом в спонтанной - как бы - беседе Алла Сергеевна умудряется ответ практически на любой вопрос сводить к выдержкам из своих уже опубликованных сочинений и еще не подготовленных к выходу в свет, но написанных или задуманных. Хотя в формате телеинтервью многие из них все равно звучат свежо - в отличие от большинства коллег, в том числе великих, Демидова мыслит не готовыми штампами, во всяком случае, не чужими. Она это замечательно продемонстрировала в "На ночь глядя" три с половиной года назад:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/672867.html?nc=33

и потом еще раз, позапрошлой зимой:

http://users.livejournal.com/_arlekin_/1056955.html?nc=12

Она и в небесспорных утверждениях убедительна, потому что доказательна, она не выносит суждений походя, всегда все аргументирует - строго, логично, последовательно, и если не посылка как таковая, то система аргументации Демидовой подкупает неизменно. Спрашивают ее про Чернякова (однако оперная тематика ведущих "На ночь глядя" зацепила не на шутку) - Демидова дает ему характеристику: "сочетание ума и таланта, что для оперного режиссера очень важно" - и формулировка настолько устойчивая, что уже почти неважно, насколько она и в самом деле по отношению к Чернякову уместна. Или про трагическую актрису - не видя "Медею" Гинкаса и судя только по телефрагменту, Демидова, не упоминая и фамилии Карпушиной, допускает, что именно ее есть основания считать актрисой трагической, а Ксению Раппопорт, не говоря уже о Чулпан Хаматовой - нет, но не ограничивается констатацией субъективного ощущения, а подводит под них категориальную базу, обозначает критерии, вынося на первый план возможности голоса и линий раз связывая таким образом драматический театр с оперным, стирая между ними барьер, и опять-таки не просто так, а осознанно возвращаясь к исконной природе театра. Ну и про Ренату Литвинову в роли Раневской: "Рената - забавный человек, но она не режиссер и не актриса. (...) Я не понимаю, почему бы Хакамаде не сыграть Раневскую..." - тут нет, боже упаси, осуждения или презрения, но есть обоснованная, осмысленная убежденность. И еще ирония. И легкость - но весьма специфическая и, пользуясь универсальным парадоксом Кундеры, "невыносимая".

Вот и чтению поэтических произведений со сцены именно Демидова придала совершенно особый статус, при том что до нее веками читали и сейчас читают. Но не говоря уже о несчастной Крючковой с ее жалкими потугами "играть" поэзию Ахматовй и Цветаевой, и самым лучшим актрисам это не всегда по силам - к примеру, Алиса Фрейндлих, грандиозная, великолепная, своими сольными программами малоинтересна. Вероятно, связано это как раз с собственным писательским дарованием - к исполнению чужих текстов Демидоваподходит не как актриса, но как соавтор. Кажется, таких актеров только двое - Алла Демидова и Сергей Юрский, причем Сергей Юрьевич тоже превосходный писатель (сам он себя предпочитает для этой своей ипостаси использовать понятие "литератор" - и я уверен, не из ложной скромности, а ради большей точности, чисто писательской, кстати), и к нему, так же как к Демидовой, давно и прочно прилепили ярлык "интеллектуального" актера. Хотя эпитет "интеллектуальный" здесь, по-моему, не вполне уместен, во всяком случае, в качестве именно эпитета. Просто, не знаю как к Чернякову, а к Демидовой или вот к Юрскому хорошо подходит эта формула: "сочетание ума и таланта". В случае с Демидовой, правда, ум, на мой взгляд, преобладает, по крайней мере если говорить о таланте собственно артистическом, исполнительском. Но это даже хорошо, во всяком случае, такой расклад встречается у актеров значительно реже, чем противоположный.
маски

а как поленом по лицу, голосованьем

Экспертный бюллетень премии Муз-ТВ читал как многостраничный ребус. А ведь с прошлого года в моей жизни произошло важнейшее событие - летом мне подключили большой пакет телеканалов и с тех пор у меня есть возможность смотреть Муз-ТВ, а также и МTV. То есть вроде бы я технически могу следить за тем, что происходит в русскоязычной попсе, да и хочу следить, мне интересна и во многих проявлениях симпатична эта тема. Однако бюллетень упрямо дает понять: я ни хрена в ней не ориентируюсь. Больше половины от общего списка номинантов мне неизвестны, причем у меня нет не только никакого понятия об их, прости, Господи, творчестве, но зачастую я не могу даже определить по названию или имени (а приводятся те и другие без кавычек, так что по формальным признакам их не различить) ни число участников проекта, ни даже их половую принадлежность. И я не беру каких-нибудь "A'D FT RE PAC" или "BAD BALANCE" - это наверняка альтернатива, хип-хоп, что-то из разряда, куда я и не лезу. Но вот по номинации "лучшая песня" среди 300 (трехсот!) наименований из лонг-листа проходят Правда и Птаха, а мне остается лишь чисто интуитивно предполагать, что Птаха - это сольный проект, а "Правда" - командный, но совсем не исключено, что и наоборот. Насчет Лавы и Слайда - вообще никаких версий. Огромное количество "живых мертвецов" - оказывается, "Демо" и "А-Мега" по-прежнему пишут песни и снимают клипы!

А еще - похожие имена, почти тезки, от которых начинает двоиться в глаза. Вот, скажем, Дмитрий Ангел - кто такой? Кто такой Дмитрий Колдун - знаю, и кто такой Егор Колдун - тоже (брат Дмитрия Колдуна), но Ангел - это Колдун после ребрендинга, клон или "самостоятельная творческая единица"? Встречающиеся в разных номинациях "Ноггано" и "Нагано" - одно и то же или разное, и что это вообще? Знаю дирижера Нагано, а группу или артиста - не слыхал. Мэри и Мария, и еще Майя к ним в придачу; "Горячий шоколад", "Градусы" и "Дети лабиринта" (кавычки ставлю на свой страх и риск); Юсиф и Марк Юсим - голова кругом идет, тут бы различить Женю Мильковского и Костю Кирьянова (что проблематично - не знаю ни того, ни другого). Дуня - по всей видимости, девушка (впрочем, тоже не факт), а Ромарио - что такое? А артист с псевдонимом Краssавчик - шутка такая, что ли? Елена Есенина, Женя Тополь, Граф Гагарин, или вот артист по имени (или группа под названием?) "Неплохой Юра" с песней "Это то" - это что? Да ладно "Неплохой Юра" или Жиган с песней "Россия" (ну это-то наверняка "шансон"... хотя черт его знает) - родной наш Боря Моисеев номинируется с песней "Королева-зима", а я ведь вроде уж за кем-другим, но за Моисеевым слежу пристально и пристрастно отношусь к динамике его имиджа (мне тут прислали пресс-релиз, где написано буквально, что Моисеев теперь - православный патриот) - а песню такую не слышал! Запутаться можно на ровном месте - понадобилось время и усилия, чтобы сообразить, что номинантка, проходящая в алфавитном перечне под именем Крутая Вика - это Вика Крутая, дочка Игоря Яковлевича, а вовсе не сестра Неплохого Юры по разуму и несчастью.

Однако, надо определяться и голосовать. В прошлый раз я решил не отправлять бюллетень, оставить себе на память. Но уж теперь, раз про меня снова несмотря ни на что вспомнили, не упущу возможность повлиять на ход истории русского шоу-бизнеса. А что такого? Терять нечего, меня все равно упрекают в дилетантизме и неспособности оценить артиста по достоинству. За четыре дня, пока не выходил в интернет, мне пришло из разных источников и на разные, но очень давние записи два комментария с похожим посылом - мол, недооцениваю я таланты. Причем в первом случае речь шла о Денисе Мацуеве, а во втором - о Лене Князевой.