June 21st, 2008

маски

"Лулу" реж. Морис Пиала, 1980 (30-й ММКФ)

Оказывается, до того как превратиться в главную "интеллектуальную маньячку" европейского кино Изабель Юппер была простоватой веснушчатой девушкой - но уже тогда играла героинь с "заморочками" (хотя и без патологий). Лулу, правда - это не имя ее героини, а кличка героя Жерара Депардье. Его зовут Луи, он безработный уголовник, умеющий и желающий только трахаться. Но Нелли (Юппер) именно это и устраивает: после трех лет совместной жизни с зацикленным на работе буржуа (Ги Маршан) ей за счастье самой содержать всегда готового к соитию (причем с кем угодно) великовозрастного лоботряса. Однако окончательно порвать с привычками ей тоже не дано, да и не хочется - время от времени она возвращается к прежнему сожителю, даже спит с ним, будучи беременна от Лулу, но от ребенка, правда, избавляется. У Пиала (действительно один из крупнейших французских режиссеров 70-х) все очень интересно получается: в моногамных отношениях и при стабильном социальном положении его героям жить скучно, а на принципах свободной любви и без постоянного дохода - все-таки немного утомительно. Вот и крутятся. Но вроде бы все-таки счастливы.
маски

"Бродяга Будю", автор и исполнитель Бонавантюр Гакон (Другой театр из Франции)

Официальную свою родословную этот Будю ведет якобы от героя фильма Жанра Ренуара "Будю, спасенный из воды" (1932). При более благоприятных обстоятельствах ее бы можно было бы проследить и дальше вглубь - скажем, до папаши Убю. Только Будю совсем пообтрепался и отморозился: он то и дело говорит, какой он злой, как он любит ловить и истязать маленьких девочек, и вообще он полный неудачник, пьяница, бомж. Но герой Бонавантюра Гакона - клоун не по амплуа (несмотря на соответствующий грим и накладной нос), но по конкретной роли, а роль требует пьесы. Этому персонажу ближе всего по духу подошла бы пьеса Беккета: монолог умирающего в одиночестве маргинала. Однако у Гакона нет пьесы - есть череда эпизодов и аттракционов: Будю бьет себя сковородкой по башке, Будю становится на ролики... Смешного в этом немного (хотя кое-кто в зале изредка смеялся), но хуже, что в этом совсем нет ничего трогательного. Гакон жалуется, что его сейчас вырвет, и от него на самом деле плохо пахнет. Произвести впечатление это может на ту категорию зрителей, для которой подобное явление из ряда вон. Но воспроизведение на сцене бомжа в натуральную величину - это скучный и, признаться, малоприятный, да и не слишком оригинальный эксперимент. У Андрея Могучего он хотя бы эффектно обставлен. Французский же Будю колбасится вокруг деревянного стола и единственного стула, о который постоянно спотыкается, а в финале умирает и после его исчезновения на сцене в луче прожектора еще долго посреди темноты стоит стол, а из него торчит нож: исполненный пафоса и ложной многозначительности метафорический финал.
маски

"Барселона (Карта)" реж. Вентура Понс (30-й ММКФ)

Пожилые супруги пытаются выселить из своей квартиры троих квартирантов: футболиста-любителя, работающего охранником в торговом центре, беременную аргентинскую иммигрантку и пожилую преподавательницу французского. Не то чтобы они очень мешали - просто старик умирает от рака и хочет напоследок тишины и покоя. Но жильцы по разным причинам (преподавательнице негде давать уроки, футболист получил на тренировке травму ноги) уходить не хотят, приходится их уговаривать. "По-настоящему поговорить можно только перед смертью" - говорит старику "француженка". И действительно, в этих "последних" разговорах герои впервые в жизни признаются в том, что скрывали даже от близких десятилетиями. Весь фильм построен как последовательность диалогов - за полтора часа нет ни одной сцены, где одновременно присутствовали бы более двух персонажей одновременно. Но благодаря выдающемуся актерскому ансамблю (без единой "звезды") оторваться от их разговоров невозможно. Главная же особенность фильма в том, что "Барселона" - не психологическая драма и не триллер, хотя в какой-то момент грозит им стать - но тут же переходит в абсурдистскую комедию, не теряя при этом в подлинном драматизме. Тайны открываются одна за одной - сначала жильцов (футболисту жена изменяет, "француженка" с сыном не ладит, аргентинка работы лишилась), потом и хозяев (их дочь когда-то погибла под колесами автобуса; аргентинка беременна от умирающего хозяина, а тот тайком любит переодеваться в женскую одежду; хозяйкин брат-гомосексуалист на самом деле ее сын, поскольку родила она от собственного отца), но чем дальше происходит "разоблачение", тем фантастичнее кажутся "откровения" героев. От жильцов им важно избавиться потому, что они хотят инсценировать смерть хозяйки, чтобы когда умрет хозяин, та под видом покойного мужа могла по-прежнему получать его пенсию. И так далее, вплоть до того, что, оказывается, 30 лет назад хозяин поджог оперный театр, в котором служил привратником, причем сделал это на расстоянии, не выходя из квартиры, одной только силой мысли. Хозяйка дает почитать "голубому" брату свой дневник, где описана ее связь с отцом (кстати, вполне добровольная), хозяин же извлекает на свет свой старый (времен, когда он работал рассыльным) путеводитель по Барселоне, где штриховкой помечены теневые стороны улиц - чтобы удобнее было перемещаться по городу в жару. Через диалоги персонажей авторы фильма (он снят, как ни странно, не по пьесе, а вроде бы по повести, хотя так и просится на сцену) проводят "теневыми" сторонами судеб героев.
маски

"Забавные игры" реж. Михаэль Ханеке (30-й ММКФ)

В каком-то припадке самобичевания российскую премьеру "Забавных игр" включили в программу ММКФ, несмотря на то, что пару лет назад Ханеке грубо "кинул" Никиту Михалкова с председательством жюри фестиваля, и тот обиделся настолько, что похерил запланированную на тот год ретроспективу его фильмов. Якобы Ханеке тогда должен был снимать в США фильм об 11 сентября. Что стало с фильмом, из-за которого по официальной версии Ханеке продинамил Михалкова, с тех пор не слышно, но барин Никита, видимо, посчитал, что простить "бесчестный" (как он тогда выразился) поступок Ханеке будет очень "аристократично".

Мало кто из именитых кинорежиссеров вызывает у меня такое стойкое неприятие, как Ханеке. Но стоило мне об этом заикнуться, его поклонники, каковых на удивление немало, всегда кивали на "Забавные игры", еще те, первые, австрийские - мол, вот там надо искать "настоящего" Ханеке. При том что в авторимейке "Забавных игр" (оригинала я так и не видел), казалось бы, нет ни натурализма и психопатологии "Пианистки", ни плоского притчевого морализаторства и огламуренного апокалипсиса "Времени волков", ни тем более омерзительных спекуляций ультрамодными либеральными темами "Скрытого", отвращение он вызывает еще большее, чем все предыдущие его картины вместе взятые. В прокат (а копию уже успели снабдить субтитрами, выход не за горами) "Забавные игры" в их американском варианте выходят как "триллер", на деле же Ханеке просто играет в жанр. Играет, в общем-то, умело (хотя степень его мастерства я бы преувеличивать не стал - в этом смысле он средней руки профессиональный фильмоделатель, не больше и не меньше). В меру своих способностей ему в этом подыгрывают актеры. Хуже всех - Тим Рот, видеть которого нет уже никаких сил - снимается, кажется, чаще Гоши Куценко. Наоми Уоттс ему подстать - честно отрабатывает поставленную задачу, но до собственных высот не поднимается. Первая скрипка здесь, безусловно, Майкл Питт, как-то очень быстро, хотя и не сразу, выросший в блестящего актера с редкой способностью к перевоплощению, умением играть и в жанровом кино, и в "эстетском", и обаятельных простачков, и инфернальных злодеев - в данном случае последнее.

Питт и его напарник (не знаю, как зовут), который тоже очень хорош, выступают в "Забавных играх" как "насильники ради насилия", зовут друг друга Бивис И Бадхед, приходят, одетые в наутюженных белоснежных, вплоть до перчаток, костюмчиках для гольфа, в дом к супружеской паре (Рот и Уоттс) с маленьким сыном якобы одолжить яиц для кухни, а уходят, оставив труп ребенка и мужа, жену же топят по дороге. Убивают, разумеется, не сразу, а устраивают "игры". Но главную "игру" устраивает зрителю режиссер. Герой Питта по ходу время от времени обращается напрямую к публике - он работает на аудиторию. А в ключевой момент, когда героине Наоми Уоотс удается застрелить одного из нападавших, берет пульт дистанционного управления, отматывает действие назад и на этот раз успевает схватить дуло ружья до того, как оно выстрелит. Ханеке развлекается, ломая каноны жанра. Скажем, в криминальном триллере, да и вообще в триллере, ребенок должен выжить - детей убивать нельзя, в крайнем случае - в последнюю очередь, а в "Забавных играх" первым стреляют именно в сына, причем как бы случайно - по результатам "считалки", да еще "запутавшись", кого надо убивать - того, кто "вышел" при счете, или кто остался. Или вот: в лодке, на которой нападавшие увозят женщину, ее сын с утра обронил острый нож - та его нашла и должна, по идее, воспользоваться, развязаться, показать героям, что почем - но нож у нее отнимают и выбрасывают, а за ним бросают в воду и саму женщину. Разговаривают при этом о различиях категорий "реальность" и "вымысел", "персонаж" и "исполнитель", об альтернативных мирах. И плывут к следующему дому - чтобы там снова попросить яйца.

При большом желании и в "Забавных играх" можно разглядеть некую "идею", а фильм представить как "притчу": как же, жили себя благополучные семьи, но в их устоявшийся буржуазный быт вторглись чужаки, убили сначала собаку, потом мальчика, а дальше и всех остальных - жизнь штука хрупкое, благополучие относительно, за красивым фасадом может притаиться беда. Но это от лукавого. Ханеке не волнуют реальные проблемы, будь то относительность буржуазного благополучия или "несправедливость" по отношению к мигрантам (в "Скрытом") или даже близкий "конец света" (во "Времени волков"). Он избалованный незаслуженным успехом подонок, самодовольный до такой степени, что, играя годами в одну и ту же игру, не считает даже нужным сделать хотя бы вид, что его волнует что-нибудь еще кроме собственного статуса. Но ведь преуспевает же: поди в следующий раз ему, забыв былое, еще раз предложат жюри ММКФ возглавить.