November 19th, 2007

маски

Кейт Бланшетт в "Золотом веке", реж. Шекхар Капур

Историзма не больше, чем в "1612", однако какая разница в подходе к созданию мифа! Вместо того, чтобы валить в кучу любой бред, который только на ум придет - жестко выстроенная история с линейным сюжетом без всяких побочных контекстов. Если без т.н. "исторической правды" можно обойтись легко, то контекстов картине сильно не достает, это ее главный минус. При Елизавете расцветали искусства, в частности, литература и театр, но из картины следует, что королева-девственница занималась исключительно государственными и военными делами, да и то потому лишь, что любовными заниматься не могла (что, в свою очередь, с исторической точки зрения довольно сомнительно). Зато она ходит за астрологическими прогнозами к доктору Ди, который выглядит на момент действия - 1585 - как ветхозаветный патриарх, в крайнем случае как Рабби Лев, с которым по версии Майринка ("Ангел Западного окна") Ди встречался в Праге, но совсем не как ученый, возрастом всего на шесть лет старше самой Елизаветы (у Майринка в романе он мечтает жениться на ней, но это фантазия еще более вольная). Сама же Елизавета в фильме едва ли старше Марии Стюарт, вопреки сложившейся культурной традиции, и уж точно симпатичнее соперницы, что еще более непривычно. Но это как раз понятно - в от начала до конца фэнтезийном "Золотом веке" между королевами-сестрами нет личного соперничества, со стороны Елизаветы вообще нет ненависти, для нее убийство Марии - только государственная необходимость, не больше и не меньше, в этом смысле
малолетняя испанская инфанта - такая же конкурентка Елизавете, как и зрелая кузина Мария, а даже опаснее, потому что у Испании огромный флот, Марию же стороны просто используют, одни в качестве наживки, другие - в качестве залога (в картине испанцы нарочно проваливают католический заговор, чтобы спровоцировать казнь Стюарт и получить повод для нападения); а ревновать она предпочитает свою придворную-тезку Бесс, которая беременна и выходит замуж за Уолтера Рэйли, мужчину мечты королевы-девственницы. "Мечту" воплощает Клайв Оуэн, "супер-эго" королевы персонифицировано в личности лорда Уолсингама (Джеффри Раш), и актеры попадают в свои роли абсолютно точно, чего не скажешь про средненького короля испанского Филиппа. Но, опять же, так по всей видимости и задумывалось, потому что - еще раз можно вспомнить "1612" - основной пафос фильма - антикатолический. Протестантка Елизавета, сама себе глава церкви, тут воплотила весь спектр либерального политического идеала в его женской ипостаси, от Жанны д'Арк до принцессы Дианы и Хиллари Клинтон: она и на лошади в доспехах отлично держится, и детей бедноты умеет приласкать, и своему мужчине прощает измену, потому что он ей нужен для более важного дела - удержания политической власти. Мария - совсем другая, религиозная фанатичка, и сторонники ее - подстать. Одного из них, пламенного юного католика, пытающегося застрелить Елизавету в церкви, играет один из любимых моих молодых актеров Эдди Редмейн, причем жанровое разнообразие для таких лет впечатляет: главная роль в молодежном арт-хаусном триллере "Читая мысли", роль второго плана (сын главного героя, которого играет Мэтт Дэймон) в шпионской драме Роберта де Ниро "Ложное искушение" и теперь вот эпизод в костюмном псевдоисторическом комиксе.

То что по жанровой природе "Золотой век" - комикс почище "Беовульфа", понятно не только по сюжету, за которым надо еще два часа следить, но по любой нарезке кадров, среди которых преобладают статичные фронтальные планы. Временами кино просто напоминает дефиле какой-нибудь "винтажной" коллекции: смена костюмов, причесок и ювелирных гарнитуров составляет основное содержание картины, нехитрая идеология заключается в том, что католическому фанатизму противостоит разумный и в основе своей либеральный (королева постоянно толкает речи в новомодном правозащитно-демократическом духе) протестантизм, который во что бы то ни стало необходимо уберечь от плывущей с континента Инквизиции (хотя, между прочим, театр в Англии впоследствии запретили не инквизиторы, а как раз радикальные протестанты).Любовная линия подается на гарнир и остается от завязки до финала побочной (Елизавета любит Уолтера, но скрепя сердце отдает его Бесс, а себе оставляет один лишь поцелуй - а ведь даже в черно-белых голливудских фильмах о "золотом веке Елизаветы" ее личная жизнь была куда богаче пары поцелуев с перерывом в десятки лет). Совсем "на сладкое" припасены батальные сцены морского сражения испанской Непобедимой армадой (как известно, оказавшейся, увы, очень даже победимой) и эпизоды пыток, которым подвергаются оппозиционеры-католики, в том числе родной брат ближайшего сподвижника Елизаветы. Самое же удивительное, что и при таком раскладе пустой, картонный и из пальца высосанный фильмец все же неплохо смотрится, особенно если сравнивать его с русской патриотической хохломой. Благодаря Кейт Бланшетт в первую очередь, конечно - она выдающаяся актриса, и в фильме она единственная, кого можно увидеть разной: величественной, простой, искусственной в немыслимых нарядах, прическах и позах - и самой обычной, коротко стриженой, считающей морщинки на щеках.
маски

"Красный фонарь", Национальный балет Китая

Это тот самый "красный фонарь", известный по фильму Чжана Имоу: девушка стала женой богача, у которого уже были старшие жены, но полюбила, ее связь с молодым любовником вышла наружу и все закончилось печально. Фильм Имоу хоть и сделан был на китайском материале, но по эстетике он, в сущности, европейский. И балет "Красный фонарь" тоже. Огромный оркестр играет этническую музыку только в прологе, эпилоге и там, где это необходимо по сюжету (например, во второй картине, на вставном номере, воспроизводящем китайское традиционное театральное представление, но там и тексты используются, что в "основном" балетном действе, конечно, не допускается), в остальном партитура предназначена для обычного симфонического состава, гармонии использованы специфические восточные, но в целом и музыкально, и хореографически, балет выстроен по схеме классического европейского. Точнее, советского, который, вопреки тому, что поется в сатирических куплетах Галича, был несмотря на отличную исполнительскую технику звездных солистов глубоко провинциальным по пластическому языку и практически не развивался в последние предперестроечные десятилетия, экспериментаторство кое-как существовало - но уж точно не в главных труппах и не в спектаклях "большого стиля", а китайцы ориентированы именно на них. Хотя что касается мастерства исполнителей - до звезд советского балета, да и нынешнего российского, не говоря уже про мировой, китайским артистам бесконечно далеко.

Стилистический и культурный гибрид, впрочем, выходит жизнеспособным благодаря, во-первых, очень трогательному мелодраматическому сюжету, а во-вторых, удачным постановочным находкам. В конце первой картины, когда героиня теряет девственность с мужем во время брачной ночи, они, оказавшись за ширмой из подсвеченных экранов, сначала двигаются как персонажи театра теней, а потом прорывают насквозь бумажные экраны и их накрывает красное полотнище; а ближе к финалу, когда пойманных любовников наказывают палками, кордебалет слуг лупит дубинками, окрашенными красной краской, по белому тряпочному экрану, оставляя на нем "кровавые раны". То и другое, кстати - тоже приемы из репертуара современного европейского театра.
маски

"Расследование", реж. Джулио Базе, 2006

По анонсу я предположил, что это римейк старого итальянского фильма Дамиано Дамиани. Там тоже император Тиберий отправлял посланца в Иудею, чтобы расследовать обстоятельства гибели Христа, а "власть на местах" в лице Понтия Пилата и иудейских священников ему всячески мешает. Однако у Дамиани был хотя и скучноватый, но довольно жесткий политические триллер, а американское "Расследование" - мелодрама "из старинных времен", с Ф.Мюрреем Абрахамом в роли злодея-фарисея, забившего свою дочь-христианку до смерти (а Петр ее воскресил), и Максом фон Зюдовым в роли Тиберия, и по развитию сюжета больше напоминает "Бен Гура", а не фильм Дамиани.