December 26th, 2006

маски

В "Высшей лиге" не обманывали и не шутили насчет Дедов Морозов в троллейбусах -

- вечером ехал по Сущевке в троллейбусе и видел за рулем водителя в красном халате и шапке. Москва - город ежедневных чудес. Интересно, водителям троллейбусов доплачивают или хотя бы подарки дают за этот карнавал?

Теперь, раз уж информация у Малахова в программе точная (я, правда, и не сомневался), будем ждать дуэта Киркорова и Сердючки "Ходит лето без трусов".
маски

Впервые мне достался корпоративный новогодний подарок -

- только на шестой из "новых годов", пережитых в редакции. Причем на удивление достойный - бутыль виски. Всем мужчинам дарили виски, всем женщинам - косметику. Поскольку по штатному расписанию я прохожу как вполне полноценный мужчина, меня тоже не обделили бутылем. Мужчины подарку рады, женщины меньше. Редаторы-дамы предлагали меняться - виски на косметику. Я отказался. Ясное же дело: в нашем с ними возрасте на виски уже больше надежды, чем на косметику. Ненамного, но больше.

Потихоньку приходят подарки от партнеров (по работе):
* Пакет от канала НТВ (пример истинно христианской незлопамятности - урок мне, грешному): синяя новогодняя шапочка с логотипом программы "Сегодня" на лбу (в принципе симпатичная, но, увы, бесполезная в хозяйстве, ), набор из двух роскошных коньячных фужеров и календарь.
* Пакет от канала СТС (пока открывал скрепки, поранил палец) с календарем, блестящим шариком, телефонной книгой (в ярком цветном переплете) и круглой жестяной банкой без опозновательных знаков, не считая логотипа телеканала (когда шел из редакции в кино, боялся, что не пропустят, решат, что бомба, спросят, что там - а я и не знаю, и как открыть - понять не могу; на следующей день ответсек показала, как открывать, и объяснила, что там печенье - на вкус пока не пробовал).
* Пакет от Театра имени Е.Вахтангова - с набором шоколадных конфет с начинкой (в упаковке, запечатанной сургучом с эмблемой театра), телефонной книгой в кожаном переплете (намного симпатичнее, чем та, что от СТС ), блестящим шариком, буклетом и набором открыток с фотографиями из спектаклей.
* Сундучок (небольшой) от канала ДТВ (удивительно, как это они меня до сих пор не забыли - не столько даже приятно, сколько неудобно) с конфетами типа "красная шапочка", но в обертках с логотипом канала, точно такими же, как в прошлом году, но тогда они были в холщовом мешочке и их было больше.

Пока все. Остальные что-то тормозят, хотя пора бы уже и поторопиться. А может просто решили ничего мне не дарить, кому я на фиг нужен?
маски

"Дед Мороз - мерзавец" Кристиана Клавье, Жозиан Баласко, Тьери Лермитта и др., резж. Сергей Алдонин

Служба психологической помощи, Новый год. Чем ближе к полуночи, тем чаще звонит телефон доверия. Двое служащих, Пьер и Терез, дарят друг к другу подарки: она ему - вязанный жилет нелепого вида и расцветки, он ей - картину с изображением голой толстухи (якобы самой Терез) в компании свиньи в трусах. Но появляется сначала беременная кузина Терез Жужу; затем полудурочный Феликс, дружок Жужу в костюме Деда Мороза с пистолетом; бывший муж самой Терез, ныне пожарник-трансвестит в чалме; и наконец, никому не дает покоя сосед-югослав, живущий этажом выше. А по телефону постоянно звонит какой-то озабоченный и сладострастно рассказывает, как оттрахает всех, раскачиваясь на люстре. Сосед потчует славянскими деликатесами (конфетами, которые его бабушка и дедушка катали под мышками, и водкой с дохлой лягушкой в бутылке), беременная кузина то и дело порывается рожать, ее дружок-придурок устраивает перестрелку, а трансвестит, разочаровавшейся последовательно в своей женской и мужской составляющих, кончает жизнь самоубийством. Чтобы утопить его в Сене, дружок беременной кузины его расчленяет, но от вида распиленного трупа Терез в ужасе падает из окна пятого этажа. Впрочем, это неважно, потому что сосед-славянин, которого в службе психологической помощи за всю новогоднюю ночь так и не выслушали, взрывает бытовой газ и все герои встречаются уже на том свете, изображение которого срисовано с карикатур Жана Эффеля.

Эту пьесу, как я понял, шесть французских кинозвезд (в том числе моя любимая Баласко) написали сами для себя. Драматургическая копродукция вышла, конечно, не шедевр, но в своем роде материал вполне приемлемый: от комедий положений Камолетти "Дед Мороз - мерзавец" отличается чуть менее банальными диалогами, от пьес Людвига - более четко разработанным сюжетом, от театральных хитов Рэя Куни - лирическими мотивами. И помимо всего прочего, в пьесе есть приколы, которые могли привнести только актеры (вроде депрессивного звонка на "телефон доверия": "Кинотеатр, в котором я вчера посмотрел чудовищный фильм Клода Лелюша, сегодня сгорел!"). Правда, Сергей Алдонин, оставаясь верным себе при работе с любым материалом, будь то Булгаков, Дюрренматт, Скриб или тот же Камолетти, лирическое и романтическое начало усиливает, ему всегда важна тема одиночества и взаимного непонимания, даже в "черной комедии" - так что начиная с середины действия лирика тормозит темп. Но в чем Алдонину, самому недооцененному, на мой взгляд (а я очень люблю некоторые его спектакли) театральному режиссеру своего поколения, нельзя отказать - это в умении работая с одними и теми же актерами не по одному разу постоянно придумывать для них новые образы и амплуа. В пустоватой, туповатой и пошловатой (впрочем, то, другое и третье - в меру) комедии он для каждого персонажа находит индивидуальные характеристики - речевые, мимические, пластические. Кузина Жужу (Агриппина Стеклова) говорит и ходит так, как будто у нее церебральный паралич в легкой форме). Петр Красилов в роли главного "психолога", правда, ничего выдающегося не демонстрирует, хотя работает ровно, зато Максим Аверин, пожалуй, лучший сценический трансвестит из тех, что я видел. А сравнивать есть с кем - в каждом театре и не по одному.
маски

Любовь Аркус в "Школе злословия"

Оказывается, есть такой журнал о кино и вокруг кино - "Сеанс". А руководит им женщина, фамилия которой Аркус. Никогда не держал в руках и не видел в глаза этого журнала, фамилии Аркус тоже прежде не слышал. Как подобные персоны попадают в эфир, хотя бы в формате "Школы злословия" - науке неизвестно. Не хочется думать, что ведущим заплатили в конверте - надо полагать, они пригласили эту тетеньку по старой дружбе.

Договорились до того, что произошедшее в какой-то момент разделение вкусов на "народные" и "интеллигентские" определили как "грехопадение" (правда, я не совсем понял, чье именно - "народа", "интеллигенции" или собственно искусства, кино в частности).

Но вообще меня передача порадовала (это помимо небольшого, к сожалению, фрагмента о Шкловском, литературным секретарем которого Аркус была в последние полтора года его жизни, потому что личные впечатления о Шкловском и его окружении интересны сами по себе, вне прочего культурно-идеологического контекста). Я смотрел на эту Аркус и думал: как же хорошо, что я не такой, как она! Не нравлюсь себе во многом, и недостатки свои знаю прекрасно, но все-таки я другой, а не как вот эта вот. Типичная, как говорится, представительница поздесоветской интеллигенции - во всем, от внешности до взглядов. Ну просто эталон: ЗА - Германа, Муратову, Сокурова, Хлебникова и Кинотеатр.DOC. Короче, ЗА духовность (Аркус прямо так и говорила - "духовность", несколько раз повторила, особенно в связи с Сокуровым). ПРОТИВ - блокбастеров, медийных лиц, спецэффектов. И, кончено, ЗА - протекционизм и государственное регулирование кинопроцесса (в пользу "высокодуховного и высокохудожественного кино", разумеется). ПРОТИВ т.н. продюсерского кино ("точнее, один продюсер, и мы его знаем!" - радостно поддержали ведущие, от души или за 13-ю зарплату, но пнувшие походя удачливых конкурентов своего телеканала). И еще ПРОТИВ сегодняшней киножурналистики. О ней - с особой ненавистью. И помимо лежащей в основе этой ненависти на уровне подсознания неизбежной зависти (их, плохих и глупых, покупают и читают, а мы, хорошие и умные, никому кроме как сами себе не интересны), здесь, конечно, то самое, интеллигентское: "и не милорда глупого - Белинского и Гоголя с базара понесет". Белинские - это они, аркусы. И они святоверят в то, что их "Сеанс" когда-нибудь понесут с базара, абсолютно искренне. Не сейчас, так через двести, через триста лет. Ради этого только и живут, "свет и свобода - прежде всего".

И главное различие, которое меня радует больше всего, в том, что прозорливые интеллигентные аркусы (как нарицательное множество) к современной культурной ситуации испытывают фанатичное отвращение, и панический ужас перед ее повсеместным торжеством. А я вот, к примеру, как поклонник и в некоторой степени (насколько формат позволяет) участник этого процесса (в том числе и в той его пугающей аркусов части, что касается кинопрессы), ни лично к Аркус, ни к ее невиданному журналу никакой неприязни не испытываю. Сочувствия, правда, тоже - над этим надо работать. Мое к ним отношение складывается из большой доли равнодушия и незначительной - недоумения: зачем ОНО?

Что характерно - журнал "Сеанс", насколько я понял из программы, издается в Петербурге.
маски

"Shortbus" реж. Джон Кэмерон Митчелл в "35 мм"

Shortbus - это эротический клуб для разного рода маргиналов: помимо геев - трансвеститы, лесбиянки, молодой богатый мазохист. Все действие вращается вокруг клуба, эти сцены любопытны, полны юмора и сделаны в духе комедий Агьона и Блие. Хотя в целом ассоциация у меня возникла совсем другая и совершенно неожиданная: "Короткий фильм о любви" Кесьлевского. Это один из любимейших моих фильмов среди всех, что я видел за свою жизнь. В нем почти нет эротических сцен, и уж конечно никакого порно, и его идеология - религиозно-католическая. Но главный сюжет очень сходный: герой Кесьлевского наблюдает за распутным поведением девушки, в которую влюблен, а потом пытается покончить с собой.

У Митчелла все элементы порно налицо: много эрегированных членов крупным планом, секс гетеросексуальный, гомосексуальный, лесбийский, женское и мужское самоудовлетворение, садо-мазо и использование механических приспособлений, ебля во всех видах и позах (вплоть до того, что в самом начале один из героев делает сам себе минет и снимает это на камеру, а одновременно с этим его снимает на свою камеру из окна напротив другой герой), и все это в немаленьких количествах, подробно и достаточно детально. Но случай почти анекдотический: это порнофильм, в финале которого все женятся, пусть не буквально (тем более, что некоторые уже женаты), но каждой твари в итоге оказывается по паре, все счастливы, светит свет, играет музыка - практически рождественская сказка. Начинается она, правда, с того, что один из героев (тот, что сам себе отсасывал), решил, прожив со своим бойфрендом-актером 5 лет в счастливом союзе, покончить с собой. И чтобы оставшийся в живых не испытывал чувства вины, он обставляет процесс подготовки к самоубийству двумя любопытными деталями, которые мне бы, в таком случае, в голову даже не пришли бы, а именно: во-первых, снимает о себе любительский видеофильм (в основном сексуального характера) и, во-вторых, ищет себе замену под предлогом секса втроем. Заодно они отправляются на прием к сексуальному терапевту - канадке китайского происхождения - но у той свои проблемы, она с мужем не может достичь оргазма. Третьим в паре оказывается молодой гей, который до того чуть было не стал любовником бывшего мэра Нью-Йорка. Способ самоубийства герой тоже выбирает оригинальный и, кстати, довольно привлекательный: обматывает голову полиэтиленовым пакетом и топится в том самом джакузи, где работает спасателем. Но его спасает тот другой гей, который за ним два года следит из окна напротив, приводит к себе домой и трахает, причем он первый, кому герой разрешил себя поиметь (хотя до фитнес-центра работал в эскорте и 5 лет прожил в гей-паре).

Из фильма можно узнать о сексе и "сопутствующих товарах" много интересного. Например, страдающая от отсутствия оргазмов канадско-китайская секс-консультантка обзаводится "вибрирующим шариком", который помещает себе в вагину, а пульт отдает мужу. Но муж пульт теряет, тот начинает вести самостоятельную жизнь, и как только героиня пытается заняться лесбийским сексом или поцеловаться с трансвеститом, ее начинает трясти буквально изнутри. Зато муж находит себя в мазохистской ипостаси - с женой он импотент, а когда его стегают - ему очень хорошо. Трогателен богатенький мазохист - даже его "госпожа" в какой-то момент проникается к его постоянству сочувстием. Вооб0ще в фильме много симпатичных мелочей. Например, когда отстеганный мазохист кончает, его сперма выстреливает на абстрактно-экспрессионистскую картину, укращающую стену, и девушка (мазохист - не гей) не может найти на полотне следов.

То есть, как говорят в таких случаях режиссеры, "а вообще-то наш фильм о любви". Ну или о ее отсутствии, что, в общем-то, одно и то же.

Для своего формата "Shortbus" сделан достаточно тонко и грамотно, даже чересчур грамотно - настолько, что местами становится скучно. Зато вносится неизбежная для такого рода фильмов философская тема: страдая от отсутствия любви и заменяя ее беспробудным блядством, герои ощущают себя интеллектуалами: время от времени они вспоминают - вскользь - об 11 сентября и Ираке, и любят, помимо порно, еще и продвинутые арт-хаусные и документальные фильмы (их показывают в том же эротическом клубе, и как говорит главный трансвестит, "чем они скучнее, тем больше интеллигенты любят их смотреть" - так что и сам "Shortbus" рассчитан на ту же аудиторию). Что еще в этом фильме хорошо - он, при всей видимой "порнушности", ни одним кадром не вызывает отвращения. Разве что на секунду появляется неопознанное дряблое лесбийское пузо - но тут же пропадает, а остальные персонажи очень даже ничего. Так что при желанию это кино можно использовать и в утилитарных целях. Правда, не очень удобно воспринимать порно-сцены и одновременно читать титры.
маски

Здание школы телевизионного мастерства Владимира Познера

на углу Садовой-Каретной и Малой Дмитровки - яркий образец новой московской архитектуры и отличный новогодний подарок воинствующим краеведам: серо-бежевая коробка с овалом вместо угла и "встроенным" в новенький фасад со стороны Дмитровки домиком второй половины 19-го века, свежевыкрашенным в розовый цвет.
маски

"Карнавальная шутка" ("Трактирщица" К.Гольдони) в Театре на Юго-Западе, реж. В.Белякович

"Трактирщица" Гольдони - комедия о победе буржуазного здравого смысла и здоровых семейных ценностей над куртуазно-аристократическими иллюзиями и излишествами. У Беляковича конфликт перенесен совсем в другую плоскость. Кавалер Рипафратта (Леушин) - просвещенный индивидуалист, энциклопедист и сторонник принципа "свобода превыше всего". Он в одиночку противостоит разнородной, но единой под масками карнавальной толпе, в которой есть, все как у Гольдони в пьесе, и нищий маркиз Шахет), и буржуа (Горшков), купивший графский титул, и слуга Фабрицио (Матошин), и вся эта компания крутится вокруг хозяйки гостиницы Мирандолины (Карина Дымонт). Мирандолина - баба хоть и хитрая, но манерами простая, даже грубоватая, и вкусы у нее и ее приспешников соответствующие: в карнавальную ночь они пляшут и распевают сан-ремовские шлягеры. Кавалеру Рипафратта массовый психоз карнавала претит, но его принципы рассыпаются перед напором и бабским обаянием трактирщицы. Конечно, сочетание просветительского пафоса с аскетическим морализмом, которое воплощает этот юго-западный кавалер, абсолютный культурно-исторический нонсенс - ну так ведь и трактир, и сама Италия, и все герои - чисто условные и вневременные, так что можно на него не обращать внимания.
маски

отсчет подарков-2006

Никогда в течение года не приходится так часто ходить на работу, как сейчас. Но надо же подарки забирать, пока их не украли. Поток иссякает, но все-таки пока еще иссяк не совсем. Сегодня привезли два пакета. Один с ТНТ - там был маленький настольный календарик и электронные часы-кубик с тремя экранчиками. В других, "редакторских" подарках календарь был большой - зато без часов, а часы - это вещь, что ни говори, серьезная и дорогая по сравнению с любым календарем. Однако часы поставили передо мной два вопроса: 1) как они работают? и 2) зачем они мне?

Второй пакет, присланный из из пиар-отдела "Европы +", поразил своими сначала размерами, потом тяжестью и уже после этого - содержимым: французским подарочным набором, состоящим из бутылки красного вина (тоже французского), бутылочки зеленых маслин, еще одной баночки с какой-то пастой (я такое не ем, но штука, вероятно, крутая и недешевая) и еще одной баночки, содержимое которой я сперва принял за декоративные камешки (удивился - зачем в продуктовый набор камни подложили, пусть даже разноцветные), а потом сообразил, что это конфеты такие, стилизованные под японский садик (я пока не открывал, но будет смешно, если там все-таки обнаружатся камни, а не конфеты). А кроме того - обертками: золотистые рифленые логотипы на каждой из упаковок (коробочка в бумажечке, бумажечка в сумочке), плюс открытка в конверте из розовой бархатной бумаге, тоже с каким-то гербом. Я всей этой роскошью руку оттянул, но все равно - дорогой подарок, прямо даже не ожидал.